Читаем 17.20.730: Варежка полностью

Раздам вам всем же по капризам -

и не ответите же мне!


Я полюбила ночи время -

когда не должна никому…

От всех – свободно мое темя.

Посвящена – одной… Не «ну»!


Себе, конечно же! Увольте.

В период – с тьмы и до конца…

С закатом – я еще на флоте…

А солнце село – «нет гонца».


Время раскрытия – по полной.

Никто не держит… Ничего!

Заняться можно же… Здоровьем.

Или – сгублением его.


И ничего ж никто не скажет…

Подвластна – только лишь себе.

И пусть к утру – меня размажет!

Я живу днем – не жизнью всей.


Это мгновение – без запретов.

Нет тех / того – чтобы вменить…

Я не люблю время рассветов!

Себя ж – приходится травить…

Мое – твое – опять твое

«Ты, да я, да мы с тобой».

Кричалку помнишь? А хэштеги?

Тогда же мир – был наш. Не твой.

Не мой. Не видели мы брега!


Конца. Начала. Горизонта!

Их – не было. Была – вся жизнь.

Богато-дорого? Мы – просто…

Но жили ж так, что: «лишь держись».


Всего хватало, что имели…

И глупо – было бы просить.

Можно принять и не на веру -

без мелочей могли прожить!


Нам было – где. И было – как же.

А в остальном – неважно ж нам…

В жизни – один знак, что бумажный!

Четырехзначный – не всегда.


Потребности – не упирались.

Кров, шмот. На воду и еду…

А с остальным – мы и не знались!

Желания не было: «да ну».


Сейчас – уже другое время.

Когда-то – нас и возьмут в культ…

«В «Красную книгу» – это племя».

Если, конечно, не убьют!


Так мало нам – для проживания!

Им – нечего с нас будет взять…

Придет момент для состязания:

«на жизнь» иль «на смерть». И – отдать.


Так ностальгируя в моментах,

теряюсь – где твое, мое…

Прекрасны были – детства бредни!

«Мое – твое – опять твое».

Еще не поздно

Так сложно в этом ч/б мире -

увидеть яркие цвета…

Сменить поминки. И на пире -

побыв, остаться навсегда!


Замылился уже хрусталик.

Все – серо, мутно… И плывет!

«Девчонка – это? Или парень?

Иль дерево? Кто разберет?».


Слилось – в одно. В одну картину -

из темных и ч/б моментов.

Наклеили одну все мину…

И вот-вот – выйдут к парапету!


«Так угнетает и доводит.

В прыжке бы – пересечь черту…».

Но ты же – вне овечьей моды.

Блюдешь – одну лишь и свою!


Ладошками глаза закроешь…

«Вдох-выдох». После «десяти»…

И что-то ж яркое уловишь…

Еще не поздно – все спасти!

Любовь или дружба?

Проблемы нет – в тебе. Во мне же…

Мы – разные. Разный – уклад…

Когда ты предложил в себе же -

наверняка же был и рад!


Но радости – не разделила,

услышав это напрямик…

Нет, все, что надо, ощутила!

Также и то, что: «все, тупик».


Мы добежали до той стенки…

И подчеркну, что: «мы – не шли»!

Не бьются – где горшки, тарелки…

А где – «прощай» и разошлись.


А что хотел, прости, на милость?

Дав выбор мне: «одно из двух»?

Я осознала, что: «я – личность».

И мнение – важно. Но – не тут!


«Любовь иль дружба?». Что за выбор?

Ты где?.. В инете подсмотрел?

Страницы? Сайты? Группы? Ты ли?

На ересь ж сию налетел!


Когда ты это предлагаешь -

ты сам не слышишь вот подтекст?

Не слышишь? А, «не понимаешь»…

Так объясню, мил человек!


«Все / ничего?». Это – синоним

всего того, что произнес.

Да, вместе что-то с тобой гоним…

Вот только – что? Это – вопрос.


Расставил ведь приоритеты…

И первенство там – во втором.

Не нужны мне – «лапша-советы».

Не вижу себя – ни в одном!


А коль мы к этому тянулись.

И в выборе меж: «мышь иль кот?»…

Собаку выберу! Припух ты?

Одной останусь, идиот!

Дежавю

Любила раньше дежавю -

сознание повтора!

Где что-то делаю / иду -

и как бы снова, снова…


Я представляла, что меняю…

Иначе – все преподношу.

Не так – это, конечно. Знаю!

Но продолжаю все, вершу…


Правда, спустя часы, недели -

я начинала подмечать…

Что – хоть летит, а еле-еле…

И начинает докучать!


В повторе – все. Одно и то же.

Поступки, мнения людей…

И скальп бы снять! Волосы, кожу…

Но я вхожу лишь – в новый день.


Где все – одно. «Сурок заждался».

В объятия – уже ждет меня…

А я ж – со скрипом: «когда сдамся?».

«Спроси об этом – про себя».


И те же – люди. Те же – речи.

Юлой – закручен был поток…

Дожить хотя бы – чтобы вечер!

«Как же ужасно день был долг».


И как обычно – над душою…

Утро. Стоят. Я ж – в стороне.

Смотрю на постановку: «злой, ну».

Прожектор, да, один лишь – свет!

Хочу

Люди судачат, обсуждают…

Перебирают все белье!

И «гувернанток» представляют…

Работали б – взяли свое.


Это один, из кучи, случай -

из хобби может перетечь…

В стаж, должность… Ставку! Или лучше -

«фриланс». И не работать ведь.


И получали бы – за дело.

Не лучший ли, из всех, исход?

Только – не трогали бы тело…

С рельсов сойдут и… Нет зубов!


Им интересно ж – что со мною.

Землю в реке перетрясти…

Найти Грааль, цепь золотую…

Говно – лишь смогут обрести!


Подобное – тянется к подобным.

А я – уже и не грущу…

Что ведь не стала кем-то годным…

Быть исключением? А хочу!

Мечтатель и поэт

«Внутри меня – все гибнут люди…

Отстал – мечтать и… поэт!

«Профессии» – скорей, по сути…

«Деятельности». Но считают – бред.


Ведь же – не те, что меня держат.

И что – в фундаменте стоят…

Но – рядом хоть. И не невежды!

И не разрушить все хотят.


Заблочат их, кинув к «неверным».

Они же – вносят дисбаланс…

«Мечтатель и поэт». По вере!

Не могут встать в этот альянс.


Порою ж мысли – только губят.

И добивают изнутри…

Знают! В процессе – пыл остудят.

Перейти на страницу:

Похожие книги

В Ливане на войне
В Ливане на войне

Исай Авербух родился в 1943 г. в Киргизии, где семья была в эвакуации. Вырос в Одессе. Жил также в Караганде, Москве, Риге. По образованию — историк и филолог. Начинал публиковаться в газетах Одессы, Караганды, Алма-Аты в 1960–1962 гг. Далее стал приемлем лишь для Самиздата.В 1971 г. репатриировался в Израиль. Занимался исследованиями по истории российского еврейства в Иерусалимском университете, публиковал свои работы на иврите и по-английски. Пять лет вёл по «Голосу Израиля» передачу на СССР «Недельная глава Торы». В 1979–1980 гг. преподавал еврейскую историю в Италии.Был членом кибуца, учился на агрономических курсах, девять лет работал в сельском хозяйстве (1980–1989): выращивал фруктовые сады в Иудее и Самарии.Летом 1990 г. основал в Одессе первое отделение Сохнута на Украине, преподавал иврит. В качестве экскурсовода за последние десять лет провёз по Израилю около шести тысяч гостей из бывшего СССР.Служил в израильской армии, был участником Войны Йом-Кипур в 1973 г. и Ливанской войны в 1982 г.Стихи И.Авербух продолжал писать все годы, публиковался редко, но его поэма «Прощание с Россией» (1969) вошла в изданную Нью-Йоркским университетом антологию «ЕВРЕЙСКИЕ СЮЖЕТЫ В РУССКОЙ ПОЭЗИИ» (1973).Живет в Иерусалиме, в Старом городе.Эта книжка И.Авербуха — первая, но как бы внеочередная, неожиданно вызванная «злобой дня». За нею автор намерен осуществить и другие публикации — итоги многолетней работы.Isaiy Averbuch, Beit El str. 2, apt. 4, 97500, Old City, Jerusalem, Israel tel. 02-6283224. Иерусалим, 5760\2000. Бейрут, август — сентябрь, 1982, Иерусалим, 2000

Исай Авербух

Поэзия / Поэзия