Когда стало темнеть, Ниар остановился в небольшом парке на окраине города. Там было всего четыре скамьи. Они расположились на холме, а в самой высокой точке стояли огромные часы. Были еще одни массивные часы в центре Фортона, чуть меньше известных столичных, но гораздо больше этих, однако Велери проверил их еще днем. Для них стрелка была маловата, а вот эти, в этом пустынном парке на окраине, были в самый раз. Во всяком случае, на глаз. Ниар даже устало улыбнулся. И место удачное, в стороне от лишнего внимания. Часы были ржавые, хоть стрелка еще тикала. Ниар смотрел, как она скользнула на цифру двенадцать, – это минутная стрелка, разумеется. Заиграла мелодия, но звук был дребезжащий и неприятный. К тому же механизмы внутри так заржавели, что хрустели при каждом повороте. Этот звук частично забивал мелодию. Ниар скрестил руки на груди. Он был одет в брюки, рубашку и жилетку, что одолжил ему ученый, но плаща не было. Днем было жарко, но к вечеру, особенно на холме, стало ветрено. Велери молча глядел на часы, пока они не перестали отбивать свой ритм. Хруста стало меньше, так как главные механизмы стихли. Оставался лишь еле слышный скрип шестеренок, благодаря которым стрелка пошла на следующий круг. Десятый час. Ниар мысленно отметил, что исследование города затянулось. Он оглянулся. В парке было двое мужчин. Один из них выгуливал собаку. На скамье сидела женщина. Она глядела в книгу, страницы которой то и дело перелистывал ветер. Всякий раз она ловила лист за край и пыталась его удержать.
Ниар вздохнул. Циферблат находился высоко. Нужно было добраться до него, но Велери предпочел бы, чтобы этого никто не видел.
«Почему вам не спится? – думал он. – Тут весь город проклятый. Часы уничтожают как тараканов, а эти дамы сидят на скамейках на окраине – под ветром, под фонарями, что взрываются так же часто, как воздушные шары, и читают книгу!»
Король все это время смотрел на женщину, которая упорно пыталась что-то там прочесть. В итоге Ниар медленно подошел к пустующей скамье возле часов и опустился на нее, предварительно стряхнув с ее поверхности грязь, налетевшую из-за ветра.
Судя по часам, прошло минут тридцать. Книга наконец-то вылетела из рук дамы. До этого Ниар удивлялся, как она вообще видела ее. Свет фонарей был тусклым, а на улице уже было совсем темно. К счастью, циферблат был подсвечен.
Быстро поднявшись со скамьи, Ниар успел поймать катившуюся по земле книгу. Дама напряженно подбежала к нему.
– Спасибо, – как-то отстраненно, но не грубо сказала она.
– В парке небезопасно, – заметил он и протянул ей книгу. Она взяла ее и прижала к себе.
– Знаю.
Сказав это, она впервые подняла на него взгляд. Даже при тусклом свете на ее глазах были видны слезы. Велери сразу же изменился в лице:
– Может, я могу вам чем-нибудь помочь?
– Нет. – Она стала искать у себя платок. Ниар осмотрел свою жилетку и протянул даме платок. Она приняла и неохотно признала: – Мой муж погиб во время взрыва в поезде. Мне теперь все равно. Прихожу сюда и сижу. Знаете, как бывает: когда теряешь семью, ничего уже не волнует.
Ниар понимал ее. Стоило ему вспомнить о сыне и жене, вновь представить, что их уже давно не было в живых, им овладевала дикая боль. Ему показалось, что эта женщина хочет, чтобы банда убила ее. Вот и сидит в парке ночью. Она была еще такой молодой. Ниару стало как-то уж совсем не по себе.
– Я потерял сына и жену, – поделился он. – Понимаю, каково это. Но не надо испытывать судьбу. Идите домой.
Она, всхлипнув, кивнула и медленно направилась по темной дорожке к выходу из парка. Ниар проводил ее взглядом и почувствовал себя негодяем. Как можно было отпустить ее одну? Дорога была едва видна, фонари светили тускло, да еще и на окраине. И все же то был шанс подобраться к часам, посмотреть на циферблат вблизи и примерить стрелку. Днем все было сложнее.
– Попробуем, – решился Велери и быстрыми шагами направился к часам, затем разбежался и запрыгнул на выступ, на котором стояли часы. Его руки крепко обхватили ржавое основание, которое тут же начало осыпаться.
«Чудо, что их еще не снесли. Сколько им лет?»
Он бегло осмотрелся и стал осторожно взбираться по часам. К счастью, они были сделаны просто, прямо как ступени. Сначала самое массивное прямоугольное основание, затем из него вырастал более узкий прямоугольник, далее – еще тоньше, и так до самой вершины с циферблатом. Чем выше Ниар взбирался, тем ветренее становилось. К тому же руки короля быстро покрылись слоем облупившейся ржавчины. Ниар был уже немолод. Без магии подобные приключения давались ему непросто.