Слезы скатились по моей щеке, и Джейк прижался щекой к моим волосам.
Мое тело вздрогнуло от рыданий, и Джейк приподнял меня, чтобы я могла уткнуться лицом в его шею.
Мое дыхание прерывалось от рыданий, слезы свободно текли по моим щекам и падали на шею Джейка.
— Господи, — пробормотал Джейк хриплым голосом.
Я знала, что это значит, и нежно его обняла.
Я сделала глубокий вдох, чтобы сдержать слезы. Это не сработало.
Я услышала щелчок, затем тишину, которая была нарушена звуком моего рыдания, заполнившим комнату. Я знала, что Джейк отложил диктофон в сторону, когда его объятия стали еще крепче и одна рука скользнула в мои волосы, его пальцы скользили по ним, держа меня, поглаживая, успокаивая. Какое-то время он прижимал меня к себе. Возможно, прошли минуты, а может, и часы, прежде чем мои слезы утихли. Потом он продолжал меня держать. Глаза щипало, сердце болело, губы шевелились.
— Она дала мне всё, — сказала я Джейку.
— Да, детка, — ответил он.
— А потом она умерла и отдала мне это снова.
Я почувствовала, как его тело слегка вздрогнуло, прежде чем он сказал:
— Да, Лисичка, она дала это и мне тоже.
Бабушка дала Джейку и это тоже. Я закрыла глаза. Затем открыла их, слегка отстранилась и подняла голову, чтобы поймать взгляд своего мужчины.
— Мне нужно привести себя в порядок и забрать Итана.
Джейк смотрел в мои глаза в течение долгих мгновений. Потом, наконец, я завороженно наблюдала, как его глаза — необычного мятежно-серого цвета — меняли цвет на красивый светло-голубой.
А такое происходило, когда они улыбались.
ЭПИЛОГ
— Все сделано? — спросил Джейк.
Арни кивнул, улыбаясь:
— Все в порядке.
Джейк посмотрел на него, а потом перевел взгляд на конверт, который только что вручил ему Арни, удивляясь, как в конверте может содержаться нечто столь огромное.