Читаем Западня полностью

Западня

В книге рассказывается о работе советских разведчиков и подпольщиков в оккупированной фашистскими захватчиками Одессе.Для среднего и старшего возраста. Рисунки В. Васильева.

Александр Исаевич Воинов

Приключения / Исторический детектив / Исторические приключения18+

Александр ВОИНОВ

ЗАПАДНЯ


ИЗДАТЕЛЬСТВО

«ДЕТСКАЯ ЛИТЕРАТУРА»

МОСКВА ~ 1973



ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. ПАМЯТНИК ДЮКУ

Глава первая

«Как жить дальше?» — это был вопрос, с которым полковник Савицкий обращался к себе всегда, когда предавался размышлениям, и в зависимости от настроения и обстоятельств он вкладывал в него самое разнообразное содержание. Он мог задать себе вопрос, потягиваясь и мурлыча: «Как будем жить дальше, дорогой Мишенька?» — это значило, что полковник собою доволен. «Михаил Михалыч, а как же ты будешь жить дальше?» — в этой интонации уже проступало некоторое недовольство: значит, совершена какая-то ошибка, известная пока ему одному. И, наконец, когда он произносил: «Подумай, товарищ Савицкий, как будешь жить дальше!» — недовольство собой достигало крайнего предела. Тут уже следовало действовать.

Савицкому далеко за сорок. Жизнь его и трепала и миловала. В тридцать седьмом году его вдруг вызвали в Наркомат обороны и предложили срочно отправиться в Испанию.

Через десять дней он уже был под Мадридом, в бригаде генерала Лукача. Однажды целую ночь провел с Хемингуэем, бродя по ночному городу. Хемингуэй, высокий и подвижный, что-то весело говорил коренастому моложавому испанцу, и впервые в жизни Савицкий ощутил горечь оттого, что не знает иностранных языков, так хотелось ему поговорить с Хемингуэем!

Когда они проходили мимо цирка, видавшего не одну яростную корриду, Савицкий остановился и сказал:

— Фиеста!.. Но пасаран!..

«Фиеста» — так назывался роман Хемингуэя, который он читал, а «Но пасаран» были первые испанские слова, которые Савицкий твердо усвоил. В общем, получилось непосредственно и смешно.

Хемингуэй засмеялся и дружески потрепал Савицкого по плечу:

— Но пасаран, камарада…

А потом был бой. Тяжелое ранение… На одном из последних уходящих кораблей Савицкого отправили на родину. В госпитале он узнал, что награжден орденом и получил звание полковника.

Через полгода его направили в разведку. Может быть, потому, что за время болезни он написал обстоятельный доклад о своем пребывании в Испании, доклад, в котором глубоко проанализировал обстановку, сложившуюся в тылу у республиканцев, и подробно рассказал о деятельности «пятой колонны».

Теперь полковник Савицкий был уже разведчиком со стажем. Со стажем! Когда-то он пошутил, что стаж разведчика надо исчислять со дня, когда ребенком он впервые играл в прятки…

— Да, так как же, Михаил Михалыч, ты будешь жить дальше? — проговорил Савицкий, тяжело вздохнув.

Он стоял у окна и смотрел, как вдалеке, у рыжего оврага, трактор тащил пушку. «Какой-то идиот нарушил маскировку штаба», — зло подумал Савицкий, но тут же, взглянув на серые, низкие, по-стариковски неопрятно взлохмаченные тучи, успокоился — погода нелетная…

Как поступить? Этот Дьяченко сумел не на шутку его озадачить.

Конечно, разлучить Тоню и Егорова проще простого: Тоню отправить на задание, а Егорова — в распоряжение штаба фронта… Фу, дьявол! Конечно, лучше всего, если бы этой проблемы вообще не было… Ах, Дьяченко, Дьяченко! Ну и задал ты мне задачу! Уже готовы все документы: и румынский паспорт, и удостоверение, свидетельствующее о том, что Егоров коммерсант. И свою новую «биографию» он уже вызубрил. У Тони надежные справки, подтверждающие ее рождение в немецкой колонии под Одессой, и Егоров застрахован не менее надежно. Старые акции компании Черноморского пароходства и ссылка на богатого деда — вот аргументы, подкрепляющие версию, что коммерцией Егоров (а отныне Иван Константинович Корш-Михайловский) занимается по сложившейся в семье традиции.

Савицкий усмехнулся. И надо же придумать фамилию — Корш-Михайловский! Силен Дьяченко! Это ведь именно он постарался, чтобы фирма новоявленного коммерсанта звучала солидно: «Оптовая торговля фруктами Корш-Михайловского».

Да, но что же, черт возьми, делать? Может, оставить все по-прежнему, будто он ничего не знает, а Дьяченко ни о чем ему не рассказывал? Действительно, почему он должен заниматься подобными делами, влезать в чужие отношения? Почему? Казалось бы, если два человека встретились и полюбили друг друга в этом вселенском пекле, за них только радоваться можно. Оба молоды, и кто знает, доживут ли они до конца войны. Нет! Нет! Он не станет вмешиваться, не должен.

Хотя, если взглянуть на это с другой стороны… Вот они оказываются в Одессе, в окружении врагов. Надо принимать решения, подчас крутые, даже, быть может, жестокие. Не будет ли Егоров скован да и Тоня тоже? Не случится ли так, что, вместо того чтобы действовать и, если нужно, идти на крайний риск, они станут охранять друг друга? Пожалуй, с этой точки зрения, тревога Дьяченко оправдана. Тут таится определенная опасность.

Приходили и уходили люди. Михаил Михайлович выслушивал доклады, подписывал разведсводки, изучал допросы пленных. Начальник оперативного отдела переслал ему шифровку с запросом о том, как осуществляется директива 17/СК.

Как осуществляется?..

Перейти на страницу:

Все книги серии Библиотека приключений и научной фантастики

Судьба открытия
Судьба открытия

Роман «Судьба открытия» в его первоначальном варианте был издан Детгизом в 1951 году. С тех пор автор коренным образом переработал книгу. Настоящее издание является новым вариантом этого романа.Элемент вымышленного в книге тесно сплетен с реальными достижениями советской и мировой науки. Синтез углеводов из минерального сырья, химическое преобразование клетчатки в сахарозу и крахмал — открытия, на самом деле пока никем не достигнутые, однако все это прямо вытекает из принципов науки, находится на грани вероятного. А открытие Браконно — Кирхгофа и гидролизное производство — факт существующий. В СССР действует много гидролизных заводов, получающих из клетчатки глюкозу и другие моносахариды.Автор «Судьбы открытия», писатель Николай Лукин, родился в 1907 году. Он инженер, в прошлом — научный работник. Художественной литературой вплотную занялся после возвращения с фронта в 1945 году.

Николай Васильевич Лукин , Николай Лукин

Фантастика / Научная Фантастика / Исторические приключения / Советская классическая проза
Встреча с неведомым (дилогия)
Встреча с неведомым (дилогия)

Нашим читателям хорошо известно имя писательницы-романтика Валентины Михайловны Мухиной-Петринской. Они успели познакомиться и подружиться с героями ее произведений Яшей и Лизой («Смотрящие вперед»), Марфенькой («Обсерватория в дюнах»), Санди и Ермаком («Корабли Санди»). Также знаком читателям и двенадцатилетний путешественник Коля Черкасов из романа «Плато доктора Черкасова», от имени которого ведется рассказ. Писательница написала продолжение романа — «Встреча с неведомым». Коля Черкасов окончил школу, и его неудержимо позвал Север. И вот он снова на плато. Здесь многое изменилось. Край ожил, все больше тайн природы становится известно ученым… Но трудностей и неизведанного еще так много впереди…Драматические события, сильные душевные переживания выпадают на долю молодого Черкасова. Прожит всего лишь год, а сколько уместилось в нем радостей и горя, неудач и побед. И во всем этом сложном и прекрасном деле, которое называется жизнью, Коля Черкасов остается честным, благородным, сохраняет свое человеческое достоинство, верность в любви и дружбе.В настоящее издание входят обе книги романа: «Плато доктора Черкасова» и «Встреча с неведомым».

Валентина Михайловна Мухина-Петринская

Приключения / Детская проза / Детские приключения / Книги Для Детей
Когда молчат экраны. Научно-фантастические повести и рассказы
Когда молчат экраны. Научно-фантастические повести и рассказы

Это рассказы и повести о стойкости, мужестве, сомнениях и любви людей далекой, а быть может, уже и не очень далекой РѕС' нас СЌРїРѕС…и, когда человек укротит вулканы и пошлет в неведомые дали Большого Космоса первые фотонные корабли.Можно ли победить время? Когда возвратятся на Землю Колумбы первых звездных трасс? Леона — героиня повести «Когда молчат экраны» — верит, что СЃРЅРѕРІР° встретится со СЃРІРѕРёРј другом, которого проводила в звездный рейс.При посадке в кратере Арзахель терпит аварию космический корабль. Геолог Джон РЎРјРёС' — единственный оставшийся в живых участник экспедиции — становится первым лунным Р РѕР±РёРЅР·оном. Ему удается сделать поразительные открытия и… РѕР±о всем остальном читатели узнают из повести «Пленник кратера Арзахель».«Когда молчат экраны» — четвертая книга геолога и писателя-фантаста А. Р

Александр Иванович Шалимов

Научная Фантастика

Похожие книги

12. Битва стрелка Шарпа / 13. Рота стрелка Шарпа (сборник)
12. Битва стрелка Шарпа / 13. Рота стрелка Шарпа (сборник)

В начале девятнадцатого столетия Британская империя простиралась от пролива Ла-Манш до просторов Индийского океана. Одним из солдат, строителей империи, человеком, участвовавшим во всех войнах, которые вела в ту пору Англия, был стрелок Шарп.В романе «Битва стрелка Шарпа» Ричард Шарп получает под свое начало отряд никуда не годных пехотинцев и вместо того, чтобы поучаствовать в интригах высокого начальства, начинает «личную войну» с элитной французской бригадой, истребляющей испанских партизан.В романе «Рота стрелка Шарпа» герой, самым унизительным образом лишившийся капитанского звания, пытается попасть в «Отчаянную надежду» – отряд смертников, которому предстоит штурмовать пробитую в крепостной стене брешь. Но даже в этом Шарпу отказано, и мало того – в роту, которой он больше не командует, прибывает его смертельный враг, отъявленный мерзавец сержант Обадайя Хейксвилл.Впервые на русском еще два романа из знаменитой исторической саги!

Бернард Корнуэлл

Приключения