Дома Слава долго не решался позвонить Любе, тянул время всячески, репетировал речь и даже переоделся в парадные джинсы и белую рубашку. Наконец, решился и набрал номер.
– Слава! – Люба, казалось, была рада. – Ну, ты где? У меня уже всё готово – только ты и коньяк с фруктами остались!
– Люба… тут такое дело, понимаешь, деньги кончились у меня неожиданно, думал есть, а их нет, оказалось. Не удалось мне ни коньяка, ни шампанского, ни фруктов купить. Только чертовское обаяние и осталось!
Слава немного засомневался, уместна ли эта бравада в конце, но притворяться виноватым он всё равно не собирался.
– Ну как же так? Ты же обещал, я на тебя рассчитывала и не брала ничего, а как сейчас? Как мы Новый год встречать будем?
– Ну так и будем, не знаю, чаю попьём, телевизор посмотрим.
– Чаю?
Чёрная, уже нагретая ладонью трубка из толстой пластмассы немного помолчала, а потом запикала короткими гудками.
«Вот тебе и вся любовь», – подумал Слава и аккуратно положил трубку на аппарат.
Слава неспешно, плавно растягивая движения, переоделся в домашние треники, старый, связанный мамой свитер, выключил свет, увидел, что горит в кухне, но махнул на это рукой и лёг на диван. Закрыл глаза. За окном слышались суета, шум голосов, хруст снега и хлопки салютов от самых нетерпеливых.
«Уснуть бы», – подумал Слава и чему-то заулыбался.