Адель не стала мешать морякам, стоя на палубе и путаясь под ногами, и спустилась в свою каюту. Ей было над чем поразмыслить. До сих пор в своём путешествии она встречалась с людьми, животными, гномами, великанами, феей и ведьмой, колдунами, чудовищами, оборотнями, бесёнком, водяным и даже привидением, но она даже не предполагала, что могут оживать неодушевлённые предметы. Только что все они еле избавились от деревянной носовой фигуры, получившей возможность двигаться. На этот раз ей повезло, потому что эта фигура гонялась за матросами, почему-то избрав главной своей жертвой спасённого Джона. А что ей делать, если такое страшилище будет преследовать её? Тора говорила однажды о каменном чудовище, грозящем кого-то раздавить, но, может, она ошиблась и деревянную фигуру приняла за каменную?
Девушке было страшно. Теперь она не была уверена ни в одной вещи. Лампа в виде красиво переплетённых змей тоже могла ожить и поползти к ней, извиваясь и грозя её ужалить или задушить.
Адель не спала всю оставшуюся часть ночи, а наутро за завтраком обнаружила, что дон Педро уже не столь предупредителен, как прежде, а сеньор Хосе мрачен и неразговорчив.
Девушке пришла в голову неожиданная мысль. А вдруг эта деревянная фигура была послана ей в помощь? Недаром она не стала за ней гоняться, а выбрала нового моряка с несимпатичным лицом. Может, оставив люгер без мачты, она вынудит капитана пристать к берегу, где Адели удастся сбежать?
— Дон Педро, — обратилась девушка к своему временному хозяину, — мы пристанем к берегу?
— Почему? — сердито спросил тот. — Мы доплывём до бухты, о которой я вам говорил, и с одной мачтой. Там мы остановимся для ремонта, а вы, дорогая сеньорита, продолжите путь по суше под покровительством других людей.
Девушка и виду не подала, насколько её огорчило это известие. Но, может быть, потеря мачты хотя бы отдалит день прихода в бухту? Кто знает, какой благоприятный случай может за это время подвернуться?
Матросы целый день приводили люгер в порядок, и Адель только раз вышла на палубу подышать свежим воздухом и осмотреться. Судно стояло на якоре недалеко от скал.
— Шторма не предвидится, — раздался за спиной девушки голос сеньора Хосе. — Плохо бы нам сейчас пришлось в шторм.
Он обращался не к своей пленнице, а к одному из матросов, но Адель жадно ловила каждое слово любого человека на борту.
— Лучше бы сразу поставить новую мачту, сэр, — обратился к нему Джон. — Можно было бы установить хотя бы временную.
— Помалкивай, пока к тебе не обратились за советом, — грубо посоветовал помощник капитана. — Нам нельзя задерживаться даже на день.
— Позвольте спросить. сэр, куда идёт это судно? — вновь заговорил Джон.
Сеньор Хосе повернулся к нему спиной, а озадаченный моряк отошёл было, но, увидев, что на палубе появился капитан, приблизился к нему.
— Сэр, — заговорил он с достоинством, которое не слишком вязалось с его внешностью, — позвольте спросить вас, куда вы идёте и где вы предполагаете меня высадить? Моё судно потерпело крушение, а мне надо сообщить подробности этого бедствия его владельцу, ведь на нём погиб его сын.
— Друг мой, — ответил дон Педро довольно любезно, — я сочувствую горю отца, потерявшего сына, но надеюсь, что ты не откажешься побыть с нами несколько дней, пока мы не приведём "Бесшабашного" к песчаной косе, где нас ждут и окажут помощь. Там ты и покинешь нас. Теперь, когда у меня осталось всего четыре матроса, твоя помощь будет бесценна.
— Буду рад послужить вам до прихода на место, капитан, — отозвался Джон, вновь принимаясь за дело.
Адель не знала, какой вывод сделать из услышанного. Неужели дон Педро хочет отпустить спасённого моряка? Или, может, он собирается и его передать торговцам людьми?
Уходя с палубы, она оглянулась и увидела, что капитан и два матроса осматривают место, где ещё вчера красовалась носовая фигура.
Утром весь экипаж был встревожен рассказом двух вахтенных, утверждавших, что слышали ночью стук на мачте. Адель удивилась переполоху, который вызвало это известие. Матросы осматривали мачту и реи, словно чего-то искали.
— Что случилось, дон Педро? — не выдержала Адель.
Капитану было не до любопытной девушки, которую он вёз продавать, но он сам установил такой порядок, что она на время считалась пассажиркой, поэтому он разъяснил:
— Ночью слышали стук на мачте, сеньорита?
— А кто стучал? Дятел?
Дон Педро решил набраться терпения.
— Не дятел. Так стучит своим деревянным молотком Клабаутерманн.
— Кто? — не поняла Адель.
— Клабаутерманн. Это добрый дух судна. Своим стуком он предупреждает о какой-то неисправности. Мои матросы её ищут.
Моряки ощупали каждую деталь крепления мачт и реев, осмотрели каждую снасть, но ничего не обнаружили. На всякий случай решено было плыть не под всеми парусами, а лишь под нижним. Однако ночью вновь послышался стук. И капитан, и его помощник, и вся команда до последнего человека собрались на палубе. Адель, привлечённая топотом ног, тоже присоединилась к морякам. Наверху слышался явственный стук дерева по дереву.
Лица собравшихся людей были сосредоточены и тревожны.