– Слушай, Елочка, меня все еще беспокоит то, что произошло ночью, – сказала Вика, когда девочки шли в столовую завтракать. – Ты уверена, что дело было в помаде?
– А в чем еще? – нехотя ответила Иоланда. – Ты правда в это веришь? Да забудь. Видишь, все живы, здоровы, никто к нам не пришел.
– Ну да, ты права.
Больше они не разговаривали о прошедшей ночи. После завтрака все собрались и пошли купаться. Выходя из лагеря, отряд как всегда проходил мимо шатров, в которых продавались сувениры и сладости. Люди расступались, давая пройти детям. Вика рассказывала какую-то историю, которая произошла с ней в школе, а Иоланда слушала ее и разглядывала людей возле шатров. Вот мама пытается оттащить от сладостей разревевшегося ребенка, вот довольно-таки полный мужчина разглядывает прилавок с магнитами на холодильник, вот очень симпатичная женщина в джинсовых шортах и черном топике, сужающемся к шее и с бахромой, идущей от середины топа до пояса, напоминающем чем-то масть пики… «Пики». Эта мысль сама собой заползла в голову и теперь не хотела покидать ее. Женщина смотрела прямо на Иоланду и легкая улыбка была на ее лице. «Да нет, это бред» подумала она, но образ женщины так сильно засел в голову, что не думать о ней теперь не представлялось возможным.
– Ты меня слушаешь вообще? – услышала она вдруг голос Вики.
– Да, прости. Просто задумалась.
– Ну вот, а я тут распинаюсь.
– Ну не обижайся. Там просто мужик смешной был.