Читаем Звезды древней Руси полностью

Коляда по кораблику хаживал, и разрывчатый лук натягивал, и калёную стрелку прикладывал, как прикладывал — приговаривал:

— Полети выше лесу стоячего, ниже облака проходящего. Не пади ни на воду, ни на землю, а пади на гору Хвангурскую за железный тын в Чёрный терем!

Но сказал Кащеюшка Виевич:

— Ты не бей в меня, не стреляй в меня! А послушай-ка весть мою! Время вышло всё Коляды — призывает тебя Всевышний! Наступает иное время! Колесо небес повернулось!

Коляда Кащея не слушал. Он пустил стрелу золотую. Понеслась стрела ко Хвангуру. И попала в гору Хвангурскую, и попала она в Чёрный терем. Сотряслося царство Кащея.

И сказал тогда Коляда:

— Ты лети ко мне, Чернобог-Кащей! Ты лети Пятиглавым Змеем! Мне пора подняться к Всевышнему! Я тебя, Дракон, оседлаю!

Прилетел к нему Пятиглавый Змей. От его-то шипу змеиного всколебалося море синее, расходилися волны грозные. Покорил его Коляда, бил его тяжёлой дубиною и опутывал цепью тяжкой. Оседлал Коляда Змея лютого, полетел он к трону Всевышнего…

Овсень-Таусень мостил мосток, не простой мосточек с перилами — звёздный мост меж Явью и Навью.

И три Вышня поехали вдоль по мосту: первый — Крышень-бог, а второй — Коляда, третий — будет Бус Белояр.

И отныне все славят Всевышнего, прославляют и Коляду!

ТРЕТИЙ КЛУБОК

БУС — ИЗ РОДА

БЕЛОЯРОВ

— Расскажи, Алконост, птица светлая, нам о жизни Буса Яра, что из рода Белояра, — Золотое Божье сказание, Златогорово провещание!

— Той великой тайны я не утаю, — всё, что ведаю, пропою

Ой ты, град Кияр! Батюшка Кияр! Про тебя, град славных Яров, слава добрая идёт — да по градам всем и украинам, и от края земли до края, и от моря до синя моря. Будто ты, Кияр-град, — на красе стоишь, на красе стоишь — на Алатырь-горе, да на той реке — на Смородине, что течёт до устья Азовского и до острова — до Буяна в Синем морюшке-окияне.

Как у реченьки той Смородины — золочёное было донышко, а и краюшки её — всё серебряны, бережочки её — всё жемчужные. Та Смородина — речка быстрая, речка быстрая и бурливая, и прорыла она все горушки, да все горушки — все долинушки, и вымётывала средь себя островок, и на нём поднялся росток.

Вырастал тот росток — в древо Ясень. Корни Ясеня — во Сырой Земле, крона в Небушко упирается. Как у корня того — Змей свивается, а в ветвях — Соловей заливается…

А на самой его вершиночке — там явилося две развилочки; на одну слетел Ясный Сокол, на другую слетела Соколица. Стали вить они тёпло гнёздышко. Бело серебро — на завивочку, красно золото — в серединочку, жемчугом края унизали, самоцветы в углы насыпали.

Ай и то не гнездо в кроне Ясеня свили Сокол и Соколица — то во стольном граде Кияре свадьбу справили князь со княгиней — Дажень-яр с младою Милидой. Только нет у них соколёночка — нет у князя с княгиней ребёночка…

* * *

Как тут вдруг случилось несчастие — на море поднялось ненастье… С моря в горы гроза надвигалась — крона Ясеня раскачалась… Значит, князю пора уходить на войну, оставляя в граде жену.

Говорил Дажень-яр, покидая Кияр:

— Как вернусь я, Милида, с великой войны, грозных ворогов всех ниспровергну во прах, — пусть найду у тебя сына я на руках! Ну а коли наследника я не найду, то супругой тебя я уж не назову!

Как ушёл Дажень-князь — в храм жена удалилась и Всевышнему там молилась:

— Боже Вышний, великий Бог! Смилуйся, не будь с нами строг… Да исполнится Твоя воля! Дай наследника для престола!

На княгинюшку тут низошёл чудный сон, зрит она: прорастает в Кияре — злат трон. Золотое древо явилось, и три птицы на древо спустились. То не птицы на древо садились, то три Сына Божьих явились. Первым к ней низошёл — Крышний-бог, а вторым пришёл — Коляда, третьим встал — сам Бус Белояр.

И сказал Крышень-бог:

— Нужно брата нам Финист Сокола к Синю морюшку посылать: Златопёрую Рыбочку сетью поймать. На двенадцать частей её разрубить, на двенадцать столов разложить. После сесть за эти столы пировать и Милидушку угощать. Косточки затем — в семь корзин уложить, чтоб княгиня смогла родить: не двенадцать звёздочек — семь сыновей, также с ними пять дочерей. Первым пусть родится великий Яр, внук Ярилы — Бус Белояр!

И сказал Коляда:

— После в горы пойдём, на заре златорогого Овна найдём. А затем золотым мечом — Овна в жертву мы принесём! Чтобы Овном закончилось — Коло Сварожье, с Рыб же началось — Коло Божье!

И сказал Бус:

— Радуйся, матушка! Мне настало время родиться! Пусть весь Божий мир просветится!

И как сказано — так и сталось, песнями в клубочки смоталось.

И тогда Финист Сокол на море слетал. Златопёрую Рыбочку там он поймал; и на части её разрубал, ей Милидушку угощал.

А на небе — комета, как острый меч, поразила Овна созвездье, на земле ж свершилось знаменье: вдруг на троне явился пречудный крест, озаряющий всё окрест.

* * *

Святый вечер, добрый вечер! Добрым людям — на веселье, на веселье — умиленье, умиленье — утешенье…

Перейти на страницу:

Похожие книги

Афонские рассказы
Афонские рассказы

«Вообще-то к жизни трудно привыкнуть. Можно привыкнуть к порядку и беспорядку, к счастью и страданию, к монашеству и браку, ко множеству вещей и их отсутствию, к плохим и хорошим людям, к роскоши и простоте, к праведности и нечестивости, к молитве и празднословию, к добру и ко злу. Короче говоря, человек такое существо, что привыкает буквально ко всему, кроме самой жизни».В непринужденной манере, лишенной елея и поучений, Сергей Сенькин, не понаслышке знающий, чем живут монахи и подвижники, рассказывает о «своем» Афоне. Об этой уникальной «монашеской республике», некоем сообществе святых и праведников, нерадивых монахов, паломников, рабочих, праздношатающихся верхоглядов и ищущих истину, добровольных нищих и даже воров и преступников, которое открывается с неожиданной стороны и оставляет по прочтении светлое чувство сопричастности древней и глубокой монашеской традиции.Наполненная любовью и тонким знанием быта святогорцев, книга будет интересна и воцерковленному читателю, и только начинающему интересоваться православием неофиту.

Станислав Леонидович Сенькин

Проза / Религия, религиозная литература / Проза прочее