— Да! Ну и дает этот Зитцдорф! Я сам хороший взлет люблю, но чтобы так! Когда он рванул, мне показалось, что голова сейчас оторвется, — жаловался командор Хьюго, почесывая здоровенную шишку на лбу. — Ну что, можно считать, что дело сделано! Не обманул-таки Механик, отпустил. Мы на орбите! Вон, смотри, Люка, вон они Райские Кущи в иллюминаторе, миленькая планета в пушистом боа из кучевых облаков. Здорово сказано, а, Люка? Это я в диспетчерской из проспекта рекламного вычитал. Вон, гляди, тот большой остров в виде подковы и есть суперкурорт, кишащий нынче ужасными тварями. И мы вырвались с него! Вырвались просто чудом из этого чертового рая! Все! Скорее отсюда и забыть все, как кошмарный сон.
Я, признаться, такой словоохотливости от нашего командора не ожидал. И говорит-то как красиво! Это у него от нервов, наверное. А может, от той фляжечки с бренди, к которой он то и дело прикладывался. Я и без особого приглашения командора во все глаза смотрел в иллюминатор. Вот тебе и райская планетка. Океан! Великий океан. Вот ведь обидно, был на Райских Кущах, а не искупался. Даже океана вблизи не видел. Только с орбиты. Да ладно, совру ребятам чего-нибудь. Как на дельфине катался или на паруснике каком. Вот ребята обзавидуются. У нас-то на Грыме не то что океана, моря завалящего нет. Говорят, было когда-то, да его потом осушили для сельскохозяйственных нужд. А тут! А островов-то сколько! Ну ладно, вон та подкова и есть курорт, где нас чуть не съели. А на остальных островах что? Почему-то я об этом раньше не думал. Впрочем, что теперь думать да гадать? Буду надеяться, что на Зое, куда нас хочет отправить этот самый Механик, на самом деле море есть. Не зря ж он говорил про берег с белым песочком.
Командор снова хлебнул из своей фляжечки и открыл было рот, чтобы продолжить полупоэтический монолог, как пикнула панель внутренней связи. Это был геолог Джош:
— Командор Хьюго, можно вас в кабину пилота. У нас проблемы.
Глава 6
В кабине пилота было очень тесно, и мне пришлось прижаться спиной в самый угол за штурманским креслом. Сам пилот Алан Зитцдорф сидел за панелью приборов, обняв руками голову, и тупо смотрел в одну точку совершенно бессмысленным взглядом. Мне даже показалось, что он с ума сошел от переживаний. Но оказалось, свихнулся тут кто-то другой.
— В общем, взлетели мы, вышли на орбиту, — объяснял нам Секач, восседая на штурманском месте. — Капитан Алан тут же начал прыжок рассчитывать, ну, он говорит, что у него традиция такая, привычка, чтобы вручную прыжок рассчитывать. Ну вот, борткомп закончил грузить программу и зажег зеленую панель «К пуску готов». Мы все уселись вдоль стен, я робота шуганул, чтобы тот отлепился, наконец, от розетки. В общем, все приготовились. Капитан Алан руку уже протянул к панели запуска пространственного прыжка. Слышим, он шепчет что-то. Мистер Петрофф подсказал, что это он «Отче наш» читает, ну, тоже примета у него такая, чтобы все прошло хорошо. А потом…
— Ну что, что потом? — поторопил Секача мистер Хьюго.
— Да не стал он нажимать, то есть стартовать. Опять за блокнот схватился и давай чиркать. А потом с борткомпом ругаться начал.
— Ругаться? — удивился командор.
— Ну да! Натурально ругаться. Алан ему слово, борткомп в ответ три! Вот наш пилот после этого в прострацию и впал. Сидит, на вопросы не отвечает…
Командор почесал нос, по всему было видно, что он и сам несколько в замешательстве. Нет, ну серьезно, где вы видели, чтобы борткомп с пилотом пререкался? Командор так осторожно к мистеру Зитцдорфу сзади подошел, за плечи его приобнял:
— Капитан, у нас какие-то неполадки?
В ответ ноль звука. Командор даже потряс пилота — с тем же результатом. Тут он как гаркнет ему прямо в ухо:
— А ну встать, курсант! Что за бодягу ты здесь развел?!! Где твои конспекты?!!
Я сам аж вздрогнул от неожиданности, да и остальные тоже. Зато пилот Алан вскочил, руки по швам вытянул, глазами выпученными хлоп-хлоп!
— Для выпускников Космоакадемии всегда срабатывает, — пояснил мистер Хьюго, аккуратно пилота на кресло усадил и ласково так спрашивает: — Алан, капитан Алан Зитцдорф, у нас что-то не так с кораблем?
— А-а-а-а, это вы, командор… С кораблем все в норме, все системы. Что-то не то с борткомпьютером. Вот смотрите, — капитан выложил на пульт карту звездного неба, — нам нужно сюда, на Зою. Это один прыжок. Вот расчет прыжка Райские Кущи — Зоя, сделанных борткомпом, видите, три последние цифры — семерки, счастливое число. Вот мой расчет с помощью калькулятора. Тут все, поправки на гравитационные поля, магнитные возмущения и прочие сюрпризы космоса. И те же семерки на конце.
— Ну и? — удивился командор. — Все сходится.
— Вот я и ввел эти параметры в борткомп.
— Правильно, — стал терять терпение командор, — а проблема-то в чем?
— А теперь гляньте, что в прыжковой программе борткомпа значится сейчас.