Внешняя глобальная политика, как я уже отмечал, является сферой, которую американское общество почти не контролирует. Считается, что в Америке на внешней политике политической карьеры не сделаешь. Посмотрите на избирательную кампанию любого американского президента. Внешняя политика в его выступлениях занимает весьма небольшое место. И даже пример с якобы вмешательством России в американские выборы интересует граждан США не потому, что это Россия, и не потому, что это внешняя политика, а потому, что это свои, родные американские выборы, часть внутренней политики Штатов. В последние годы в Америке много говорят о том, как сделать свою избирательную систему такой, чтобы больше никто не мог в нее вмешиваться. Они воспринимают тему такого вмешательства в основном как свой внутренний прокол, а не как внешнеполитическую проблему.
Сами же Соединенные Штаты вторгаются в дела стран по всему миру, считая такое поведение само собой разумеющимся. Большинство американцев не видит в этом ничего предосудительного: им же это выгодно. В мире, между прочим, до сих пор нет четкого понимания, что именно подразумевается под вмешательством в дела другой страны. На мой взгляд, внешняя политика любого государства заключается прежде всего в том, чтобы создавать наиболее благоприятные условия для себя во внешнем мире. А это подразумевает в том числе и воздействие на другие страны — в расчете на формирование там максимально выигрышной для себя политической, социальной, деловой и даже военной обстановки. То есть хочешь не хочешь, а любая внешняя политика напрямую связана с воздействием на окружающих, и не совсем понятно, где здесь проходят красные линии.
Америка, повторюсь, очень молодая страна, с молодой и не очень опытной элитой. И многие проблемы в мире возникают из-за того, что с середины XX века эта молодая страна так или иначе управляет миром. Такова моя личная точка зрения. Америка — это, если хотите, страна-подросток, который очень часто не соразмеряет свои силы с реальностью и не понимает, какой ущерб он наносит другим, когда двигается слишком быстро, слишком резко. У Америки еще нет взрослого терпения, а есть подростковая нетерпеливость, нет огромного исторического опыта, имеющегося у многих других стран мира, над которыми Америка взяла верх и на жизнь которых принялась влиять. Америка еще не оправилась от своеобразного кессонного эффекта, то есть слишком быстрого подъема наверх. Она исторически очень быстро стала сначала сверхдержавой, а потом еще быстрее — единственной сверхдержавой в мире. Все это случилось на протяжении жизни одного-двух поколений американцев. Относительная легкость победы снесет голову кому угодно — но не прибавит опыта.
Поэтому, когда возник вопрос, в частности, о вмешательстве в их выборы, американцы от неожиданности просто запаниковали. Их санкции — это, по сути дела, признание того, что они не знают, как решить проблему внутри страны. У них еще не было подобного опыта, и они пока не выработали внутреннего механизма, позволяющего защитить себя от вмешательства извне.
Подчеркну: подавляющее большинство американцев, в том числе в истеблишменте, рассматривает подобное вмешательство как свою внутреннюю проблему, потому что заставить Россию, Иран или Китай не вмешиваться в дела Америки они не могут: это в принципе невозможно. Никакого договора здесь заключить нельзя. Надежной системы защиты нет, наверное, ни у одной страны мира. Сегодня американцы над этим активно работают, пытаясь запугать других, чтобы выиграть время и создать-таки эту систему защиты своей внутренней политики. Кстати, во время президентских выборов живущая в Америке русская иммиграция практически всегда в подавляющем большинстве голосует за республиканцев. Очень многие поддерживали Дональда Трампа, потому что считали, что демократы с их идеями «большого правительства», расширения контроля за жизнью во всех областях слишком близки к тому, что было в Советском Союзе. Зачастую в вопросах того, как должно быть устроено правительство страны, новые иммигранты являются даже большими американцами, чем те, кто уже в третьем-четвертом поколении живет в этой стране. У многих иммигрантов сохраняются тесные связи и интересы на исторической Родине, многие вообще живут на две страны и, естественно, принимают в расчет интересы России. Можно ли их позицию на выборах считать вмешательством во внутренние дела США?