Въ недавнее еще время европейскіе кабинеты съ крайнимъ недовѣріемъ слѣдили за политикою Россіи въ отношеніи къ Турціи. Между разными поводами, возбуждавшими недовѣріе, занимало не послѣднее мѣсто такъ называемое «завѣщаніе Петра Великаго», внушающее преемникамъ этого государя мысль о необходимости утвердить господство Россіи надъ Оттоманскою имперіею. Хотя въ изданной, въ 1863 году, въ Брюсселѣ г. Берголъцемъ брошюрѣ подъ заглавіемъ: «Napoléon I, auteur du testement de Pierre le Grand» доказывается, что упомянутое завѣщаніе не только подложно, но что оно было составлено лишь въ 1812 году, по порученію Наполеона I, французскимъ историкомъ Лезюромъ, но все же брошюра г. Бергольца не уничтожила окончательно слиткомъ распространеннаго въ Европѣ мнѣнія на счетъ достовѣрности этого завѣщанія, копія съ котораго, какъ разсказывалось прежде, была будто бы добыта съ неимовѣрнымъ трудомъ кавалеромъ д’Еономъ изъ самыхъ секретныхъ архивовъ русской имперіи. Такимъ образомъ имя д’Еона, какъ лица, пустившаго въ ходъ пресловутое завѣщаніе Петра Великаго, получило извѣстность въ исторіи русской политики. Но и помимо этого, загадочная личность д’Еона и его участіе въ разныхъ политическихъ интригахъ, которыя велись имъ одно время и при дворѣ императрицы Елисаветы Петровны, вызываютъ на изслѣдованіе нѣкоторыхъ обстоятельствъ его жизни, не лишенныхъ важнаго значенія во взаимныхъ отношеніяхъ, существовавшихъ между Россіей) и Франціей) передъ началомъ и во время семилѣтней войны. Не подлежитъ ни малѣйшему сомнѣнію, что д’Еонъ имѣлъ вліяніе на участіе Россіи въ этой войнѣ, стоившей намъ такъ много и крови, и денегъ. Между тѣмъ въ русской печати встрѣчаются о д’Еонѣ слиткомъ скудныя свѣдѣнія. Очеркъ его жизни, составленный Бюлау и переведенный съ нѣмецкаго, былъ въ 1866 году помѣщенъ въ 4-мъ нумерѣ «Заграничнаго Вѣстника», но главный недостатокъ этого очерка заключается въ отсутствіи удовлетворительныхъ свѣдѣній о пребываніи д’Еона въ Россіи, тогда какъ именно этотъ періодъ его жизни и долженъ преимущественно интересовать русскихъ читателей. Кромѣ упомянутаго очерка, въ 94-мъ нумерѣ «С.-Петербургскихъ Вѣдомостей» за 1867 годъ, въ небольшой фельетонной статьѣ говорилось кое-что о д’Еонѣ, но само собою разумѣется, что такая статья не представляетъ никакой возможности ознакомиться съ его личностью вообще и въ частности съ его дипломатическою дѣятельностію при русскомъ дворѣ. Наконецъ, въ то время, когда статья наша была уже готова, въ «Русской Старинѣ» была напечатана статья г. В. Зотова подъ заглавіемъ «Шевалье д’Еонъ», но авторъ ея не воспользовался тѣми новыми свѣдѣніями, какія въ послѣднее время появились о д’Еонѣ, какъ-то: опроверженіемъ Галльярде изданныхъ имъ же самимъ записокъ д’Еона, изданіемъ Бутарика. архивомъ князя Воронцова и брошюрою г. Бергольца — чрезвычайно важною въ отношеніи дипломатической дѣятельности д’Еона въ Россіи. Что же касается французской литературы, то она чрезвычайно богата сочиненіями о д’Еонѣ. Существуютъ даже его мемуары, изданные на французскомъ языкѣ, въ 1863 году, довольно извѣстнымъ писателемъ Галльярде. Нынѣ достовѣрность этихъ мемуаровъ опровергнута самимъ авторомъ. Нѣкто г. Журданъ употребилъ сочиненіе Галльярде для контрафакціи, издавъ почти слово въ слово книгу Галльярде подъ заглавіемъ: «Hermaphrodite». Тогда Галльярде выпустилъ второе изданіе своей книги: «Mémoires sur le chevalier d’Eon» съ слѣдующимъ объяснительнымъ заглавіемъ: «La
vérité sur les mystères de sa vie d’après des documents authentiques». Въ этомъ новомъ изданіи Галльярде пряма сознается въ тѣхъ вымыслахъ и мистификаціяхъ, которыя онъ позволилъ себѣ сдѣлать при первомъ изданіи записокъ д’Еона. и которыя Журданъ не только перепечаталъ въ своей книгѣ, но и дополнилъ своими разсужденіями по поводу ихъ, какъ о несомнѣнныхъ фактахъ.
Для насъ, конечно, во всѣхъ извѣстіяхъ, касающихся кавалера д’Еона, имѣютъ важность только тѣ свѣдѣнія, которыя относятся къ пребыванію его въ Россіи, остальными же свѣдѣніями мы воспользуемся для того только, чтобы датъ общее понятіе объ этой загадочной личности.