Офицеры на мостиках русских кораблей, в отличие от парализованных действием американских визави, отнюдь не довольствовались ролью безучастных свидетелей исхода яростной схватки истребителей. Вместо того, чтобы застыть безвольными истуканами посреди бесконечной пустоты, наши крейсера ринулись в самое пекло. Неудержимые в своем стремлении поддержать МиГи, громадные боевые звездолеты совершили рискованный прыжок, в одно мгновение оказавшись чуть ли не в самом эпицентре грандиозного сражения. С ходу открыв ураганный огонь из многочисленных зенитных орудий, они принялись безжалостно выкашивать «фантомы» противника один за другим, словно гигантские хищные касатки, ворвавшиеся в косяк трепещущей мелкой рыбешки. Это дерзкое решение в буквальном смысле перевернуло ход боя с ног на голову, с лихвой окупив весь возможный риск.
Решение совершить этот отчаянный маневр исходило лично от капитана-командора Таисии Романовой, которая, облачившись в боевой скафандр, в данный момент находилась на мостике флагманского крейсера «Пантелеймон». Тася прекрасно отдавала себе отчет в том, что подобная дерзкая выходка чревата немалыми рисками. В первую очередь — потерей силовых полей в случае удачной атаки американских истребителей на хрупкие корабельные трансляторы. Однако, с другой стороны, великая княжна ясно видела, что лишь кардинальные и нестандартные действия, пусть даже и сопряженные с известной опасностью, способны в одночасье переломить чашу весов сражения в их пользу. И риск, как показали дальнейшие события, полностью оправдал себя.
Американские пилоты, ошеломленные и деморализованные внезапным появлением в самой гуще боя огромных туш русских крейсеров, принялись метаться и суетиться, подобно перепуганным курам в курятнике, куда ворвалась лиса. Растеряв самообладание и контроль над ситуацией, «янки» начисто упустили драгоценный шанс организовать скоординированный налет на незащищенные корабельные трансляторы. Драгоценные первые минуты были упущены. Вместо этого истребители «янки» принялись хаотично разлетаться кто куда, словно их главной целью теперь было просто унести ноги от разъяренных русских.
Великолепно слаженная работа наших зенитных корабельных расчетов, непрерывно поливающих космическое пространство ливнями раскаленной плазмы, сыграла здесь поистине неоценимую роль. Теперь несчастным F-4 до того имеющим хотя бы призрачный шанс на победу, приходилось спасаться не только от пушек МиГов, но и от всепожирающих, перекрестных потоков зарядов корабельной ПВО. Это окончательно добило боевой дух американцев и предопределило исход схватки за господство в квадрате.
Менее чем через десять минут после начала этой безумной космической свалки все было кончено. Из почти сотни боевых машин, что «янки» бросили в бой с отчаянной надеждой задержать неумолимое русское наступление, к искалеченным линкорам вернулись жалкие ошметки — не более полутора десятков истребителей. Остальные «фантомы», иссеченные в куски безжалостным огнем, разлетелись на атомы, усеяв космическое пространство мириадами обломков, словно чудовищным металлическим конфетти, фактически похоронив последние надежды американцев на благополучный исход дела.
Теперь ударным десантным модулям Российской Империи, до того терпеливо ожидавшим своего часа, уже ничто не мешало начать решающий штурм. В сопровождении победоносных МиГ-2, чьи раскрашенные алыми звездами борта покрылись боевыми отметинами и зарубками, словно боевыми шрамами, штурмовые челноки неумолимо устремились к обреченному «Мичигану» и другим вражеским линкорам.
Глава 15
— Все равно, ничего у них не получится, — упрямо отмахнулся коммандер Парсонс, до скрежета стискивая зубы после сокрушительной потери собственных истребителей. Его взгляд метал молнии, а желваки на скулах ходили ходуном от бессильной ярости. — Их слишком мало, Дженкинс, слышишь? Критически, ничтожно мало для успешного абордажа наших линкоров. Эти русские штурмовые команды просто обречены на неминуемую гибель в безнадежной попытке нас захватить…