Внезапно Тузька, с видимым интересом отбивавшая по гулкому полу какой-то сложный ритм, очень целеустремленно порысила куда-то вбок. Естественно, за ней устремился и я — нельзя же оставлять «салажонка» без пригляда в таком небезопасном месте. Затем вслед за нами торопливо зашагал Монбазор. Вскоре мы втроем оказались на небольшой площадке, немного заглубленной в скалу.
Тузька радостно запрыгала возле одного из участков стены, привлекая к себе наше внимание.
«Ты что-нибудь чувствуешь?» — озадаченно спросил меня хозяин.
Я прислушался к своим ощущениям.
«Да. Где-то на уровне твоей груди небольшая ниша. Тайник под иллюзией».
«Здесь?»
Монбазор наугад ткнул пальцем в камень, и его рука неожиданно прошла сквозь стену. Маскировка слетела, оттуда потянуло смутно знакомым химическим запахом. Да это же этиловый спирт! Помню, у Учителя в лаборатории стояла небольшая канистрочка с этой жидкостью. На ней еще была этикетка с надписью: «Для протирки оптических осей».
— Вы что-то обнаружили, коллега?!
Отлучка Монбазора не осталась незамеченной — к нам потянулся народ. Всем было любопытно, что же мы откопали. Только один из местных магов остался на месте, причем лицо его было весьма недовольным.
Хозяин на правах первооткрывателя протянул руку в нишу и… с недоуменным видом достал оттуда большую, почти полную бутыль с прозрачным содержимым. Затем еще одну, наполовину пустую. За ней последовали обычный тормозок и еще один большой предмет, тоже укрытый пленкой стазиса. Мне снизу было плохо видно, но, кажется, хозяин выудил стеклянную банку, внутри которой в мутноватой жидкости плавало что-то продолговатое и буровато-зеленое.
Все эти находки вызвали отдельные смешки, быстро перешедшие во всеобщий хохот.
— Ваша бригада действительно показывает класс! — смеясь, обратился к Стэнниолю старший смотритель. — Можно сказать, что у ваших помощников отменный нюх!
— Зато будет, чем отметить завершение инспекции! — с удовольствием вставил его коллега.
Монбазора, оторопело стоявшего с банкой в руках, поощрительно похлопывали по плечу. А соленые шуточки заставляли его отчаянно краснеть. Наконец, он сердито сунул кому-то свою ношу и отодвинулся подальше в сторону, ко мне и Тузьке.
«Вот деревяшка ходячая! — обозлился он на нашу табуретку. — Не могла сразу предупредить, что там! Она вообще разговаривает?!»
«Нет, — сообщил я, прислушавшись к ее незамутненно-чистым эмоциям. — Она тебя молча обожает!»
Боюсь, хозяин хотел произнести нечто не совсем приличное, но тут в наш интимный разговор буквально ворвался посторонний.
«Прошу прощения, что вмешиваюсь без спроса, — послышался мысленный голос архимага. — Но значит ли это, что вы, Такс, можете понимать разговор волшебных вещей?!»
«Могу», — недовольно проворчал я.
Надо же, опять прокололся! Хотя… это же главная ищейка, от нее ничего не утаишь!
«Это же просто замечательно! — честное слово, если бы архимаг был псом, можно было бы сказать, что он повизгивает от возбуждения и азарта. — Тогда я попрошу вас срочно расспросить один такой предмет!»
Перейдя с мысленной речи на обычную, Стэнниоль мигом призвал всех к порядку и попросил немедленно пригласить сюда советника Гельминтая. Один из смотрителей опрометью бросился к лифту.
— А вы пока продолжайте, — как ни в чем не бывало обратился архимаг к нашему «гиду». — Кажется, вы прервали описание инцидента на месте прорыва защитного контура…
— Да-да, с вашего позволения, продолжу…
Стэнниоль, хотя и продолжал кивать в такт с внимательным видом, вряд ли его слышал. Буквально через несколько мгновений я снова услышал его четкую речь.
«Такс, помнишь кинжал, который нашли в тайнике Квантофельбаума? Ты не знаешь, почему советник Гельминтай вдруг начал понимать его, а потом внезапно перестал?!»
Ох, и вредная же у меня появилась привычка машинально транслировать что угодно кому угодно! Надо лучше себя контролировать, об это еще Мерлин предупреждал!
«Это случайно вышло. Я не хотел».
Но то, что для меня потеря, для сыскного вожака — находка.
«Сейчас этот кинжал появится здесь. Ты можешь сделать так, чтобы он снова начал общаться с советником? Мне нужно будет задать несколько вопросов, но ответы я хочу получить через него, а не через тебя».
Что ж, если сыщик не собирается меня раскрывать, то почему бы ему не помочь?!
«Сделаю, — пообещал я. — Только, может, не сразу».
Как только советник появился на нашей галерее, архимаг тут же отвел его в сторонку на «пошептаться». Никого не удивило, что зеленый пес магистра Пампуки решил прилечь между этой парой и остальной толпой. Конечно, лежать на голом металле было неудобно, но я терпел. Не знаю, о чем начали говорить те двое — не прислушивался. У меня шла своя беседа, причем первую реплику подал кинжал.
«Кто ты? — в его голосе слышалось удивление. — Ты же слышишь меня? Почему молчишь?! Ты ведь не один из нас, я бы почувствовал! Или все-таки сотворенный? Отвечай!»
Я ощутил неприятное возбуждение собеседника. На контакт он пошел легко, но показался мне каким-то… слишком острым. Его пронзительность была опасной, противостоять ей могла только настоящая твердость.