Когда все покупки были загружены в багажник, а половина на заднее сидение машины, Давид ухватил меня за руку и развернув к себе потребовал:
– Клав, что не так? – брови сведены, губы сжаты, а глаза метают молнию.
– Всё нормально, Давид Матвеевич, – буркнула и выхватив руку, села в машину.
Шеф не стал опять меня вытаскивать наружу, хотя было видно каких трудов ему это стоило, о чём и сообщила громко хлопнувшая дверь. Обойдя машину, он сел за руль и не говоря ни слова взвизгнул тормозами.
Я не знала, куда мы сейчас поедем, продукты же испортятся и их нужно убрать в холодильник. А значит, Давид может поехать сразу на базу отдыха, но я же ещё не звонила, да и когда!? Не успела я всполошиться, как машина свернула в знакомый с детства район. Так, значит, Давид привёз меня за вещами. Ну да, правильно, завтра же все приезжают, а значит нужно начинать готовить уже сегодня. И как я не подумала? Ну не голодных же клиентов оставлять… А пока, я буду собирать вещи, позвоню в "Сугробы веселья".
– Иди домой, Клав, – вырвал меня из тяжёлых раздумий уставший голос Давида. – Завтра в семь часов я заеду за тобой. Скинь мне эсэмэской номер нашего домика, я сейчас отвезу продукты. Брат тебя отпускает, – когда говорил, он даже не посмотрел на меня.
– А как же работа? – растерянно спросила я, цепляясь руками за сумку. Как-то гадко стало. Чувствую себя полной свиньёй, и виноватой в усталости шефа.
– Сегодня отдыхай, собирайся, – Давид повернулся ко мне и уголок его губ дёрнулся, – а завтра будет работа, раз ты так рвёшься трудиться перед праздником.
Я уныло кивнула и выбравшись из машины, поплелась домой. А зайдя в квартиру, вляпалась ещё в одно досадное недоразумение – чёртов замок! Я не могла расстегнуть куртку! И это было последней каплей! Схватившись за верх замка по одну и другую сторону куртки, я рванула в разные стороны и тут же услышала последний, душераздирающий стон своей единственной зимней вещички!
Взвыв в голос, зло стащила через голову остатки куртки и замерла, наблюдая как на пол летит чёрная шапка с большим бумбоном.
Дав себе волшебного, предновогоднего пендаля, я забронировала домик, скинула эсэмэс Давиду и получив в ответ "спасибо" врубила музыку на всю катушку. И отправилась в ритме танца, переворачивать свой и Дианкин гардероб. К выбору одежды на ближайшие два дня я подошла с особой осторожностью, всё-таки я помню, что помимо шефа будут ещё мужчины, чьё внимание мне точно не нужно!
Глава 10. Поездка в сказку
– Это, что? – вопрошал мрачно шеф.
– Шуба, – отвечала жизнерадостно я.
– Это не шуба, – настаивал он.
– А что это? – спрашивала я, оглядывая коротенькую шубейку.
– Это, – оглядывал он мою коротенькую шубейку, задерживая взгляд на кожаных лосинах, с начёсом, между прочим, – тёплая кофточка!
– Ну, Давид Матвеевич! – психанула я, всплеснув руками, и обойдя шефа, направилась к ожидающей нас машине.
Но дойти у меня не получилось. Давид, схватил выше локтя и резко развернул к себе.
Блин, надоело постоянно впечатываться в него и бороться с желанием забраться под пальто руками.
А как хорошо началось утро! Проснулась я вовремя, не спеша позавтракала, болтая со счастливым братом по телефону, и слушая задним фоном мурлыканья Дианки. Навела лёгкий макияж, оделась и вышла к указанному времени на улицу. Ко мне тут же подошёл водитель и поздоровавшись, забрал сумку с вещами. Я думала, что Давид приедет позже, раз прислал за мной машину. Но поняла, что ошибалась, когда шеф, буравя меня тяжёлым взглядом, вышел из машины. Подойдя ко мне, в приказном тоне он велел поменять эту "кофточку" на нормальный, тёплый пуховик. Да и я бы с радостью, но пуховика больше нет! И не скажу же я Давиду, что со злости порвала его? Нет, не скажу. Вот мы и стоим, спорим, а уже должны быть на полпути к базе отдыха. К обеду приедут гости, которых кормить надо. И кстати, Давид всё-таки не позвонил никому. Не напрасным оказался совет Томочки.
– Что? – я нервно дёрнулась, в попытке отстраниться от одурманивающего мужчины.
– Ещё, хоть раз, назовёшь меня так, – Давид приблизился, касаясь моего носа своим.
– И что? – с вызовом спросила я, ни на миг не пугаясь, а наоборот, желая стать ещё ближе.
И вместо того, чтобы поцеловать меня, как хотели его глаза, пожирающие мои губы, Давид заливисто расхохотался, откинув голову назад.
– Может валерьяночки, Давииид Матвеевииич? – ехидным тоном поинтересовалась я, злясь на этого хохотуна!
– Валерьяночки? – отсмеявшись, переспросил Давид, гоняя дрожь своими сверкающими по-мальчишески глазами, по моей спине. – Пожалуй, надо заехать в аптеку, – он задумчиво потёр подбородок, – с такой помощницей, мне нужно что-то по серьёзнее.