– Шриз, нам бы самим выжить, ты разве не видишь, что творится вокруг?
– Это да, но всё же, если мы переживём третий круг, ты мне поможешь? – не унимался Союзник.
– Если выживем, и нас отпустят на все четыре стороны, то первое, что мы сделаем – пойдём выручать твоих родственников, – пообещал астроном.
– Обещаешь? – с детской недоверчивостью спросил медведь.
– Обещаю! – твёрдо ответил Олег.
Они оба замолчали, и астроном устремил свой взгляд к небу, чужие звёзды одновременно вызывали любопытство и тоску, тоску по дому, по работе.
«
Но даже так звёзды казались прекрасными и безмятежными, то что нужно после сумасшедшего дня на арене.
– Хозяин, почеши мне пузико… – озорно попросил Шриз и повалился на спину, открывая перед Олегом свой живот.
– Да что ты?! – астроном невольно улыбнулся.
Олег протянул руку к Союзнику, но тот в последний момент грозно зарычал, и парень с опаской убрал руку.
– Посмотри на небо, – пробасил урса в голове у Олега.
– Что?
Астроном поднял голову кверху и уставился на кроваво-красный след над головой, небесное тело входило в атмосферу под острым углом, затем разделилось на три огненных болида и устремилось куда-то на запад.
«
Шриз уселся на лапы, и теперь оба молча наблюдали за пламенными обломками, что снижались в атмосфере, горя красным пламенем, пока не упали где-то на Западе. Ночь озарили три яркие вспышки. А затем последовала ударная волна, не такая сильная, чтобы выбить окна или нанести какой-то серьёзный ущерб, но вполне ощутимо для того, чтобы прервать любой, даже самый крепкий сон. За стенами арены послышались беспокойные возгласы и бормотания, недовольные люди выходили из своих домов, чтобы узнать, в чём дело.
Олег услышал шаги за спиной, он обернулся и увидел Рафталию. Руки девушки оказались все перебинтованы, под глазами темнели мешки, а волосы были растрёпаны, она присела рядом.
– Как ты? – спросил астроном.
– Уже лучше, но больше на арену я не выйду, – она посмотрела Олегу в глаза, – Спасибо, что спас меня, я этого не забуду.
– А как же твоя мать, она же будет против. Честь и всё такое?
– Плевать! – с гневом произнесла девушка, – Я лучше буду всю жизнь разливать эль в дешёвых тавернах, чем ещё раз испытаю этот ужас…
Они замолчали.
– Ты, наверное, хочешь знать, что за артефакт тебе дала Теллания? Я могу рассказать, – Рафталия намеренно избегала обращения мать.
– Расскажи, если несложно.
– Это Зов природы, артефакт улучшает токи эфира и облегчает различные трансформации, очень полезно для любого харгала, но для тебя он не представляет ценности, я права?
– Пожалуй, я ведь не перевёртыш, – согласился Олег.
– Ты можешь отдать его своему Союзнику, урса станет сильнее, – предложила Рафталия.
Шриз всё понимал и довольно мыча, боднул хозяина головой.
– Кажется, он хочет опробовать новую игрушку, – Олег улыбнулся и, обернувшись к Шризу, продолжил, – давай я надену тебе на голову этот Зов природы.
Медведь охотно подставил свой затылок хозяину, вот только голова урсы превосходила ширину цепочки, на которой висел артефакт, раза в три.
– Давай я, – предложила Рафталия, – Это делается по-другому.
– Хорошо.
Олег отдал артефакт в руки девушки и та, расстегнув ремешок, надела цепь на шею Шриза.
«
Цепь стала толще и намного длиннее, впрочем, сам артефакт тоже увеличился, теперь на пузе урсы висело раскидистое дерево размером с арбуз.
– Артефакт подстраивается под владельца и меняет форму, – пояснила Рафталия.
– Ну да, конечно, как я сразу не догадался!
Они рассмеялись.
Шриз спустился на арену и начал трансформироваться, рост медведя ушёл за шесть метров, длиннющие когти и глаза горели красным, словно неоновые вывески на ночном гастрономе.
– Мне кажется, или медведь стал больше? – с сомнением спросил Олег.
– Стал! Хозяин, не сомневайся! Я чувствую прилив сил от этой штуковины, – радостно доложил медведь.
– Помнишь, как Теллания привязала виверну к земле толстыми стволами деревьев?
– Да!
«
– Без Зова природы она на такое не способна, наверняка твой Союзник проявит ещё какие-то способности завтра на арене.
– Было бы неплохо, – согласился Олег.
– Я… Мне… – Рафталия замялась и как показалось Олегу, слегка покраснела, – мне нужно идти, может, ещё свидимся…
Она встала и уходя, обернулась, подарив астроному робкую улыбку.
Рафаэль
Утро следующего дня
Рафаэль сидел на мягком кресле и безучастно смотрел в окно. Эллурм бросал свои лучи, словно стрелы, на столицу империи и те беспощадно разили тени, которые прятались в каждую щель и каждый уголок, недоступный свету.