Девушка открыла металлический замок и перевернула несколько страниц пергамента. В детстве она училась читать по-английски у одной из домашних рабынь, но не слишком преуспела в этом умении; Ариену чтение давалось легче. Однако эта книга была написана по-латыни и никак не могла ей помочь. В следующей, не такой большой книге речь, должно быть, шла о целительстве, потому что на красивых иллюстрациях были изображены различные растения.
«Все знание мира в книгах». Так говорила та рабыня. Рассчитывать, что в книгах Стигра найдется именно то, что интересовало Руну, было смешно. Девушка отнесла книги назад и закрыла крышку.
Его разбудил какой-то резкий звук. Тамплиер с удивлением отметил, что горло у него все еще болело, но жажда прошла. И вернулась способность видеть. Перед ним снова была эта женщина – прекрасная язычница, до сих пор казавшаяся ему воплощением сказочного сна. На ней опять были штаны, на этот раз из светло-серой кожи, над ними – простая, некрашеная шерстяная туника. Вокруг узких бедер был повязан синий шелковый платок, а чуть выше – плетеный пояс, на котором… О святой Кутберт! Должно быть, ему это снится… На поясе язычницы висел сарацинский кинжал! Его кинжал! Однако вид обнаженных стоп тут же отвлек тамплиера от мыслей о клинке. На пальцах девушки снова блестели кольца.
Роуэн хрипло засмеялся, подумав о том, как странно и даже нелепо радоваться виду каких-то колец, когда твои руки по-прежнему связаны за спиной. Девушка резко обернулась – ее коса описала в воздухе широкую дугу – и удивительно быстрым, отточенным движением вынула кинжал из ножен. Еще мгновение – и острие клинка заплясало у тамплиера перед глазами.
Роуэн замер. Девушка медленно отвела кинжал и снова спрятала его в ножны.
– Не бойся, я не валькирия, которая пришла, чтобы забрать тебя в Вальхаллу.
– Что? Валькирия? Я ничего не понял.
Язычница уперла кулак в бедро.
– Ну да, неудивительно. Было бы глупо надеяться, что ты поймешь эту шутку, христианин.
– Кажется, я уже говорил тебе, что у меня есть имя. Или ты забыла его?
– Ничего подобного. Тебя зовут Роуэн.
Тамплиеру нравилось, как она произносила его имя. Он попытался улыбнуться, но его улыбка больше напоминала гримасу. Роуэн чувствовал себя не лучшим образом. Его челюсть болела от ударов Ингварра. Тамплиер провел языком по зубам: слава Господу, все были на месте. Он закрыл глаза. У него не было сил. К тому же он не создан для того, чтобы вести беседы с женщинами. Он рыцарь Храма Соломона. Монах.
И все же Роуэн немного приоткрыл веки, чтобы посмотреть, как эта девушка хозяйничает у грубо сколоченной настенной полки, уставленной кувшинами и кружками. Повсюду на стенах и потолке висели пучки сухих трав, звериные шкуры и даже высушенные веретеницы[14]. Воздух был наполнен множеством знакомых и незнакомых запахов. Это хижина колдуна?
Девушка налила темной жидкости в одну из кружек и снова повернулась к Роуэну.
– Выпей, это придаст тебе сил. Здесь мед с вороньей кровью.
Запах напитка был чудовищным! Может, она хотела его отравить? Тамплиер выпрямился, чтобы эта ужасная вонь не так сильно била ему в нос. У него в висках снова неприятно застучало. Роуэн изо всех сил стиснул зубы, пытаясь одолеть головокружение. Проклятье! Он чуть не свалился на бок, словно мешок. Даже держать равновесие ему было непросто.
Рука девушки неотступно следовала за Роуэном, как он ни старался увернуться.
– Это не яд, клянусь Фрейей, – сказала она, по всей видимости угадав его мысли.
– Какое мне дело до языческой клятвы?
Руна стиснула зубы. Ее глаза метали молнии. Роуэн спрашивал себя, что она сейчас сделает. Снова схватится за кинжал? Или выплеснет содержимое кружки ему в лицо?
– Ты глупец! Это
– Ты убьешь меня прямо сейчас, если не станешь говорить тише! – процедил сквозь зубы тамплиер. – У меня голова раскалывается от твоих криков.
– Это питье помогает и от головной боли.
– Ты что, ведьма?
– Что это значит?
– Колдунья, ворожея.
– Хижина принадлежит Стигру. Он сейд, колдун. И целитель.
Девушка настойчиво прижала край кружки к нижней губе Роуэна. Тамплиер уступил и сделал несколько глотков. На вкус вязкая жидкость была не настолько противной, как можно было ожидать. И ему действительно сразу же стало немного лучше. Может, «вороньей кровью» у них называют какой-нибудь травяной отвар? Роуэн решил не спрашивать об этом. Он осторожно выпрямился и пошевелил плечами.
– А где колдун?
– Он отправился собирать травы; обычно это занимает пару дней, – объяснила Руна. – Думаю, он бы не очень обрадовался, обнаружив тебя здесь. Но это пока что самое подходящее место для тебя.