Читаем Женщины-суфии полностью

Четвертый период развития – период спекулятивной философии суфизма, который тесно связан с понятием «единства бытия» (вахдат аль-вуджуд). Это эпоха пышного расцвета. Выдающимся представителем этого типа суфизма является Мухйиддин ибн Араби (ум. 1240). Обычно полагают, что высший расцвет суфизма приходится на период от 10 до начала 13 в. Начиная со второй половины 13 в. мистический путь в целом испытывает упадок – невзирая на появление великих мастеров, таких как Джалал ад-Дин Рум. (ум. 1273), Махмуд Шабистари (ум. 1359), Фахр ад-Дин Ираки (ум. 1289) и Шах Ниматулла (ум. 1430). Большинство суфиев этого завершающего периода были самозванцами, дельцами от религии, облаченными в суфийские одежды, с экстравагантными, но ложными притязаниями. Суфизм постепенно утратил свой практический аспект и стал в большей степени абстрактно-теоретическим. В эти последние времена совершенным мастером, к примеру, считался тот, кто ознакомился с трудами Ибн Араби и мог толковать их.

Со второй половины 15 в. и далее даже эта спекулятивная сторона суфизма была утрачена. Разнообразные наставники суфийского пути (тарикат) были настолько не подготовлены, что оказались неспособными должным образом обучать учеников. Так единая линия истинного наставничества превратилась в простое семейное занятие, передаваемое по наследству. Это продолжается по сей день, и ныне особенно очевидно, что суфизм – это своего рода коммерческое предприятие, цель которого – обретение популярности и богатства, где в ход идет любой товар – кроме подлинных изделий суфизма.

Поэтому можно сказать так: поначалу суфизм был состоянием бытия, затем – просто словами, и вот теперь от него не осталось ни состояния, ни даже слов.

Д-р Джавад Нурбахш

Пролог

Снова и снова люди спрашивают этого факира[5], существует ли разница, с точки зрения суфизма, между мужчинами и женщинами. Чаще всего их интересует, встречались ли среди суфиев женщины, которые достигли состояния инсан-и-камил – совершенного человека.

Чтобы осветить эти вопросы и в то же время сохранить разумную краткость, мы рассмотрим некоторые конкретные аспекты данной темы.

В Коране много мест, где Бог равно обращается и к женщинам-верующим, и к мужчинам. Это означает, что в своей вере (иман) мужчины и женщины равны. Например, те и другие часто упоминаются вместе:

Поистине, для мусульман и мусульманок,Уверовавших женщин и мужчин,(Душою всей) предавшихся Аллаху,Для жен благочестивых и мужей,Для терпеливо-стойких в своей вере,Творящих милостыню (из даров Господних),Для женщин и мужчин, что соблюдают пост,Оберегают целомудрие своеИ об Аллахе поминают каждую минуту, —Для них Аллах уготовалПрощение и высшую награду[6].

Кроме того, Пророку Мухаммаду приписывается следующий хадис: «Не взирает Бог на твоё внешнее». Смысл речения в том, что на пути восхождения к Истине, в конечном счете, важно тружение сердца, а не телесная форма из плоти и крови.

Более того, все великие суфийские мастера были твердо убеждены, что о любой женщине, вступающей на путь Божественной любви, следует судить не по её «женственности» в смысле пассивности, а исключительно по ее человеческим качествам. Это подтверждается популярностью среди суфиев следующей поговорки: «Искатель Бога – обладает мужеством» (талиб аль-маула музаккар), подразумевающей, что «всякий, кто ищет Бога, является человеком Пути»[7].

Мухйиддин Ибн Араби в 73 главе своего монументального труда о суфизме аль-Футухат аль-макийя рассказывает следующую историю:

Одного из мастеров спросили об истинном числе абдалов[8], пребывающих в мире. «Всех вместе их сорок», – ответил он. «Почему бы не сказать: «сорок мужей»? – спросили его. «Потому что среди них есть также и женщины», – ответил он[9].

Цитируя Аббаса Туси, Аттар в своем «Житии святых» писал: «Когда завтра, на Судном дне, прозвучит призыв: «О люди!», первой, кто выйдет вперед, будет Мария, мать Иисуса».

Достаточно сказать, что женщины, подлинно вставшие на путь, ведущий к Реальности, находятся в том же положении, что и мужчины. Можно сказать и так: поскольку в океане Божественного единства (таухид) не существует ни «я», ни «ты», слова «мужчина» и «женщина» не имеют никакого смысла.

Перейти на страницу:

Похожие книги

100 великих казаков
100 великих казаков

Книга военного историка и писателя А. В. Шишова повествует о жизни и деяниях ста великих казаков, наиболее выдающихся представителей казачества за всю историю нашего Отечества — от легендарного Ильи Муромца до писателя Михаила Шолохова. Казачество — уникальное военно-служилое сословие, внёсшее огромный вклад в становление Московской Руси и Российской империи. Это сообщество вольных людей, создававшееся столетиями, выдвинуло из своей среды прославленных землепроходцев и военачальников, бунтарей и иерархов православной церкви, исследователей и писателей. Впечатляет даже перечень казачьих войск и формирований: донское и запорожское, яицкое (уральское) и терское, украинское реестровое и кавказское линейное, волжское и астраханское, черноморское и бугское, оренбургское и кубанское, сибирское и якутское, забайкальское и амурское, семиреченское и уссурийское…

Алексей Васильевич Шишов

Биографии и Мемуары / Энциклопедии / Документальное / Словари и Энциклопедии
100 великих героев
100 великих героев

Книга военного историка и писателя А.В. Шишова посвящена великим героям разных стран и эпох. Хронологические рамки этой популярной энциклопедии — от государств Древнего Востока и античности до начала XX века. (Героям ушедшего столетия можно посвятить отдельный том, и даже не один.) Слово "герой" пришло в наше миропонимание из Древней Греции. Первоначально эллины называли героями легендарных вождей, обитавших на вершине горы Олимп. Позднее этим словом стали называть прославленных в битвах, походах и войнах военачальников и рядовых воинов. Безусловно, всех героев роднит беспримерная доблесть, великая самоотверженность во имя высокой цели, исключительная смелость. Только это позволяет под символом "героизма" поставить воедино Илью Муромца и Александра Македонского, Аттилу и Милоша Обилича, Александра Невского и Жана Ланна, Лакшми-Баи и Христиана Девета, Яна Жижку и Спартака…

Алексей Васильевич Шишов

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука