Читаем Завещание Вагнера (СИ) полностью

Лия ни о чем для себя не просила, и участи своей не удивлялась, знала, что на земле она чужестранка...

Об одном она молила бога, чтобы ее не узнали, а узнав, не осудили, не выслушав...

Родственники и близкие предпочитали ее не знать, ибо уже ненавидели, хотя в ней не было ничего, заслуживающего ненависти...

Это несправедливо...

Сколько людей изменилось под влиянием книги Лии... а сколько перебежало на другую сторону... кто это будет отрицать?..

Каждый раз я покрываюсь краской стыда или страха, когда вспоминаю ее ласки... нет, даже под пыткой не расскажу всего...

Все это я приписываю злой воле, а Лия не признавала это злом, не стыдилась и не раскаивалась, мне кажется, даже гордилась, а когда ее обвинили на суде, призналась без всякого принуждения... и радовалась, как будто обвинение было ей желанно...

Можно ли называть ее безумной?..

Безумными были судьи, когда предъявили ей обвинение в заговоре против власти...

Они называли место, время, сообщников, их количество...

И что?.. да ничего... она закусывала губу и судей не замечала или сама делалась невидимой, стыдила их, говорила: своими приговорами вы сами разоблачаете...

Когда она призналась, что она дева и послана богом, они пытались выведать подробности...

Она говорила то, что было, они же хотели слышать то, чего не было...

И эта порочная практика судебных разбирательств остается до сих пор не замечаемой...

Откуда она взялась?..

В ослеплении ненависти они называли Лию беспутной, ничтожной, бессовестной... их раздражало ее смиренная поза, ее красота...

Она была не дурна собой, лицо тонко очерченное, волосы вьющиеся как у цветка гиацинта, голос, как у ангела...

Ее голос пьянил, смирял...

Они же вопили, и выли как волки: не должно ее быть среди нас...

Она говорила, что упала к ним с неба...

Они недоумевали... как такое возможно?..

Лия насадила сад, а они пришли с топорами... они и ее рассекли бы на части, если бы узнали, кто она...


В книге Лия описывала жизнь и учение Мавра... она жила и дышал его словами...

Мавр говорил: все люди по происхождению одинаковы...

Мое происхождение осложнялось некоторыми посторонними обстоятельствами... я ведь тоже был сиротой, я упал с неба... и это возбуждало людей против меня...

Почему?..

Помню, Мавр говорил: в боге надо искать объяснений существования этого мира...

Вселенная поражала меня гармонией своего устройства и странным безразличием, равнодушием...

Мавр явно имел общение с богом...

Лия стояла в середине между Мавром и мной смертным, но ближе ко мне, чем к Мавру... она была моим ангелом... я в ней нуждался, а она не имела нужды даже в самой себе...

Она чувствовала себя блаженной, жила не для себя, для других...

Я вспомнил все утра и вечера, когда она являлась мне в видениях и в разных обликах...

В наших отношениях не было случайности или принуждения, но только то, что сообразно с природой...

Город нам не был нужен...

Мы оставались равнодушными ко всему происходящему...

Мы жили на острове...


В книге Лии я нашел историю рождения близнецов, и как бы переселилась в них и без всякой преднамеренности...

Близнецы обращались друг к другу на своем языке и созерцали себя...

Это созерцание развивало их ум...

Помню, как я, движимый неопределенной какой-то бессознательной силой, тяготением устремлялся к богу, но видел его еще смутно... в три года это неопределенное влечение стало определенным, бессодержательное оно наполнилось содержанием, смутное превратилось в видения мне от бога... мне захотелось туда, где он, но лучше бы мне не желать этого...

Ум направил меня к богу...

Я созерцал... это созерцание отлагалось в уме в виде множества представлений...

У меня была способность без усилий и исканий находить в этом множестве представлений нужное мне представление, и пользоваться им как своим...

Лия была для меня самым возвышенным существом, лучше всех и ближе всех прочих... она разливала вокруг себя светлое сияние...

Я помню лицо брата... я сохранил в себе многие его черты...

Смерть разделила меня с ним, второй бог...

Потом ушел Мавр, за Мавром Лия ушла... я пытался ее удержать, но неуспешно...

Смерть представила мне все это как естественно необходимое и в другом свете, она поразила меня беспомощностью, лишила сил...

Я очнулся на кладбище на дне ямы... не знаю, сам я туда сошел или кто-то спихнул... и заслуженно... я никому не был нужен, даже самому себе...


* * *


Возможно, я впадаю в преувеличение...

Все смутно, дробится...

Книга Лии не представила мне сколько-нибудь счастливого разъяснения тайны моего рождения...

Мавр говорил, что у меня был брат, но он умер...

Подчинена ли смерть богу?.. да и есть ли смерть?.. ведь Христос и человек и спаситель, своей крестной смертью он попрал смерть, вырвал ее жало... или это некое утонченное богословское построение, тайна, в которую трудно вложить понятное содержание...

Здесь я переношусь в область нетленного...

Лия являлась мне ангелом в образе, который она носила... я же никуда не приходил, ни ходил... я лежал и не вставал... однако каким-то образом перемещался в пространстве и времени, мог даже летать без крыльев...

Перейти на страницу:

Похожие книги

Точка опоры
Точка опоры

В книгу включены четвертая часть известной тетралогия М. С. Шагинян «Семья Ульяновых» — «Четыре урока у Ленина» и роман в двух книгах А. Л. Коптелова «Точка опоры» — выдающиеся произведения советской литературы, посвященные жизни и деятельности В. И. Ленина.Два наших современника, два советских писателя - Мариэтта Шагинян и Афанасий Коптелов,- выходцы из разных слоев общества, люди с различным трудовым и житейским опытом, пройдя большой и сложный путь идейно-эстетических исканий, обратились, каждый по-своему, к ленинской теме, посвятив ей свои основные книги. Эта тема, говорила М.Шагинян, "для того, кто однажды прикоснулся к ней, уже не уходит из нашей творческой работы, она становится как бы темой жизни". Замысел создания произведений о Ленине был продиктован для обоих художников самой действительностью. Вокруг шли уже невиданно новые, невиданно сложные социальные процессы. И на решающих рубежах истории открывалась современникам сила, ясность революционной мысли В.И.Ленина, энергия его созидательной деятельности.Афанасий Коптелов - автор нескольких романов, посвященных жизни и деятельности В.И.Ленина. Пафос романа "Точка опоры" - в изображении страстной, непримиримой борьбы Владимира Ильича Ленина за создание марксистской партии в России. Писатель с подлинно исследовательской глубиной изучил события, факты, письма, документы, связанные с биографией В.И.Ленина, его революционной деятельностью, и создал яркий образ великого вождя революции, продолжателя учения К.Маркса в новых исторических условиях. В романе убедительно и ярко показаны не только организующая роль В.И.Ленина в подготовке издания "Искры", не только его неустанные заботы о связи редакции с русским рабочим движением, но и работа Владимира Ильича над статьями для "Искры", над проектом Программы партии, над книгой "Что делать?".

Афанасий Лазаревич Коптелов , Виль Владимирович Липатов , Дмитрий Громов , Иван Чебан , Кэти Тайерс , Рустам Карапетьян

Фантастика / Советская классическая проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза / Cтихи, поэзия / Проза