Тваржинской исполнилось семьдесят лет. Но вид у нее такой, что ей смело можно дать все сто пятьдесят. Остряк Добронравов говорит, что она еще на Герцена писала доносы. В связи с этой знаменательной датой и в связи с пятидесятилетием ее самоотверженной трудовой деятельности на благо, из коих более тридцати — в СГУ, ее наградили орденом Ленина. В институте ее чествовали на партийном собрании, на собрании отдела, на профсоюзном собрании и на расширенной дирекции. Затем устроили специальное заседание ученого совета с приглашением иностранных гостей — аспиранта из Монголии, стажера из Болгарии, двух туристов из ГДР. На ученом совете зачитали около сотни адресов, главным образом — от старых пенсионеров-чекистов, засыпали юбиляра подарками, комплиментами, цветами. Академик Петин, с трудом справляясь с отваливающейся искусственной челюстью (шутники говорят, что он подражает Брежневу), сказал, что Тваржинская остается вечно юной красавицей Леночкой, непримиримой ко всяким врагам... В это время «красавица Леночка», ужасно похожая на бабу-ягу из моего детства, сверкающими глазами высматривала в зале малейшие намеки на скепсис и усмешку. Но нам было не до шуток. Мы сидели в битком набитом зале (под расписку загоняли!), как будто дуло нагана из тех героических лет направлено каждому из нас прямо в лоб. В стенгазете Тваржинской посвятили целый отдел. Фотографии, восторженные стихи, дружеские шаржи. Недобитые «либералы», однако, усмотрели в них некие смутные намеки. В частности, они гнусненько хихикали, кивая на такое место в юбилейном стихе:
Стих сочинил заведующий иностранным отделом Ермилкин, редкостный подонок, с пеленок служивший в органах, но не сделавший карьеру вследствие из ряда вон выходящей тупости и повышенной похотливости. В стихе Ермилкин были еще такие строки:
Партбюро выразило некоторое сомнение и попросило автора переработать это место. Добронравов предложил исправить последнюю строку так:
Штатный поэт редколлегии Соловейкин сказал, что рифма плохая: пожимал — зажимал. Лучше так:
Во избежание кривотолков этот кусок изъяли.
Интересно, что во время чествования Тваржинской «либерал» Соловейкин что-то лепетал насчет революционных традиций и преемственности поколений, а другой «либерал» Булыга написал в стенгазету заметку о вкладе Тваржинской в науку. Заметка была настолько подхалимской, что член партбюро «реакционер» Белкина, курирующая стенгазету, сказала, что это — слишком, и запретила ее. Тебя это удивляет? — спросил меня Железный Феликс (я все-таки смылся с юбилейного заседания). Какой ты еще наивный сопляк! Эти «либералы» и не на такое способны. Наша система так хорошо устроена, что стоит, например, намекнуть на целесообразность битья по морде в целях исправления, предупреждения и прогресса, как через неделю половина населения будет ходить с «фонарями» под глазом и выбитыми зубами. И эти твои «либералы» дадут такое гуманное обоснование этой мере, что пальчики оближешь.
В том же номере стенгазеты был помещен собственный стих Тваржинской. Поэт, которому я прочитал отрывок из этого стиха, сказал, что в ней погиб новый Маяковский. Вот этот отрывок, обращенный к антикоммунистам:
Я сказал, что это хорошо, что они время от времени гибнут. Хотя, может, было бы лучше, если бы они занимались стихами, а не доносами. Поэт сказал, что одно другому не мешает.
Барабанизм