Читаем Жил-был народ… полностью

Существенную роль играла в уничтожении армян «Особая организация» – «Тешкилят-и Махсуса», расположенная в Эрзеруме и насчитывающая до 34 тысяч членов, среди которых было много выпущенных из тюрем преступников – «четтес», которая подчинялась напрямую Талаату-паше. В самом Эрзеруме её члены оставили в живых около 100 армян, которые работали на важных военных объектах. Большинство из 65 тысяч армян этого города было убито, часть депортирована в Мосул и Алеппо (некоторые смогли уцелеть в этих городах).

Мартиролог геноцида армян стандартен. Отличаются даты, названия, методы убийств и число погибших. Всегда присутствуют издевательства, ограбления, изнасилования, в том числе несовершеннолетних, пытки. Обычные методы уничтожения армян – расстрелы, убийства с применением холодного оружия, утопления в море или реках. Не реже встречается смерть от болезней, голода и жажды, холода или жары.

Подробности также стандартны – перечисление тысяч и десятков тысяч убитых ничем не отличается, помимо названий населённых пунктов и цифр. Хыныс – 19 тысяч убитых. Битлис – 15 тысяч. Там убивали «батальоны мясника» во главе с Джевдетом. Харпут – убито 13 тысяч армянских солдат, а также студенты и преподаватели американского Евфратского колледжа. Эрзинджан, Байбурт, Орду, Анкара, Мерзифон – сотни и тысячи населённых пунктов.

На общем фоне выделяются Урфа, Муш и Сасун – там армяне пытались отбиваться от турок. Армяне, жившие в районе горы Муса-даг, около Антиохии, семь недель отражали атаки османских войск – в конечном итоге около 4 тысяч человек спаслись и были на французском военном судне вывезены в Порт-Саид.

Депортированных смерть ждала в 100 % случаев. До конечного пункта назначения в пустыне доходило не более одной пятой тех, кто туда был направлен. Их последующим уничтожением занималось местное население – черкесы, чеченцы, курды, арабы. Именно они убили 150 тысяч армян в лагерях вокруг пустыни Дер-Зор.

Территория русской Армении, оккупированная турками после распада Российской империи, была ими полностью разграблена. Зимой 1918–1919 года голод, мороз и сыпной тиф уничтожили там почти 200 тысяч человек – 20 % населения. Процесс же изгнания и уничтожения собственно турецких армян завершился серией военных кампаний в 1920 году против беженцев, вернувшихся в Киликию, и в ходе резни в Смирне, где армия под командованием Мустафы Кемаля поголовно вырезала армянский квартал, хотя под давлением западных держав разрешила эвакуироваться оставшимся в живых.

По официальной статистике, в 1927 году в Турции проживало только 77 400 армян. Согласно Лозаннскому договору, Турция обязалась предоставить гарантии безопасности, свободного развития и некоторые льготы (!) армянам в числе других национальных меньшинств. Однако положения этого договора не исполнялись. Напротив, 21 июня 1934 года был принят «Закон о фамилиях», требовавший от греков, евреев и армян отказаться от традиционных фамилий и принять турецкие. Во время Второй мировой войны в Турции был введён избирательный налог на имущество, разоривший торговцев – греков, армян и евреев.

Уничтожение армян сопровождалось кампанией по уничтожению их культурного наследия. Армянские памятники и церкви взрывались, кладбища распахивались под поля, армянские кварталы городов разрушались или занимались турецким и курдским населением и переименовывались. В 1914 году за армянским Константинопольским патриархатом числилось 2549 приходов, в том числе свыше 200 монастырей и не менее 1600 церквей. В 1974 году учёные идентифицировали в Турции 913 зданий армянских церквей и монастырей. Более половины из этих памятников не сохранилось до наших дней. Из оставшихся 252 были практически полностью разрушены и только 197 находятся в относительно нормальном состоянии.

Что касается международной реакции на геноцид армян, она была и остаётся более чем скромной. В Великобритании после официального расследования была выпущена книга документов «Отношение к армянам в Османской империи». В Европе и США прошёл сбор средств для беженцев по хорошо отработанному западным миром принципу: не можешь или не хочешь спасти – откупись для очистки совести. Как следствие, в 1919 году на IX съезде партии «Дашнакцутюн» в Бостоне было решено уничтожить лидеров младотурок, участвовавших в убийствах армян. Операция получила название «Немезида». В итоге её в марте 1921 года в Берлине был убит министр внутренних дел Османской империи и один из членов османского триумвирата Талаат-паша.

В современной Турции учёные, интеллектуалы и пресса обсуждают армянский вопрос, несмотря на противодействие националистов и правительства. В результате редактор армянской турецкой газеты Грант Динк, писатели Орхан Памук и Элиф Шафак, а также издатель Рагип Зараколу были обвинены в оскорблении «турецкости». В итоге процесса Динк и Зараколу были осуждены, а в 2007 году Грант Динк был убит молодым турецким националистом.

Перейти на страницу:

Все книги серии Передел мира: XXI век

Россия и Ближний Восток
Россия и Ближний Восток

Это – не энциклопедия, не справочник, не сборник сведений. Но только в этой книге можно найти самую полную и объективную информацию о Ближнем Востоке – месте сражения за мировое господство, природные ресурсы, финансы и бизнес. Евгений Сатановский – президент Института Ближнего Востока, эксперт с мировым именем, кандидат экономических наук, известный ученый, педагог и журналист – знает все о том, что происходит на Ближнем и Среднем Востоке – от африканского побережья Северной Атлантики до границ Индостана. Кто на Ближнем Востоке для России друг и партнер, а кто враг и агрессор? Почему нам не удается выработать эффективную политику на Ближнем Востоке? Станет ли Россия частью исламского мира? Сколько «шахидов» должно прийти в Москву, чтобы окончательно определиться с интересами и приоритетами, врагами и союзниками, фобиями и теориями заговоров? Может ли политический ислам быть нашим союзником в противостоянии с Западом? Что такое российский наркорынок и надо ли снова оккупировать Афганистан? Против кого мы можем использовать атомную бомбу? Каково участие России в новом переделе мира?

Евгений Сатановский , Евгений Янович Сатановский

Публицистика / Политика / Образование и наука / Документальное
Если б я был русский царь
Если б я был русский царь

Это лишь малая часть наболевших вопросов, которые все чаще возникают в связи с приходом Владимира Путина к власти уже третий раз. Сейчас, как никогда, все хотят знать правду, пусть даже нелицеприятную.Несмотря на то что Евгений Сатановский известен в России в первую очередь как президент Института Ближнего Востока, самые авторитетные СМИ охотно берут у него комментарии по любым политическим вопросам. Любое его высказывание всегда отличают независимость, неполиткорректность, точность и убийственная ирония. Нестандартный взгляд на события и персоны, способность глубоко анализировать факты и предпосылки позволяют ему мгновенно отвечать на любой каверзный вопрос.Евгений Сатановский – один из самых востребованных экспертов, ученый с мировым именем. Автор книги «Россия – Ближний Восток. Котел с неприятностями». Частый гость и участник наиболее значимых международных форумов и конференций, посвященных мировой политике и экономике.

Евгений Сатановский , Евгений Янович Сатановский

Публицистика / Политика / Образование и наука / Документальное
Шла бы ты…
Шла бы ты…

Начальство хочет, чтобы у страны была национальная идея. Так-то дело хорошее. Вопрос только: какая? Одна уже была. «Самодержавие, православие, народность». Плохо кончилось. «Новый мир» вроде бы тоже никто больше не строит. «Грабь награбленное» — по сути верно, но грубо. Зато есть большой международный выбор. Мир велик. Национальных идей в нём много. Русская и еврейская. Американская и европейские — их там, в Европе, как собак нерезаных. Идеи, на которых стоит Восток. Будь то империя или Коран. Всё то, что легло в основу благополучных переселенческих обществ. И Африки, дрейфующей от апартеида к племенному зверству. Наконец, то, что проросло на просторах бывшего СССР. От майдана до диктатуры. По какой дороге пойдёт Россия, решать тем, кто ею управляет. Чем это кончится для страны и для них лично — не только их проблема. Расхлёбывать придётся всем. Но тут будет как будет. Роль личности в истории в том и состоит, чтобы делать выбор. А правильный он будет или как всегда — увидим…

Евгений Янович Сатановский

Публицистика

Похожие книги

Основание Рима
Основание Рима

Настоящая книга является существенной переработкой первого издания. Она продолжает книгу авторов «Царь Славян», в которой была вычислена датировка Рождества Христова 1152 годом н. э. и реконструированы события XII века. В данной книге реконструируются последующие события конца XII–XIII века. Книга очень важна для понимания истории в целом. Обнаруженная ранее авторами тесная связь между историей христианства и историей Руси еще более углубляется. Оказывается, русская история тесно переплеталась с историей Крестовых Походов и «античной» Троянской войны. Становятся понятными утверждения русских историков XVII века (например, князя М.М. Щербатова), что русские участвовали в «античных» событиях эпохи Троянской войны.Рассказывается, в частности, о знаменитых героях древней истории, живших, как оказывается, в XII–XIII веках н. э. Великий князь Святослав. Великая княгиня Ольга. «Античный» Ахиллес — герой Троянской войны. Апостол Павел, имеющий, как оказалось, прямое отношение к Крестовым Походам XII–XIII веков. Герои германо-скандинавского эпоса — Зигфрид и валькирия Брюнхильда. Бог Один, Нибелунги. «Античный» Эней, основывающий Римское царство, и его потомки — Ромул и Рем. Варяг Рюрик, он же Эней, призванный княжить на Русь, и основавший Российское царство. Авторы объясняют знаменитую легенду о призвании Варягов.Книга рассчитана на широкие круги читателей, интересующихся новой хронологией и восстановлением правильной истории.

Анатолий Тимофеевич Фоменко , Глеб Владимирович Носовский

Публицистика / Альтернативные науки и научные теории / История / Образование и наука / Документальное
Сталин. Битва за хлеб
Сталин. Битва за хлеб

Елена Прудникова представляет вторую часть книги «Технология невозможного» — «Сталин. Битва за хлеб». По оценке автора, это самая сложная из когда-либо написанных ею книг.Россия входила в XX век отсталой аграрной страной, сельское хозяйство которой застыло на уровне феодализма. Три четверти населения Российской империи проживало в деревнях, из них большая часть даже впроголодь не могла прокормить себя. Предпринятая в начале века попытка аграрной реформы уперлась в необходимость заплатить страшную цену за прогресс — речь шла о десятках миллионов жизней. Но крестьяне не желали умирать.Пришедшие к власти большевики пытались поддержать аграрный сектор, но это было технически невозможно. Советская Россия катилась к полному экономическому коллапсу. И тогда правительство в очередной раз совершило невозможное, объявив всеобщую коллективизацию…Как она проходила? Чем пришлось пожертвовать Сталину для достижения поставленных задач? Кто и как противился коллективизации? Чем отличался «белый» террор от «красного»? Впервые — не поверхностно-эмоциональная отповедь сталинскому режиму, а детальное исследование проблемы и анализ архивных источников.* * *Книга содержит много таблиц, для просмотра рекомендуется использовать читалки, поддерживающие отображение таблиц: CoolReader 2 и 3, ALReader.

Елена Анатольевна Прудникова

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное
Захваченные территории СССР под контролем нацистов. Оккупационная политика Третьего рейха 1941–1945
Захваченные территории СССР под контролем нацистов. Оккупационная политика Третьего рейха 1941–1945

Американский историк, политолог, специалист по России и Восточной Европе профессор Даллин реконструирует историю немецкой оккупации советских территорий во время Второй мировой войны. Свое исследование он начинает с изучения исторических условий немецкого вторжения в СССР в 1941 году, мотивации нацистского руководства в первые месяцы войны и организации оккупационного правительства. Затем автор анализирует долгосрочные цели Германии на оккупированных территориях – включая национальный вопрос – и их реализацию на Украине, в Белоруссии, Прибалтике, на Кавказе, в Крыму и собственно в России. Особое внимание в исследовании уделяется немецкому подходу к организации сельского хозяйства и промышленности, отношению к военнопленным, принудительно мобилизованным работникам и коллаборационистам, а также вопросам культуры, образованию и религии. Заключительная часть посвящена германской политике, пропаганде и использованию перебежчиков и заканчивается очерком экспериментов «политической войны» в 1944–1945 гг. Повествование сопровождается подробными картами и схемами.

Александр Даллин

Военное дело / Публицистика / Документальное