– Если Торговая Федерация попытается отложить рассмотрение ходатайства, – увещевал Палпатин, наклонившись к самому уху королевы, – прошу вас потребовать завершить эту сессию и назначить выборы нового Верховного канцлера.
Амидала не оборачиваясь шла к ложе Набу.
– Мне бы вашу уверенность, сенатор, – ответила она тихо.
– Вы должны выдвинуть решительное требование, – настаивал сенатор. – Обещаю, нас многие поддержат. Это наш единственный шанс. – Он взглянул на подиум Валорума. – Иначе дело не сдвинется.
Шепот пронесся по залу, когда собравшиеся увидели у входа в ложу Набу королеву Амидалу – ее невозмутимое лицо, высоко поднятую голову, традиционные одежды, слегка колыхавшиеся при ходьбе. Если она и заметила ажиотаж вокруг себя, то не повела бровью. Взор королевы задержался на Палпатине.
– Вы уверены, что канцлер Валорум не поставит наш вопрос на голосование? – спросила она вполголоса.
Сенатор покачал головой. Высокий лоб прорезали морщины.
– Он растерян и испуган и ничем нам не поможет.
Рабе передала Энакину и Джа-Джа маленький портативный монитор и велела оставаться на галерее. Амидала тем временем прошла в сенатскую ложу вместе с Палпатином, служанками и Панакой. Мальчик поначалу расстроился, что его не взяли, но быстро утешился, поскольку монитор позволял видеть и слышать все, что происходило в ложе Набу.
– Джа-Джа, она будет просить помощи у Сената, – прошептал он взволнованно. – Как думаешь, они помогут?
Гунган потряс развесистыми ушами:
– Моя думай, все напрасно, Эни. Слишком много люди не согласись на одну вещь. Их говори, говори, и все без толку.
Ложа Набу снялась с места и остановилась, ожидая разрешения канцлера проследовать в центр арены. Палпатин, Амидала и все остальные сидели обратившись вперед.
Валорум кивнул коротко остриженной седой головой:
– Президиум предоставляет слово сенатору из суверенной системы Набу.
Платформа поплыла в центр палаты. Палпатин поднялся и медленно обвел аудиторию взглядом, приковав к себе всеобщее внимание.
– Господин Верховный канцлер! Уважаемый Сенат! – загремел его голос, заставив зал утихнуть. – На моей родной планете Набу произошла трагедия. Мы стали жертвой спора, о котором вам всем хорошо известно. Все началось с обложения налогом торговых путей, а закончилось жестокой и незаконной оккупацией мирной системы. Это вопиющее деяние совершила Торговая Федерация, которую необходимо призвать к ответу…
Тут вперед рванулась ложа с опознавательными знаками Торговой Федерации. В ней находился сенатор Лотт Дод в сопровождении горстки влиятельных торговых магнатов.
– Это возмутительно! – закричал сенатор от Федерации, протягивая руки к подиуму Валорума. Перегнувшись через низкие перила ложи, длинный и сухопарый неймодианец напоминал завядшее растение. – Я протестую против абсурдных обвинений сенатора Палпатина и требую, чтобы он немедленно замолчал!
Валорум повернулся к Доду и предостерегающе поднял руку:
– Президиум не давал слова сенатору от Торговой Федерации! – Голос Верховного канцлера был негромким, но твердым. – Вернитесь на место!
Лотт Дод порывался сказать что-то еще, однако все же опустился в кресло, и платформа медленно вернулась обратно.
– Суть наших претензий, – продолжил Палпатин, – изложит королева Амидала, недавно избранная правительницей Набу. Она будет говорить от имени своего народа.
Он отошел в сторону. Амидала встала, вызвав приветственные аплодисменты, подошла к краю платформы и повернулась лицом к Валоруму:
– Уважаемые делегаты, господин Верховный канцлер! Нашу планету постигла беда. В нарушение всех законов Республики в систему Набу вторглась армия дроидов Торговой Федерации и захватила планету…
Лотт Дод снова вскочил и гневно закричал:
– Я протестую! Это клевета! Где доказательства? – Не дожидаясь разрешения президиума, он обратился к залу: – Я прошу отправить на Набу комиссию для проверки этих абсурдных обвинений!
Валорум покачал головой:
– Отклонено.
Неймодианец тяжело вздохнул и театрально всплеснул руками, как будто вердикт канцлера лишил его последней надежды.
– Ваша честь! Вы не можете позволить обвинять нас и при этом отказать нам в праве на независимых наблюдателей. Это против установленной процедуры!
Он обвел глазами палату, надеясь найти поддержку, и по залу прокатился одобрительный гул. В центр арены выдвинулась третья ложа. Президиум предоставил слово Аксу Мо, сенатору с планеты Маластер.
Коренастый и неповоротливый, с тремя глазами на отростках, Акс Мо положил тяжелые пухлые руки на перила.
– Маластер поддерживает предложение уважаемого делегата от Торговой Федерации, – произнес он сварливо и тягуче. – Необходимо собрать комиссию, чтобы определить предмет спора. Таков закон.
Канцлер заколебался:
– Но суть в том…