Как Дима ни старался расслабиться, ничего не выходило.
Совесть и страх, приглушенные двойной порцией виски, зудели где-то в животе. Он дал себе слово, что как только вернется домой, сразу же напьется в хлам, рухнет в постель и проспит сутки. А еще лучше – попросит Егора поехать с ним, и они напьются вместе за счастливое избавление от проблемы.
В конце концов, они не напивались вместе уже целую вечность!
Однако из планов Димы ничего не вышло.
У выхода из аэропорта Егора встречала дылда Рокси, в черных брюках, черной рубашке, с зализанными волосами.
На нее оглядывались, некоторые даже шли спиной вперед, чтобы не потерять ее из виду.
Подхватив Егора, не обремененного багажом, Рокси небрежно чмокнула его в щеку и, издевательски помахав Диме рукой, потащила за собой.
К тому времени, когда на широкой ленте показался его чемодан, желтая «Феррари» уже умчалась прочь.
Только тогда Дима понял, что никого не предупредил, и ему придется добираться из Шереметьево на такси. Завязнув в пробках, он приехал домой уже под вечер, голодный, усталый и злой.
Горячей воды не было.
Обнаружилось это, когда он уже стоял в ванне, голый, с мочалкой в руках, на которую выдавил гель. Дима долго дергал смеситель и даже пальцем поскреб по сетке, надеясь, что произойдет чудо и живительный поток хлынет, смыв с него пот.
Не дождавшись чуда, Дима швырнул мочалку в раковину и, как был, голый, прошлепал в спальню, прихватив из холодильника лайм и бутылку коньяка.
Резать зеленый плод на дольки не было сил и желания.
Дима потянулся было за бокалом, но потом подумал, что пить коньяк из горла и вгрызаться в лайм зубами – это очень эпатажно и оригинально.
Он даже пожалел, что под рукой нет фотоаппарата.
Надо устроить такую фотосессию: он, в одних трусах от «Дольче и Габбана», разобранная кровать, бутылка коньяка – в одной руке, в другой – надкушенный лайм…
Идея показалась ему забавной.
Искать фотоаппарат не хотелось, но телефон был под рукой.
Отставив бутылку, Дима потянулся за мобильным, который, словно специально ожидая этого момента, затрясся в истерическом припадке, сообщив дурным голосом о входящем ММС-сообщении.
Номер был незнакомым.
Впившись зубами в лайм, Дима зажмурился от кислоты, брызнувшей на язык. Вслепую нажав кнопку, он уставился на экран.
Лайм выпал из его руки и покатился по полу, подпрыгивая на укушенном бочке. Дима с вытаращенными от ужаса глазами смотрел на скрюченное мертвое тело фанатки, осознавая, что ничего еще не кончилось.
Все только начинается.