– Не входи! – кричу и откровенно, не как леди, рыгаю, набирая воду из унитаза и выливаю её, сопровождая всё звуками ужасной тошноты. Боже, аж самой гадко.
– Чёрт, милая…
– Мне…
Второй залп и кашель, которым по-настоящему давлюсь. Не думала, что актрисам так сложно это играть. Это же на самом деле ужасно и противно! Но я прикладываю неимоверные усилия, чтобы всё было похоже на настоящую тошноту, повторяя несколько раз, пока не издаю душераздирающий стон.
Прислушиваясь, замираю и вытираю рот туалетной бумагой. Тихо поднимаюсь на ноги и подхожу к раковине. Включаю воду и смываю с себя потёкший макияж. Я даже непроизвольно слезу пустила. Надо же…
– Джина, можешь успокоиться и закончить шоу. Он ушёл, – раздаётся голос Дерика из-за двери.
Облегчённо вздыхаю и вытираюсь полотенцем.
Открывая дверь, на всякий случай осматриваю комнату и вижу только Дерика, стоящего в ней. Он протягивает мне бокал воды.
– Спасибо. Меня, правда, что-то сейчас затошнило. От всего, – шепчу я. Выпиваю всю воду и ставлю бокал на тумбочку.
– Он не вернётся?
– Не должен. Я сказал, что вызову для тебя врача, если не станет лучше, и дам успокоительное.
– Отлично, – с облегчением падаю на кровать и запускаю пальцы в волосы.
– Как он, вообще, додумался до такого? Ты знал? – Поднимаю голову на Дерика.
– Ты считаешь, что я бы позволил этому случиться, если бы знал? – обозлённо огрызается он.
– Не ори на меня. Я здесь ни при чём. Я не давала ему никаких надежд…
– Но потребовала, чтобы он официально отказался от Моники, Джина!
– Я…
Не нахожусь, что ответить и только вздыхаю.
– Ничего не скажешь в своё оправдание? Только замолчишь? Как это удобно. Так кто из нас лжец, Джина? Ты убеждаешь меня, что Дин тебе неинтересен, а за моей спиной играешь свою партию. И ты не сказала ему «нет», – Дерик обвинительно указывает на меня пальцем.
– Так, парень, а ну-ка, попридержи свой пыл для другого раза. Ты что, сейчас обвиняешь меня в каких-то тайных заговорах? Ты охренел, Дерик? – шипя, возмущаюсь и поднимаюсь с кровати.
– Нет, подожди, ты высказался, теперь моя очередь, – вскидываю руку, заставляя его заткнуться.
– Да, я не отрицаю, что сказала это, когда мы возвращались с этого идиотского свидания. Но у меня выбора не было. Он открыто предложил мне с ним покувыркаться в постели, и я не придумала ничего лучше, как приплести Монику, якобы обидевшись на слухи. И никаких заговоров за твоей спиной не проворачивала. Особенно, против тебя! Выходит, ты до сих пор не веришь мне, – обиженно поджимаю губы.
– Ты не сказала ему «нет», Джина. Если ты так категорично настроена против своего прекрасного принца, то твои слова и поступки говорят об обратном. Ты могла сказать ему «нет»!
– И опозорить его перед всеми? Ты хоть осознаёшь, о чём говоришь, Дерик! Я не могла так поступить с ним!
Наступает пауза, затем Дерик делает шаг назад, а его взгляд леденеет.
– Значит, я прав в своих выводах. Ты пудришь мозги мне, а сама оставляешь для себя отличную возможность стать его грёбаной королевой, – цедит он.
Меня коробит от таких выводов. Какой же он идиот!
– Ты не прав. Ты просто придурок, который ставит на первое место своё достоинство и какую-то задетую честь. А что же ты не возмутился там, м-м-м? Что же ты отошёл в сторону и позволил всему этому произойти? Может быть, потому, что у тебя храбрости не хватит заявить на меня свои права? Вот, в чём суть. Я нашла самый безопасный выход для всех и выставила себя слабой дурой перед ними, а вы оба остались в королях. Так что не смей видеть во мне предателя, понял? – горько сглатываю и отворачиваюсь от Дерика. – Ферсь болен. Клаудия, предполагаю, в ужасе сейчас. Она вряд ли ожидала такого поворота событий. Дин не поставил её в известность о своих планах, иначе бы она помешала этому. Весь двор в шоке. Какая-то безродная американская девка стала выбором принца, ведущего разгульный образ жизни и не ценящего ничего из того, что ему было подарено судьбой. Это удар для всех. В первую очередь, для вашего короля, а когда будет известно всей Альоре, то они тоже ужаснутся от осознания того, какое безрадостное будущее их ждёт. Из шпионки – в невесты принца, – мрачно продолжаю я.