Можно найти несколько десятков бессребреников и фанатиков идеи для укомплектования Политбюро и Совета Министров, но где набрать таких людей для трех тысяч райкомов партии и такого же числа райисполкомов по всей стране от Хорезма до Тикси? А промышленность? А армия? А госбезопасность? Для них потребуются массы вполне прагматичных практиков, которых на голое постановление, на одно «Даешь!» нипочем не купишь. Никуда не денешься – для того чтобы люди стремились во власть, их должна приводить туда вполне конкретная и осязаемая личная заинтересованность.
То, что сам Сталин был скромен в быту, вовсе не означает, что он стремился всю страну одеть в одинаковые робы и посадить на рыбьи хвосты с водой. Отвечая на вопросы американского газетного магната Р. Говарда в 1936 году, Сталин говорил:
Сталинизм и аскетизм вообще никогда не были идентичными понятиями. Идея аскетизма власти – это существо большевизма, троцкизма, полпотовщины, которые предполагали скорое отмирание государства.
Сталин же, напротив, строил великую страну. А ни одна держава в мире, будь то Римская империя, наполеоновская Франция или Великая Британия, никогда не исповедовала идей воздержания и аскетизма. Постничество и схима – удел монахов, а не генералов и политиков.
Сталин это прекрасно понимал. Именно он превратил военных из красных командиров в офицеров, осыпал их золотом и бриллиантами орденов, увешал драгоценным оружием и наделил огромными жалованьями. Именно он посадил партийных функционеров в шикарные «ЗИМы», дал им квартиры, специальные больницы, санатории, дачи, пайки. Именно Сталин много лет приучал элиту, в массе своей недавно еще пасшую коров, ходить в Большой театр, интересоваться искусствами, дружить с писателями и художниками. Советский кинематограф неспроста ведь показывал Потемкина, Меншикова и других русских вельмож, прекрасно совмещавших качества великих государственников с дебошем, пьянкой и развратом.
В качестве примера «перерождения» и последующего предательства советской элиты в наши дни все чаще приводится пресловутое «трофейное дело», состряпанное после войны Министерством госбезопасности. В частности, в нем фигурирует имя маршала Г.К. Жукова, в доказательство разложения которого то и дело приводятся данные обыска, безобразного