Касьяненко включает сирену, и Бахарев, открыв дверцу, прыгает из висящего вертолета на мягкую кочку. Ольха хочет покинуть свое место под планкой окна и уходит вниз, но Касьяненко чуть приметным движением руки заставляет ее вернуться. Командир поглощен борьбой с непослушным деревцем, он не замечает двух лаек, выбежавших из леса к болоту...
Радист местного отделения связи, склонившись над аппаратом, выбил две телеграммы: одну в Киренск, в управление, вторую в Ербогачен, заведующей райздравом. Через час диспетчер местных линий сделает отметку о прибытии борта 31408 в Наканно. А еще через несколько дней о содержании телеграмм узнают все, кто находится в тайге, — и Данила Петров, и Афанасий Прокопьев, и все промысловики, пользующиеся эстафетной охотничьей почтой.
Хивинцев вылетел в Наканно, когда тайга уже была припудрена чистой порошей. Озера матово поблескивали серебряным тонким ледком. Хивинцев вез в Наканно виноград, прибывший из Китая.
В районе начался отлов ондатр на озерах, и встречающих оказалось мало. К «Яку», притормозившему на мерзлой крепкой земле, подошли три геолога, с запозданием вышедшие из тайги, и старик эвенк в больничном халате, смуглый, молчаливый и торжественный.
Старик протянул Хивинцеву узкую жесткую ладонь и спросил, не видел ли пилот командира по фамилии Касьяненко.
— Касьяныч летает далеко, — весело ответил Хивинцев.
Старик не спеша раскурил потрескавшуюся трубку.
— Подарок ему хочу сделать, — сказал он. — Если увидишь Касьяненко, скажи: Василии Прокопьич в гости ждет.
Геологи почтительно слушали разговор летчика с охотником. Один из них, двадцатилетний бородатый парень, спросил:
— Касьяненко? Это тот, который вывозил нас с пожара?
— Может, и он, — сказал Хивинцев.
Гамарджоба, Сванетия!
Там, где сорок третий меридиан пересекает сорок третью параллель, среди горных складок, в грандиозном ущелье, приютилась Сванетия — маленькая горная страна, славящаяся красотой природы, памятниками древней культуры и приветливостью местных жителей. В наше время проникнуть в Сванетию, считавшуюся ранее труднодоступным районом, можно на самолете или на автомобиле — по горной шоссейной дороге. Но, как истые туристы, мы вошли в Сванетию через горы, через перевалы, по самому трудному пути.
...Кончились замысловатые петли тропы, что вилась по каменным осыпям и высокогорным лугам. Мы входим под раскидистую арку залитых солнцем буков. Еще шаг — и мы в первом сванском селении.
— Гамарджоба, Сванетия! Здравствуй, Сванетия!
Селения сванов, разбежавшиеся по долинам рек Ингури, Мульхры, Адиши, удивительно живописны. Но, пожалуй, самое красивое селение — Ушгул, орлиным гнездом прилепившееся в тесном ущелье на высоте 2 300 метров
...Однажды тропа привела нас на высокогорное пастбище. Там пасся скот, принадлежащий подсобному хозяйству ближайшей сванской школы. Мы решили сфотографировать девушек, сидевших у пастушечьеи времянки. Одна из них держала в руках толстенный том. Войдя в хибарку, мы обнаружили маленькую библиотечку.
— Только что кончили девятый класс, — объяснили девушки, — готовимся к новому учебному году. Столько надо прочесть!
...Веками жили сваны в тесных каменных мешках без окон — мачубах. Зимой в них находил приют и скот. Сегодня эти мрачные жилища уступают место новым домам — двухэтажным, с большими окнами и наружными галереями. Новые дома, любовно украшенные росписью и резьбой по дереву, строятся обычно рядом со старыми, которые используются для хозяйственных нужд.
...Местиа — столица Сванетии. Прямые ряды новых зданий, широкие асфальтированные улицы. Но отодвинутые на задний план высокие двадцатиметровые белоснежные башни-крепости, полукольцом охватившие город, не утратили своего величия. Это родовые гнезда сванов — в них жители гор спасались от врагов. Башни-крепости придают городу своеобразный архитектурный облик.
...Мощные ледники Сванетии питают десятки рек и речек. Все они вливаются в одну — Ингури. 120 километров пробегает Ингури по территории Сванетии, спускаясь на 2 400 метров. Понятно, какой бешеной энергией обладает эта масса воды. Семилетний план предусматривает строительство на Ингури каскада из восьми гидроэлектростанций.
...Хребты, стеной окружившие Сванетию, щетинятся внизу лесами, выше пестрят шелком лугов, сверкают вздыбившимися в синеву снежными вершинами. Добрый десяток из них выше прославленного Монблана. На затененных и влажных склонах стелется вечнозеленый ковер рододендронов, усыпанный нежно-кремовыми цветами с красными дрожащими тычинками.
...Покидая Сванетию, мы снова и снова вспоминали строки стихов Николая Тихонова:
Зеленая разведка