Читаем За чистое небо (Сборник) полностью

"В борьбе с германским фашизмом с самого начала Великой Отечественной войны проявил себя смелым, решительным, отважным и мужественным летчиком и командиром. Имеет 60 боевых вылетов. Из них: 20 - на штурмовку аэродромов и живой силы противника, 22 - на прикрытие своих войск. В воздушных боях сбил лично 11 вражеских самолетов, в том числе "мессершмиттов" - 2, "юнкерсов" 9.

17 сентября 1941 года в неравном бою - 4 против 12, погиб смертью храбрых.

За проявленное мужество и геройство в борьбе с фашизмом младший лейтенант Новиков достоин высшей награды...

Командир 191-го истребительного авиационного полка

подполковник Радченко".

""Достоин..."

Член Военного Совета Ленинградского фронта,

секретарь ЦК. ВКП(б) А. Жданов. 20.09.41 г."

Таким помнят Егора Новикова его родные и друзья.

Сестра Татьяна Павловна:

- Егор всегда был очень целеустремленным. Учился только на "хорошо" и "отлично". В школу надо было ходить далеко, за 10 километров, через лес и речку Витьму, по разбитому проселку, но он не пропустил ни одного дня. Егор очень любил читать. Часто читал нам вслух Пушкина, Лермонтова, Жюля Верна, Николая Островского. И еще брат любил песни.

Авиацией он "заболел" тоже с детства. В свободные минуты мастерил из дерева модели самолетов.

С похвальной грамотой закончил семилетку и поступил в ФЗУ.

Работал на заводе слесарем, вечерами учился. Находил время и для занятий планеризмом.

В 1936 году брата по путевке комсомола направили в Борисоглебское летное училище. Он часто писал нам, и мы всей семьей радовались его успехам и переживали за него. После окончания училища Егор приехал домой. Уже тогда односельчане называли его героем. В ответ брат обычно отшучивался и охотно рассказывал о своих товарищах, а также об известных в то время авиаторах героях челюскинской и чкаловской эпопей. Интересовали его и наши деревенские дела. Он подолгу беседовал с колхозниками, иногда выходил с ними работать в поле.

Однажды, помню, мама спросила брата:

- Егорушка, зачем ты выбрал себе такую опасную дорогу в жизни?

Он улыбнулся:

- Я люблю свою работу, мама. Иную не мыслю. Да и время неспокойное. Врагов у нас еще много. Надо Родину защищать.

Был брат среднего роста, широкоплечий, плотный, черноглазый. Уважал людей и люди к нему тянулись. Таким он и ушел от нас...

Владимир Иванович Иноземцев - первый учитель:

- Егор Новиков учился у меня в Косиловской начальной школе всего один год. Несмотря на то что это было очень давно, я его помню хорошо. А запомнил я его по сказкам. Знал он их много и по моей просьбе охотно, в лицах, рассказывал перед классом.

Хороши были его поделки из дерева - фигурки разных зверей, самолеты, свистки, дудочки. Он приносил их почти каждый день и щедро раздаривал. У паренька были крепкие, сильные руки. Я знал, что он много работает в поле и по-домашности. А ребятишки говорили мне, что "Егорша Новиков быстрей всех плавает и лихо ездит верхом".

Да, это был хороший мальчик. Как, впрочем, и другие мальчики тех лет. Нелегкая им выпала доля - отстоять жизнь живущих ныне. Многие из них сложили головы, но жизнь продолжается. И мир помнит их - известных и безымянных. Всех.

Герой Советского Союза Николай Федорович Кузнецов, однополчанин:

- Георгий проявил себя мужественным и отважным человеком. А летчиком он был прирожденным. В нашем полку его считали лучшим ведущим. Если Новиков возглавлял группу истребителей сопровождения бомбардировщиков или штурмовиков, мы были уверены, что все будет в порядке.

В огненном небе Ленинграда

Великую Отечественную войну младший лейтенант Новиков встретил на Карельском перешейке уже опытным истребителем, командиром звена. И все-таки зима 1939/40 года оказалась для него очень трудной. Начался советско-финляндский конфликт. В одном из воздушных боев с истребителями финнов Новикова сбили. Все произошло в считанные секунды. На барражировавшую вдоль линии фронта тройку И-16 из облаков свалилась четверка "мессеров", подожгла самолет Новикова и снова нырнула в серую муть.

Раненый летчик, теряя сознание, выбросился с парашютом.

Наступило 22 июня 1941-го. По сигналу тревоги Новиков одним из первых взлетел в небо войны.

В конце лета 1941 года в небе над Ленинградом развернулись ожесточенные воздушные сражения. С утра и до ночи, волнами, по 30 - 70 самолетов в группе фашистские бомбардировщики, сопровождаемые десятками истребителей, упорно искали лазейку в "куполе" Ленинграда, чтобы обрушить смертоносный груз на город и его героических защитников. Для наших летчиков, в том числе и для истребителей 191-го полка подполковника Радченко, настала жаркая пора.

Перейти на страницу:

Похожие книги

10 гениев науки
10 гениев науки

С одной стороны, мы старались сделать книгу как можно более биографической, не углубляясь в научные дебри. С другой стороны, биографию ученого трудно представить без описания развития его идей. А значит, и без изложения самих идей не обойтись. В одних случаях, где это представлялось удобным, мы старались переплетать биографические сведения с научными, в других — разделять их, тем не менее пытаясь уделить внимание процессам формирования взглядов ученого. Исключение составляют Пифагор и Аристотель. О них, особенно о Пифагоре, сохранилось не так уж много достоверных биографических сведений, поэтому наш рассказ включает анализ источников информации, изложение взглядов различных специалистов. Возможно, из-за этого текст стал несколько суше, но мы пошли на это в угоду достоверности. Тем не менее мы все же надеемся, что книга в целом не только вызовет ваш интерес (он уже есть, если вы начали читать), но и доставит вам удовольствие.

Александр Владимирович Фомин

Биографии и Мемуары / Документальное
Третий звонок
Третий звонок

В этой книге Михаил Козаков рассказывает о крутом повороте судьбы – своем переезде в Тель-Авив, о работе и жизни там, о возвращении в Россию…Израиль подарил незабываемый творческий опыт – играть на сцене и ставить спектакли на иврите. Там же актер преподавал в театральной студии Нисона Натива, создал «Русскую антрепризу Михаила Козакова» и, конечно, вел дневники.«Работа – это лекарство от всех бед. Я отдыхать не очень умею, не знаю, как это делается, но я сам выбрал себе такой путь». Когда он вернулся на родину, сбылись мечты сыграть шекспировских Шейлока и Лира, снять новые телефильмы, поставить театральные и музыкально-поэтические спектакли.Книга «Третий звонок» не подведение итогов: «После третьего звонка для меня начинается момент истины: я выхожу на сцену…»В 2011 году Михаила Козакова не стало. Но его размышления и воспоминания всегда будут жить на страницах автобиографической книги.

Карина Саркисьянц , Михаил Михайлович Козаков

Биографии и Мемуары / Театр / Психология / Образование и наука / Документальное
Жертвы Ялты
Жертвы Ялты

Насильственная репатриация в СССР на протяжении 1943-47 годов — часть нашей истории, но не ее достояние. В Советском Союзе об этом не знают ничего, либо знают по слухам и урывками. Но эти урывки и слухи уже вошли в общественное сознание, и для того, чтобы их рассеять, чтобы хотя бы в первом приближении показать правду того, что произошло, необходима огромная работа, и работа действительно свободная. Свободная в архивных розысках, свободная в высказываниях мнений, а главное — духовно свободная от предрассудков…  Чем же ценен труд Н. Толстого, если и его еще недостаточно, чтобы заполнить этот пробел нашей истории? Прежде всего, полнотой описания, сведением воедино разрозненных фактов — где, когда, кого и как выдали. Примерно 34 используемых в книге документов публикуются впервые, и автор не ограничивается такими более или менее известными теперь событиями, как выдача казаков в Лиенце или армии Власова, хотя и здесь приводит много новых данных, но описывает операции по выдаче многих категорий перемещенных лиц хронологически и по странам. После такой книги невозможно больше отмахиваться от частных свидетельств, как «не имеющих объективного значения»Из этой книги, может быть, мы впервые по-настоящему узнали о масштабах народного сопротивления советскому режиму в годы Великой Отечественной войны, о причинах, заставивших более миллиона граждан СССР выбрать себе во временные союзники для свержения ненавистной коммунистической тирании гитлеровскую Германию. И только после появления в СССР первых копий книги на русском языке многие из потомков казаков впервые осознали, что не умерло казачество в 20–30-е годы, не все было истреблено или рассеяно по белу свету.

Николай Дмитриевич Толстой , Николай Дмитриевич Толстой-Милославский

Биографии и Мемуары / Документальная литература / Публицистика / История / Образование и наука / Документальное