Читаем 50 великих шедевров архитектуры полностью

Кинкакудзи считается высшим достижением японской архитектуры периода Муромати (1333–1573), времени расцвета дзен-буддизма в Японии. Квадратное в плане трехэтажное деревянное здание павильона, отражающееся в спокойной глади пруда, естественным образом вписывается в мир окружающей его природы. Утонченность линий, особенно слегка приподнятых краев кровли, поразительная соразмерность всех частей и удачная планировка придают этому сооружению необыкновенную легкость, почти воздушную невесомость. Своим каменным основанием Кинкакудзи частично врезается в воду небольшого озера, а живописным фоном этой изящной постройки служит пышная вечнозеленая растительность. С вершины павильона открывался вид на сад и пруд, созданный китайскими мастерами еще в XII веке. Великолепная композиция из камней в пруду символизирует Пэнлай – китайский остров бессмертных. Это единственный сохранившийся до наших дней образец сада камней эпохи династии Сун. Семь стоящих в воде крупных камней создают трехмерный пейзаж – возвышающийся в центре остроконечный пик окружен подчиненными вершинами.

Стены и колонны павильона покрыты тонким слоем листового золота, яркое сияние которого особенно восхитительно в лучах весеннего солнца. Отсюда и происходит название Кинкакудзи – «Золотой павильон». Близкий по формам многоэтажным дворцам Китая, он в то же время воплотил в себе лучшие черты японского зодчества – легкость, стройность конструкции, миниатюрность и соразмерность всех пропорций. Первые два его этажа с открытой галереей, построенные в стиле синдэн, предназначались – один для жилья, другой для занятий поэзией и музыкой. Третий этаж, служивший местом для размышлений, был оформлен в стиле дзенских храмов. Таким образом, под крышей «Золотого павильона» объединились и дом, и храм, и кабинет для занятий.

Первоначальное здание Кинкакудзи было уничтожено пожаром в 1950 году. Существующий павильон восстановлен в 1955–1964 годах.

Церковь Знамения в Дубровицах

Подмосковное село Дубровицы – в прошлом одна из вотчин «дядьки» Петра I, князя Бориса Алексеевича Голицына. Это село прославлено своей знаменитой церковью Знамения Богородицы. Она отнесена к числу памятников мировой культуры.

Церковь в Дубровицах сооружена по заказу князя Б. А. Голицына в 1690–1704 годах и представляет собой совершенно уникальное явление в русской архитектуре. Ее называют самым загадочным и самым необычайным памятником в русском зодчестве рубежа XVII–XVIII веков. Историки искусства ломают голову над тем, как вообще мог появиться под Москвой этот шедевр, столь непохожий на все, что строилось в России раньше.

Рассказывают, что недовольный храмом в своем селе Марфине, выстроенным крепостным архитектором Белозеровым (которого в наказание до смерти засекли кнутом), властный и энергичный Голицын задумал построить в Дубровицах другой, более великолепный храм. По преданию, он выписал из Италии архитектора и около ста искусных мастеров, которые на протяжении 14 лет не покладая рук трудились над скульптурным убранством дубровицкого храма. Так был построен из ряда вон выдающийся своей затейливостью храм Знамения Богородицы.

Дубровицкая церковь поставлена на высоком берегу, на стрелке при впадении Десны в Пахру, на месте старого деревянного храма. Необычная архитектура храма завораживает. В плане он напоминает равноконечный крест с закругленными углами и отдаленно напоминает форму клеверного листа. Подобный тип храма был распространен в католических странах Европы, он соответствует духу европейского барокко XVII столетия. В то же время композиция Дубровицкого храма близка церкви Покрова в Филях (1682–1693), построенной в духе так называемого «нарышкинского» барокко. Его основное помещение в соответствии с русской традицией приподнято на высоком цоколе, а на его уровне устроено открытое гульбище с четырьмя лестничными всходами.

Особенностью Дубровицкой церкви является обилие резного декора. Скульптура и резьба по белому камню сверху донизу покрывает все наружные и внутренние стены церкви, почти не оставляя свободных мест. Здесь и диковинные цветы, и разрезные, узорные листья, причудливые капители колонн, затейливые белокаменные завитки… Большинство декоративных элементов в русском искусстве ранее не встречалось: это и «алмазная грань» наружных поверхностей, и разнообразные колонны, завершенные капителями в виде пучков экзотической растительности, и рельефные завитки– волюты, и раковины приплюснутой формы, и выточенные из камня заморские плоды и цветы. Нижняя часть храма покрыта рустом, то есть нарочито подчеркнутыми глубокими и вместе с тем тонко профилированными бороздками швов кладки. К порталам ведут фигурные лестницы, а увенчивает церковь не традиционная глава, а ажурная золотая корона – символ славы Царя небесного, и в то же время – символ княжеской власти, символ князей Голицыных.

Перейти на страницу:

Все книги серии 50 великих

Похожие книги

Петербург: вы это знали? Личности, события, архитектура
Петербург: вы это знали? Личности, события, архитектура

Знали ли вы, что в Петербурге жил брат французского революционера Марата? Чем примечательна дама, изображенная на одном из лучших портретов кисти Репина? Какова судьба продававшихся в городе мумий? Это лишь капля в море малоизвестных реалий, в которое будет невероятно интересно окунуться и обитателям Северной столицы и жителям других городов.Эта книга – сборник популярно написанных очерков о неизвестных или прочно забытых людях, зданиях, событиях и фактах из истории Петербурга.В книге четыре раздела, каждый из которых посвящен соответственно историческим зданиям, освещая их создание, владельцев, секреты, происходившие в них события и облик; памятным личностям, их жизни в городе, их роли в истории, занимательным фактам их биографии; отдельный раздел в честь прошедшего Года Италии отведен творчеству итальянских зодчих и мастеров в Петербурге и пригородах и четвертая часть посвящена различным необычным происшествиям.Издание отлично иллюстрировано портретами, пейзажами, рисунками и фотографиями, а все представленные вниманию читателей сведения основаны на многолетних архивных изысканиях.

Виктор Васильевич Антонов

Скульптура и архитектура / История / Образование и наука
Градостроительная политика в CCCР (1917–1929). От города-сада к ведомственному рабочему поселку
Градостроительная политика в CCCР (1917–1929). От города-сада к ведомственному рабочему поселку

Город-сад – романтизированная картина западного образа жизни в пригородных поселках с живописными улочками и рядами утопающих в зелени коттеджей с ухоженными фасадами, рядом с полями и заливными лугами. На фоне советской действительности – бараков или двухэтажных деревянных полусгнивших построек 1930-х годов, хрущевских монотонных индустриально-панельных пятиэтажек 1950–1960-х годов – этот образ, почти запретный в советский период, будил фантазию и порождал мечты. Почему в СССР с началом индустриализации столь популярная до этого идея города-сада была официально отвергнута? Почему пришедшая ей на смену доктрина советского рабочего поселка практически оказалась воплощенной в вид барачных коммуналок для 85 % населения, точно таких же коммуналок в двухэтажных деревянных домах для 10–12 % руководящих работников среднего уровня, трудившихся на градообразующих предприятиях, крохотных обособленных коттеджных поселочков, охраняемых НКВД, для узкого круга партийно-советской элиты? Почему советская градостроительная политика, вместо того чтобы обеспечивать комфорт повседневной жизни строителей коммунизма, использовалась как средство компактного расселения трудо-бытовых коллективов? А жилище оказалось превращенным в инструмент управления людьми – в рычаг установления репрессивного социального и политического порядка? Ответы на эти и многие другие вопросы читатель найдет в этой книге.

Марк Григорьевич Меерович

Скульптура и архитектура