– Тогда я скажу бабушке, что мы расстались. Она расстроится, но эта помолвка даст мне немного времени. Бабушка сможет остаться во Флориде и не будет волноваться так сильно и… – Келли сделала глубокий вдох, отпила немного кофе и только потом продолжила: – Возможно, я найду способ убедить ее оставаться на месте, даже если я не выйду замуж.
Ему это не нравилось, и он не мог понять, будет ли ему чего-то стоить эта уловка. Он проживет в городе еще четыре месяца, потом уедет, и все это превратится в воспоминания. И надо признать, чем дольше он смотрел на Келли, чем дольше видел тревогу в ее глазах, тем сильнее ему хотелось облегчить ее состояние. Анализировать причины желания помочь он не собирался – не был уверен, что они ему понравятся.
– Хорошо, – наконец сказал он.
– Ух ты! – Келли вскочила со стула, обошла стол, наклонилась к Мике и быстро обняла его. – Просто чудесно! Спасибо!
От этих кратких объятий Мике стало так жарко, что ему немедленно потребовалась дистанция между ними.
– Не за что, – сказал он, вставая. – Так что я должен делать?
– Ничего особенного, – заверила она его и подошла ближе, сокращая расстояние. – Просто когда мы будем на людях, веди себя так, словно ты без ума от меня.
– О… – Ну, это будет достаточно просто. Он, разумеется, не влюблен в нее. Но она ему нравится. И то, что он сейчас ощущает, не просто вожделение. Это нечто большее. Так что он явно сможет изобразить желание.
А вот чего он не хочет, так это жену. Или невесту. Но еще ничего на свете он не хотел так сильно, как затащить Келли в постель.
Между тем Келли неправильно истолковала его молчание.
– О, да ладно. Не надо так сильно пугаться. Не так уж сложно будет изобразить влюбленность.
Сложно? Он и не думал об этом. Ее зеленые глаза гипнотизировали, и он отвел взгляд.
– Да, – сказал он с ноткой сарказма в голосе. – Думаю, я смогу с этим справиться.
Она коснулась его рукой, и снова его залила волна жара.
– Я очень ценю это, Мика. Я знаю, это странно, но…
– Ничего, я понял. – Ничего он не понял. Как он вообще может понять, что такое настоящая семья? Он потерял свою семью в шесть лет. Но, как писатель, он сделал то, что делал всегда, – поставил себя на место другого.
Но это умение совсем не помогало ему, когда он пытался представить, что думает и чувствует Келли. Она была самой таинственной женщиной из всех – таинственней, чем истории, которые он писал. Ирония судьбы: жить, выдумывая тайны, и столкнуться с загадкой, которую он не может разгадать. Но не сама Келли вводит его в ступор. Все дело в том, как он теряется от ее близости.
И ему совсем это не нравится.
Пару часов спустя Келли была в доме Терри. И лучше бы она пошла куда-то еще.
– Я советовала тебе завести жаркий роман, и ты отказалась, – задумчиво сказала Терри. – Но ты приняла предложение руки и сердца. Наверняка в этом есть какой-то смысл.
Келли обняла подругу и посмотрела на нее. Терри жила всего в квартале от главной улицы. В старом кирпичном доме с большим задним двором. Они с Джимми постепенно обживали здание, которое нашла для них Келли. Гостиная была уютная, кухня – великолепная, ванная – просто роскошная, а все остальное все еще требовало доработки.
Сидеть на диване с чаем и печеньем было очень приятно, и именно это и нужно было Келли в данный момент. Фактически это заранее притупляло все шпильки Терри.
– Да, это безумие, – согласилась Келли. – Я понимаю.
– Это хорошо, – с деланым энтузиазмом отозвалась Терри. – Всегда лучше осознавать, что ты полностью потерял рассудок.
– Спасибо за помощь.
Терри помотала головой, словно отгоняя наваждение.
– Ради бога, Келли, о чем ты только думала? Ввязалась черт знает во что.
Келли почувствовала себя еще хуже. Она до сих пор не понимала до конца, как это все закрутилось. И конечно же, понятия не имела, почему Мика согласился помочь ей. Начиная разговор с ним, она была твердо уверена, что он откажет. Но чем больше она говорила, тем сильнее менялось выражение его лица – от раздраженного до сочувствующего. Она до сих пор до конца не верила, что он пошел на это, но была бесконечно ему благодарна. Да, это будет та еще авантюра, но хотя бы в ближайшее время ее бабушка не станет жертвовать собой ради ее благополучия.
– Слышала бы ты бабушку, Терри, – сказала Келли. – Она была так рада, когда я сообщила ей о помолвке.
Но Терри только больше нахмурилась.
– Ну да, так и будет, пока ты не сообщишь ей о разрыве.
Да уж, этот момент когда-нибудь наступит. Но его можно смягчить.
– К тому моменту я что-нибудь придумаю.
– Что ж, надеюсь, твой новый план будет не менее захватывающим, чем этот.
Нахмурившись, Келли взяла лимонное печенье, посыпанное карамельной крошкой. Никто не умеет печь лучше Терри. В ее маленькой кофейне всегда было полно народу, все хотели купить у нее выпечку.
– Ты моя лучшая подруга, – продолжила Келли. – По идее, ты должна быть на моей стороне.
– А если ты захочешь ограбить банк или съехать с обрыва, я тоже должна пожелать тебе удачи?
– Это не одно и то же.
– Ну извини. От свидания вслепую ты отказалась, а вот помолвка вслепую – пожалуйста.