Читаем ВВЕДЕНИЕ В ОБЪЕКТИВНЫЙ НАЦИОНАЛИЗМ (ЧАСТЬ III) полностью

 Однако несложно подметить одну чёткую особенность, которую не следует замалчивать. Из среды собственно крестьянства выходили порой виднейшие государственные деятели, вроде патриарха Никона, но эту среду не допускали до контроля над властью. Из неимущих, малоимущих и не служилых русских к выборам на представительные Соборы никого не допускали, как людей безответственных и неспособных. Ибо, если человек не создал своего крепкого хозяйства, не умеет управлять ни хозяйством, никакой иной собственностью вообще, не представитель служилого государственного сословия, то как же он может сподобиться что-то дельное предложить или сделать для государства?

 Ещё более характерна в этом отношении история Новгорода Великого. Он потому мог народным вечем выгонять неугодного ему князя и выбирать посадника по собственному народному разумению, что был городом богатых купцов и ремесленников, владетельных собственников. Вспомним хотя бы из истории Киевской Руси, как купцы новгородские с издёвкой посмеивались, де, у них и палаты попросторнее, богаче украшены и обставлены, чем у Великого князя киевского, и денег у них больше, и стада скота многочисленнее, и сёла многолюднее, и сам Великий князь им ни во что, потому что от их денег зависит. В этом всё и дело! Хотя Великий князь и преподавал им время от времени уроки, что меч посильнее денег, однако от этого суть поведения новгородцев не менялась. Ибо они имели культуру собственников!

 Только та часть народа интересуется властью, может выказывать независимость от власти, а потому реально и эффективно влиять на власть, которая имеет собственность, а с собственностью приобретает кровные интересы участия в государственных делах и в государственной политике. Только эта часть народа по особенностям своего мировосприятия относится к власти конструктивно и требовательно. Нищие и бедняки никогда и нигде не считались силой ответственной за своё поведение, более того, они никогда и нигде реально и всерьёз не интересовались конструктивными проблемами власти, её созидательными целями и связанными с этим проблемами, - то есть они никогда не интересовались, не интересуются, и не будут интересоваться собственно политикой. Спектр участвующих в голосовании на выборах в представительные органы власти в любой стране Запада показывает одну и ту же картину, - малоимущие социальные слои практически везде политически пассивны, инертны и нелюбопытны до государственных проблем. Они всегда и везде требовали и требуют от государства только одного: “Pacem et circenses!  -  Хлеба и зрелищ!” 

 Значит, суть дела не в русской мистической склонности “искать путь к царству Христову”, что, вообще-то, свойственно всем нищим или не имеющим широкой культуры собственности народам. А суть дела в том отчаянном положении, которое с такой болью выразил поэт: ”Россия, нищая Россия!” - в том, что русский народ в своей огромной массе за последние столетия сжился с бедностью, приучился к ней даже на культурно-психоло­гическом уровне. Проблема для русского народа не в демократии, а в том отсутствии опыта и культуры отношений собственности в широких слоях его, которые добил и уничтожил коммунистический режим.

 Но исторический опыт всех государств показывает однозначно. Культуру отношений собственности создаёт только демократия, каких бы проблем она сама не порождала и сколь бы ни была порой лжива и лицемерна.

 Вернёмся теперь к первому аргументу патриотов против демократии: то есть насчёт подлецов и воров, что всегда приходят к власти при демократии. Хотелось бы при этом сослаться на столь почитаемого патриотами Христа: “кто не без греха, пусть первым бросит в неё камень”. Для патриотов-язычников к месту было бы вспомнить ещё одного мыслителя, Софокла: ”Пороки же Богами нам даны, чтоб сделать нас людьми, а не Богами.” И разве среди густопсовых патриотов-антидемократов не встречаются такие яркие подлецы и беспринципные негодяи с непробиваемой ничем узколобой тупостью, каких и среди власть предержащих немного найдётся? И при этом часто страшенных бездельников.

 Задача власти создавать политические условия для организации народа на продвижение к процветанию его, а не в чистоплюйстве. Задача власти не быть кастрировано святой, но быть дельной, умной, ответственной и талантливой в решении самых сложных проблем. Осмелюсь в этой связи напомнить хрестоматийную историю. Когда император Наполеон I  выгонял с должности развалившего казначейство министра,  тот с обидой воскликнул: “Сир, вы считаете меня вором?” На что Наполеон с нескрываемым презрением ответил: ” Я сто раз предпочёл бы, чтобы это было так. Воровство имеет свои пределы, глупость же беспредельна”.

Перейти на страницу:

Все книги серии Политическая хроника

Похожие книги

Управление знаниями. Как превратить знания в капитал
Управление знаниями. Как превратить знания в капитал

Впервые в отечественной учебной литературе рассматриваются процессы, связанные с управлением знаниями, а также особенности экономики, основанной на знаниях. Раскрываются методы выявления, сохранения и эффективного использования знаний, дается классификация знаний, анализируются их экономические свойства.Подробно освещаются такие темы, как интеллектуальный капитал организации; организационная культура, ориентированная на обмен знаниями; информационный и коммуникационный менеджмент; формирование обучающейся организации.Главы учебника дополнены практическими кейсами, которые отражают картину современной практики управления знаниями как за рубежом, так и в нашей стране.Для слушателей программ МВА, преподавателей, аспирантов, студентов экономических специальностей, а также для тех, кого интересуют проблемы современного бизнеса и развития экономики, основанной на знаниях.Серия «Полный курс МВА» подготовлена издательством «Эксмо» совместно с Московской международной высшей школой бизнеса «МИРБИС» (Институт)

Александр Лукич Гапоненко , Тамара Михайловна Орлова

Экономика / О бизнесе популярно / Финансы и бизнес
Экономика для "чайников"
Экономика для "чайников"

В этой книге вы найдете описание самых важных экономических теорий, гипотез и открытий, но без огромного количества малопонятных деталей, устаревших примеров или сложных математических "доказательств". Здесь освещены такие темы. Как государство борется с кризисами и безработицей, используя монетарную и фискальную политики. Как и почему международная торговля приносит нам пользу. Почему от плохо разработанных прав собственности страдает окружающая среда, где происходит глобальное потепление, загрязнение воздуха, воды и грунта и исчезают виды растений и животных. Как прибыль стимулирует предприятия производить необходимые товары и услуги. Почему для общества конкурирующие фирмы почти всегда лучше, чем монополисты. Каким образом Федеральный резерв одновременно руководит количеством денег, процентными ставками и инфляцией. Почему политика государства в виде контроля над ценообразованием и выдачи субсидий обычно приносит больше вреда, чем пользы. Как простая модель спроса и предложения может объяснить назначение цены на все, начиная с комиксов и заканчивая операциями на открытом сердце. Я сделаю все, от меня зависящее, чтобы все вышеперечисленное — и даже больше — объяснить вам ясным и понятным языком. В этой книге я разместил информацию таким образом, чтобы передать вам бразды правления. Вы можете читать главы в произвольном порядке, у вас есть возможность сразу же попасть туда, куда пожелаете, без необходимости читать все то, на что вы не хотите тратить свое внимание. Экономистам нравится конкуренция, поэтому вас не должно удивлять, что у нас существует множество спорных точек зрения и вариантов каких-либо определений. Более того, лишь в результате энергичных дебатов и внимательнейшего обзора всех фактов, предлагаемых нашей профессией, можно понять взаимосвязи и механизмы нашего мира. В этой книге я постараюсь прояснить те фантазии или идеи, которые приводят к многим разногласиям. Эта книга содержит перечень ключевых идей и концепций, которые экономисты признают справедливыми и важными. (Если же вы захотите, чтобы я высказал собственную точку зрения и назвал вам свои любимые теории, то придется заказать мне чего-нибудь горячительного!) Однако экономисты не достигли согласия даже по поводу того, каким образом представлять ключевые идеи и концепции, так что в данном случае мне нужно было принять несколько решений об организации и структуре. Например, когда речь идет о макроэкономике, я использую кейнсианский подход даже в том случае, когда приходится объяснять некоторые не-кейнсианские концепции. (Если вы не знаете, кто такой Кейнс или что такое кейнсианство, Не переживайте, позднее я вам его представлю.) Некоторым из вас это может не понравиться, но, по моему мнению, это способствует краткости изложения.

Шон Масаки Флинн

Экономика / Финансы и бизнес