Читаем Земля под ногами. Из истории заселения и освоения Эрец Исраэль. 1918-1948 полностью

Существовали и иные настроения, зафиксированные работниками секретных служб: "Вряд ли кто-нибудь из евреев поедет в Палестину, ведь там долго будет неспокойно." - "Я не променяю советское государство даже на еврейское." - "Зачем туда ехать? Раньше ехали потому, что евреев притесняли, а теперь нет необходимости." - "У нас тихо, мирно и весело в стране."

7

С первого дня существования Израиля его руководители заняли позицию неприсоединения, и министр иностранных дел М. Шарет заявил: "Израиль ни в коем случае не пойдет на сближение ни с одним из политических блоков мира против другого блока". Однако после Войны за независимость Великобритания возобновила поставки оружия арабским странам, и Израиль - для достижения военного равновесия - должен был ориентироваться на США или Советский Союз.

Но наступили уже иные времена - разгар "холодной войны", противостояние двух лагерей; отношения между США и СССР оказались на грани столкновения, и любая попытка Израиля сблизиться с Советским Союзом привела бы к ухудшению отношений с Белым домом. Бен-Гурион сделал выбор и пошел на сближение с Соединенными Штатами Америки. В 1950 году московская газета "Новое время" сообщила читателям: лидеры Израиля "пресмыкаются перед американской реакцией. Во всех вопросах внутренней и внешней политики они держат курс на одобрение Уолл-стрита".

Летом 1950 года войска коммунистической Северной Кореи вторглись в Южную Корею, и началась Корейская война. Президент Г. Трумэн приказал американской армии выступить на стороне Южной Кореи, СССР поддерживал Северную Корею; Израиль присоединился к США при голосовании в ООН по поводу той войны, и это ухудшило отношения с Москвой. В Кремле поняли, что еврейское государство не войдет в сферу советского влияния, не станет верным союзником на Ближнем Востоке, а потому решили проникнуть туда через арабские страны.

В январе 1953 года в Москве объявили о раскрытии заговора "врачей-убийц", многие из которых были евреями. В феврале во дворе советского представительства в Тель-Авиве была взорвана бомба, и несмотря на извинения израильского правительства, Кремль разорвал дипломатические отношения между двумя странами. В марте того года умер И.Сталин; в июле были восстановлены дипломатические отношения, однако теперь уже представитель СССР в ООН постоянно выступал против Израиля - "союзника американского империализма".

8

После Войны за независимость восточные районы Иерусалима принадлежали Иордании, западные - Израилю. Вдоль границы построили высокую бетонную стену, защищавшую жителей близлежащих домов от иорданских снайперов; там же, где стены не было, протянули колючую проволоку и установили укрепленные посты вдоль линии раздела.

Хаим Гури, поэт: "Между враждующими сторонами пролегла узкая нейтральная полоса. На ней - ни души; ступить на нее может разве что умалишенный или заблудившийся ребенок. На нейтральной полосе - чертополох, развалины, ржавеющее железо, угрожающее небу, как мучительное проклятие... Одни утверждают, что всё уладится со временем, другие считают, что при их жизни мир не наступит... А пока что успели родиться десятки тысяч израильтян, незнакомых со Старым городом".

Порой на нейтральной полосе случались комические ситуации, которые рассматривала израильско-иорданская комиссия по наблюдению за прекращением огня. Монахиня из монастыря Нотр-Дам выглянула однажды из окна, закашлялась, и ее вставная челюсть упала на землю между рядами колючей проволоки, разделявшей город. Потребовалось специальное совещание на эту тему, после чего представители Израиля, Иордании и ООН вошли в нейтральную зону, обнаружили вставную челюсть и вернули ее владелице.

Решение ООН о разделе Палестины предусматривало выделение Иерусалима в отдельную административную единицу под международным контролем. Это поддерживали латиноамериканские государства с католическим населением, а также коммунистические и арабские страны, и проект резолюции вновь поступил на обсуждение ООН. Представители Израиля понимали, что резолюция будет принята, и отправили из Нью-Йорка телеграмму: "У нас есть шанс получить только голос израильской делегации". Бен-Гурион взглянул на Библию, сказал: "Да, но это -решающий голос!", и в ответной телеграмме сообщил: "По-моему, в данном случае довольно одного этого голоса".

9 декабря 1949 года Генеральная Ассамблея ООН приняла решение о предоставлении Иерусалиму статуса международного города. На другой день Бен-Гурион предложил министрам немедленно перенести туда столицу, и после бурных споров они постановили:

Иерусалим является отныне столицей Израиля и местопребыванием правительства. "Иерусалим есть неотъемлемая часть Израиля и вечная его столица, - сказал Бен-Гурион с трибуны кнесета. - Никакая резолюция ООН не может изменить этого исторического факта... и мы предлагаем вам вынести решение по этому вопросу".

Перейти на страницу:

Все книги серии Земля под ногами

Похожие книги

1917–1920. Огненные годы Русского Севера
1917–1920. Огненные годы Русского Севера

Книга «1917–1920. Огненные годы Русского Севера» посвящена истории революции и Гражданской войны на Русском Севере, исследованной советскими и большинством современных российских историков несколько односторонне. Автор излагает хронику событий, военных действий, изучает роль английских, американских и французских войск, поведение разных слоев населения: рабочих, крестьян, буржуазии и интеллигенции в период Гражданской войны на Севере; а также весь комплекс российско-финляндских противоречий, имевших большое значение в Гражданской войне на Севере России. В книге используются многочисленные архивные источники, в том числе никогда ранее не изученные материалы архива Министерства иностранных дел Франции. Автор предлагает ответы на вопрос, почему демократические правительства Северной области не смогли осуществить третий путь в Гражданской войне.Эта работа является продолжением книги «Третий путь в Гражданской войне. Демократическая революция 1918 года на Волге» (Санкт-Петербург, 2015).В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Леонид Григорьевич Прайсман

История / Учебная и научная литература / Образование и наука
Адмирал Ее Величества России
Адмирал Ее Величества России

Что есть величие – закономерность или случайность? Вряд ли на этот вопрос можно ответить однозначно. Но разве большинство великих судеб делает не случайный поворот? Какая-нибудь ничего не значащая встреча, мимолетная удача, без которой великий путь так бы и остался просто биографией.И все же есть судьбы, которым путь к величию, кажется, предначертан с рождения. Павел Степанович Нахимов (1802—1855) – из их числа. Конечно, у него были учителя, был великий М. П. Лазарев, под началом которого Нахимов сначала отправился в кругосветное плавание, а затем геройски сражался в битве при Наварине.Но Нахимов шел к своей славе, невзирая на подарки судьбы и ее удары. Например, когда тот же Лазарев охладел к нему и настоял на назначении на пост начальника штаба (а фактически – командующего) Черноморского флота другого, пусть и не менее достойного кандидата – Корнилова. Тогда Нахимов не просто стоически воспринял эту ситуацию, но до последней своей минуты хранил искреннее уважение к памяти Лазарева и Корнилова.Крымская война 1853—1856 гг. была последней «благородной» войной в истории человечества, «войной джентльменов». Во-первых, потому, что враги хоть и оставались врагами, но уважали друг друга. А во-вторых – это была война «идеальных» командиров. Иерархия, звания, прошлые заслуги – все это ничего не значило для Нахимова, когда речь о шла о деле. А делом всей жизни адмирала была защита Отечества…От юности, учебы в Морском корпусе, первых плаваний – до гениальной победы при Синопе и героической обороны Севастополя: о большом пути великого флотоводца рассказывают уникальные документы самого П. С. Нахимова. Дополняют их мемуары соратников Павла Степановича, воспоминания современников знаменитого российского адмирала, фрагменты трудов классиков военной истории – Е. В. Тарле, А. М. Зайончковского, М. И. Богдановича, А. А. Керсновского.Нахимов был фаталистом. Он всегда знал, что придет его время. Что, даже если понадобится сражаться с превосходящим флотом противника,– он будет сражаться и победит. Знал, что именно он должен защищать Севастополь, руководить его обороной, даже не имея поначалу соответствующих на то полномочий. А когда погиб Корнилов и положение Севастополя становилось все более тяжелым, «окружающие Нахимова стали замечать в нем твердое, безмолвное решение, смысл которого был им понятен. С каждым месяцем им становилось все яснее, что этот человек не может и не хочет пережить Севастополь».Так и вышло… В этом – высшая форма величия полководца, которую невозможно изъяснить… Перед ней можно только преклоняться…Электронная публикация материалов жизни и деятельности П. С. Нахимова включает полный текст бумажной книги и избранную часть иллюстративного документального материала. А для истинных ценителей подарочных изданий мы предлагаем классическую книгу. Как и все издания серии «Великие полководцы» книга снабжена подробными историческими и биографическими комментариями; текст сопровождают сотни иллюстраций из российских и зарубежных периодических изданий описываемого времени, с многими из которых современный читатель познакомится впервые. Прекрасная печать, оригинальное оформление, лучшая офсетная бумага – все это делает книги подарочной серии «Великие полководцы» лучшим подарком мужчине на все случаи жизни.

Павел Степанович Нахимов

Биографии и Мемуары / Военное дело / Военная история / История / Военное дело: прочее / Образование и наука
100 великих литературных героев
100 великих литературных героев

Славный Гильгамеш и волшебница Медея, благородный Айвенго и двуликий Дориан Грей, легкомысленная Манон Леско и честолюбивый Жюльен Сорель, герой-защитник Тарас Бульба и «неопределенный» Чичиков, мудрый Сантьяго и славный солдат Василий Теркин… Литературные герои являются в наш мир, чтобы навечно поселиться в нем, творить и активно влиять на наши умы. Автор книги В.Н. Ерёмин рассуждает об основных идеях, которые принес в наш мир тот или иной литературный герой, как развивался его образ в общественном сознании и что он представляет собой в наши дни. Автор имеет свой, оригинальный взгляд на обсуждаемую тему, часто противоположный мнению, принятому в традиционном литературоведении.

Виктор Николаевич Еремин

История / Литературоведение / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии