Она обусловливалась естественным неодолимым влечением друг к другу. В таких возвышенных и глубоких привязанностях один чувствует все страдания другого и разделяет его радости. Такой друг – это не просто человек, которого предпочитаешь всем остальным; нет, это совершенно особенное существо; его даже не приходит в голову сравнивать с кем бы то ни было; мы любим в нем не его таланты и добродетели, – все это находим мы и у других в такой же степени, – а его самого. Отрицать такое чувство могут только несчастные люди, никогда его не испытавшие».
Таким истинным другом Кондорсе был Тюрго. Все их убеждения, надежды, мечты и отношение к окружавшей действительности были не только сходны, но вполне тождественны. При таких условиях Тюрго нетрудно было увлечь Кондорсе политической деятельностью, к которой он сам чувствовал живейшую склонность.
После смерти Тюрго Кондорсе написал его биографию. В своем предисловии к ней он говорит, что рассматривает Тюрго главным образом как философа, а не как государственного человека. Этот труд,
«Среди министров, которые короткое время держат в руках своих власть, немногие заслуживают внимания. Нечего и упоминать о людях, разделявших убеждения и предрассудки своего века. Их история сливается со
Практические неудачи Тюрго как реформатора Кондорсе объясняет тем, что тот не мог для достижения своих целей пользоваться всякими средствами, которые были под руками, не разжигал человеческих страстей и старался действовать убеждением. Нам известно, что Кондорсе сошелся с Тюрго в период первой молодости, как и с Д’Аламбером. Посмотрим теперь, какое влияние имела эта дружба на жизнь и деятельность Кондорсе.
Глава III
Тюрго с особенным успехом занимался политической экономией; Кондорсе также очень рано начал заниматься этой наукой; он не только разделял взгляды Тюрго, но не мог отделить их от своих собственных, трудно это сделать и нам. Если Тюрго высказывал какое-нибудь мнение прежде, чем его молодой друг успевал выработать свое, то последний усваивал себе первое, но чувствовал, что сам неминуемо пришел бы к тому же. Совместный труд шел таким образом быстрее. Оба они, разрабатывая специальные вопросы о торговле хлебом, ревностно доказывали, что предоставление свободы здесь одинаково выгодно для всех, то есть для землевладельцев, земледельцев, продавцов и потребителей. Они горячо убеждали, что другого средства хоть немного поправить бедственное положение Франции в то время не существовало. Тюрго в сострадании к бедствиям человека не уступал Кондорсе, и оба друга работали над выяснением экономических вопросов под влиянием одного и того же чувства; они стремились к тому, чтобы понизить среднюю стоимость хлеба и установить правильное вознаграждение рабочих. Этот частный вопрос был дорог обоим философам также по своей тесной связи с более общими. Они признавали за всеми людьми без исключения неотъемлемое право свободно располагать своим умственным и физическим трудом и восставали против всех стеснительных формальностей.
После смерти Людовика XV для Тюрго, известного своей энергией и светлыми взглядами на общественные отношения, открылось широкое поле деятельности: сначала он сделался морским министром, а через месяц после того, в августе 1774 года, – министром финансов.