-- А я думал ваш край не менее развит, чем моя родина, но, видно, мы ушли дальше. Я прибыл издалека. Наши маго-техники давно признали, что разрыв во времени и путешествие по нему - возможно.
-- И где сейчас ваши маго-техники? Зачем вы приехали сюда из столь развитого края, в нашу дикую глушь...
-- Заметьте, это вы сказали, -- отрезал Юджин.
-- Вы не ответили на мой вопрос.
-- Кто-то мертв, кто-то жив, а кто-то вынужден скрываться. Но дело не в том, что они маго-техники. И там и тут не может орудовать одна банда. Расстояние огромное...
-- Существует перемещение, -- мрачно напомнил эльф.
-- Да, -- согласился Юджин. -- Но зачем банде действовать на таких огромных расстояниях?
-- Это вы мне скажите, почему вы оказались здесь незадолго до первого убийства?
Юджин выступил вперед, повернувшись спиной к окну.
-- То есть вы думаете, что я один из них. Тогда почему вы еще живы, ведь вы свидетель...
-- Нет, вы не охотник, вы жертва, как и все маго-техники. И это вы привели за собой убийц в этот город. Вы явно в бегах.
-- Меня не преследовали. Да, я был вынужден уехать из родного королевства, так как быть создателем машины времени - это очень большой риск. За право обладать таким изобретением любой маг пойдет на риск. И дело тут не в банде. У нас не убивали маго-техников систематично. Я же сказал, что ученые маги гибли, но у каждого из них была своя история, убийцы были разные. -- Юджин опустил взгляд и стал напряженно разглядывать сверкающие от лака доски на полу: -- Мой помощник и друг погиб. Мы вместе создали временную стрелку. -- С особой горечью Юджин добавил: -- Он так и не успел увидеть ее в действии, хоть и вложил в нее больше сил, чем я. Его убили. Мне пришлось скрываться, потом навсегда уехать оттуда. Но я уверен, что там орудовал один человек, или двое. К банде это не имеет никакого отношения. Как-то я спросил своего друга, станем ли мы известными и богатыми, -- великими людьми, если создадим машину времени. Он сказал, что не знает, станем ли мы богатыми, долго говорил о возможностях, которые открывает это изобретение, но затем добавил вот что: "В мире всегда найдется кто-то, кто захочет получить эти возможности. Так всегда было и будет. Но это не означает, что мы не должны ничего делать. Кто-то должен сделать шаг, найти в себе смелость двигать жизнь и развивать ее, несмотря ни на что".
-- И вы такой человек? -- спросил Рендел.
-- Да. Я сделал это. Сделал, даже несмотря на то, что теперь меня могут убить. Я показал силу и умения и ваши преступники, наверное, очень скоро почувствуют это. Я думаю, они боятся прогресса. Но МЫ не должны бояться. Если мы будем стоять на месте, если будем отказываться от познания, то убийцы только выиграют от этого. Так считал мой друг. Уверен, они так же ценят изобретения, как и мы, поэтому убивают создателей и похищают их творения...
Рендел стал нервно расхаживать по комнате, затем развернулся:
-- И вы изобрели машину времени? Как скоро они явятся сюда за вашим детищем?
-- Я не знаю, но не стану опасаться их, жить в страхе!
И вновь они вспомнили о незнакомце, который по-прежнему неподвижно лежал на диване.
-- А он кто? -- спросил тогда Рендел. -- И о каких телах говорила эта женщина?!
Они вновь обратили взгляды на раненного.
-- Меня зовут Мари. И я говорю вам, что не знаю! Не знаю кто он. Юджин открыл портал, и я прошла туда. Этот человек появился... -- Она раскинула руки и, дергая ими, бешено сказала: -- Я не знаю откуда. Он был весь в крови! Я и понять не успела. Он что-то произнес, кажется, просил помочь ему. Я не разобрала всех слов, и там были тела, много тел. Так мерзко, и запах, и я...
-- Тише, -- приструнил ее эльф. Все они замолчали, а после чего Рендел медленно подошел к неподвижному незнакомцу. -- Он из другого времени?
Юджин и Мари кивнули.
-- Когда он придет в себя, то все расскажет, а до тех пор нам всем лучше молчать. И где она, ваша машина времени?
-- Ее нет, -- ответила Мари. -- Стрелка времени была в часах, они взорвались, и выходит...
-- Я не нашел ее, наверное она тоже не уцелела, -- сказал ученый. -- Может, это и хорошо. -- Он отвернулся, не хотел, чтобы они видели его лицо. Разумеется, о существовании второй стрелки, более мощной, он умалчивал. Для остальных же получилось, что его последние слова лишили смысла все, что он сказал до этого. Мари нахмурилась, он же противоречил сам себе: "Что значит "хорошо". Если машины нет, значит, он проиграл, а не выиграл.
Рендел тем временем согласился:
-- Да. Теперь никто не может украсть машину времени. Представьте, чтобы было, если бы ваше изобретение попало в руки к убийцам. Я рад, что его больше нет. И рад за вас. Надеюсь, что теперь вы не будете им нужны.
-- И что дальше? -- поинтересовалась Мари.
-- Будем молчать, -- заключил Юджин. В его голосе чувствовалось напряжение, но то был не страх, что-то другое.
Какое-то время Мари смотрела на него, но в итоге он одарил ее мрачным взглядом, словно говорил ей: "Я не доверяю тебе больше. Ты всего лишь воровка".