– Да вот незадача! Верблюд уж шибко суеверный оказался. Кошка дорогу перебежала, так он гад, трижды сплюнул через левое плечо...
Если есть Дедушка Мороз и внучка Снегурочка, значит, есть и бабушка Жара и Внучок Душнячок.
Украина, село, полдень, дикая жара. На краю села стоят две хаты, В одной из них открывается окно, оттуда вылезает мужик и кричит:
– Мыкола, поды ко мне! У меня сало е, горылка е!
В хате напротив – тишина. Ну ладно, мужик скрывается в окне.
Через полчаса опять распахивается окно, вылезает тот же мужик:
– Мыкола! Ну поды ж до мене! Ну, у меня сало е, горылка е, ну шо те еще надо?
В хате па против – тишина. Еще через полчаса от удара ноги распахивается дверь, на крыльцо вылетает тот же мужик:
– Мыкола, твою мать! Ну поды ж ты до мене! Ну, у меня сало е, горылка е, ну шо те еще надо?
Наконец окно в хате напротив распахивается, вылезает Мыкола:
– Дане можу я!
– А шо таке?
– Да е...уся я, будь она не ладна!
Июль, жара, подмосковный участок шесть соток. В городе мужичонка тяпкой петрушку окучивает. Мужичонка так себе... Две ножки-спички из семейников торчат, животик из-под майки виден, на голове платок на четыре узелка завязан.
Тут на крыльцо из дома выходит баба. Ну, прям как в сказках. Грудь колесом, коня на скаку остановит своим весом. И кричит:
– Николушка! Николушка!
Мужичонка бросает тяпку и семенит к ней с надеждой:
– Что? Опять трахаться?
Она поглаживая его по голове:
– Нет кушать иди... Е...ука ты мой...
Сержант связывается по рации с прапорщиком:
– Товарищ прапорщик, у солдат силы на исходе: жара 42 градуса в тени.
– Хорошо, товарищ сержант, разрешаю отдохнуть 10 минут на солнце.
Азия. Полдень. Жара жуткая. Посреди степи стоит чум, в нем большой аквариум. В аквариуме плавает Ихтиандр.
В чум заходит девушка:
– Ихтиандр, бих-бармаш кушать бкдем?
Ихтиандр, вылезая из аквариума, тоскливым голосом:
– Дура! Я Ихтиандр! Я рыбы хочу!
Лето – это такое время года, когда из-за чрезмерной жары мы не делаем того, чего мы не делали зимой из-за чрезмерного холода.
Украина. Захолустная железнодорожная станция. Зима. Мороз градусов 30. на перроне стоит негр в легкой курточке, без шапки, трясется весь от холода. Тут на перрон выходит хохол в полушубке из овчины, в огромной лисьей шапке.
Открывается чемодан, достает жбан самогона, смачно так закусывает.
Негр смотрит на него жалобными глазами, трясется от холода. Хохол, в сою очередь, смотрит на негра долгим, задумчивым взглядом:
– Шо, хлопчик. Змерз?
– Аг-га...
– Шо, мобуть, сала и горилки хочешь?
– Аг-га...
– Ну так напиши ридным, нихай вышлють!
Зима, ночь минус 40. на трассе у въезда в город стоит озверевший от холода гаишник. Вдруг к нему подъезжает «Тойота», из нее выходит маленький такой японец и спрашивает:
– Оясуминасай, сумимасен, доко-дэ ватаси-ва коно юкитоси-ни «Кока-кола» – но кан-о коубаймас-ка?
Гаишник делает у себя на лице резиновую улыбку, нагибается к японцу и со злорадной вежливостью переспрашивает:
– Простите, я не совсем все понял. Вы хотели спросить: «Где в этом заснеженном городе в столь поздний час я мог бы купить баночку ЧЕГО?
Опять холодно. Ученые установили, что причиной холода является зима. Живите летом! Лучшей защиты от холода не существует!
Зима. Базар. К продуктового лотка под навесом стоит мужик и, притоптывая и заикаясь, от холода, зазывает прохожих. Останавливается бабушка, наклоняется и осматривает выставленные на лотке банки с кукурузой, зеленым горошком, крупой и прочей снедью. Потом поднимает голову и спрашивает ехидно у продавца:
– Милый, а хрен-то у тебя давно стоит?
– Да нет, бабуля, не очень... А что?
– Что, что... Посиневший он у тебя какой-то. Замерз, видать...
– Б-б-б-баб-б-уля, – вскипает мужик, – ты бы шла, а то у меня еще и яички мороженые имеются.
В английском клубе.
– Джентльмены, вчера со мной приключилась прелюбопытнейшая история. Представьте себе: холодный дождливый вечер, я сижу у камина. Неожиданно – стук в дверь. Открываю и вижу прелестную леди, насквозь промокшую от дождя...
– И что дальше? – с интересом спрашивают друзья.
– Конечно, я ее впустил. Она дрожала от холода и порпосила виски, но и оно ее не согрело, и она попросила разрешения сесть мне на колени.
– Ну, и?!
– Клянусь, джентльмены, не пройдет и полгода, как она будет моей!
Зима 1942 года на оккупационной территории. Жуткий мороз. Окоп боеприпасов, притоптывая ногами, прогуливается немецкий часовой в тулупе, валенках и ушанке. К нему подбегает русский мальчонка, такой правильный Павлик Морозов, и, глядя снизу вверх, сочувственно спрашивает:
– Es ist kalt?
Немец, ежась от холода, поворачивается к пацану:
– Ага, блин, дубарина, я фигею!
Суровая зима средней полосы России. Лес. Под разлапистой елью сидит, закутавшись в потертый полушубок, посиневшая от холода девушка. К елке подходит Морозко, начинает бегать вокруг, дуть и всячески нагонять стужу. Накуражившись, обращается к девушке:
– Тепло ли тебе, девица? Тепло ли тебе, красавица?
– Тепло, дедушка... А вообще-то, мне уже по х...