Читаем Анималотерапия (СИ) полностью


– Кха-кха, – эхом отозвалась Яна и поморщилась: – Горло...



– Да не будет болеть твоё горло, – отмахнулась Люся.



– Вы-то откуда знаете...



– Знаю, – без тени улыбки сказала Люся.



– Знаете? Будущее? Это что, тоже колдовство? Ну, там, способности... да?



– Да, – сказала Люся – и уже каким-то неясным, обтекаемым тоном. Шутит?..



Яна глянула в огромные окна фойе. Никого, пусто. Только две кушетки в голубом свете.



– А меня впустят? Надо наколдовать, чтобы впустили!



Её впустили. Только шубку-шапку сдать в гардероб не получилось, он был уже закрыт.



13.



Всё воскресенье Яна прождала. Проснулась она рано, и до трёх часов ждала, когда же, собственно, будет три, а после трёх – когда же, собственно, будет Люся. Люси не было.



В этом «режиме ожидания» Яна несколько раз пыталась проведать Трапецию с её выводком, но проведался только выводок, Трапеции не было.



Яна так и не решилась взять кого-нибудь из крысят на руки (она боялась, что Трапеция их потом не признает, где-то она про такое слышала) и просто разговаривала с ними:



– Скоро вы переедете. Понятно вам? Там будет хорошо. Ну, по крайней мере... нормально. Там живут всякие... другие грызуны. Такие же симпатичные, да... Ну, чего носитесь? Понятно вам?



Наверно, им было понятно, выглядели они бодренько – и действительно все носились. Соня – а это, конечно, была она – время от времени останавливалась, чтобы зевнуть. Философ периодически задумывался и поводил носом, глядя куда-то вдаль, за клетку. Виля то и дело прихорашивалась. Бегун – просто бегал по периметру, то огибая своих сородичей, то натыкаясь на них. А тот, что подстилку царапает (как его Люся звала? Копайка? Ройка!) крутился, в основном, посередке, и вид у него был какой-то ищущий... Да – а подстилку неплохо бы помыть. Но тогда пришлось бы их всё-таки взять, дотронуться... Надо ждать Люсю. Берёт она их или нет?



Яна смотрела на кулончик, на часы. Возвращалась в свою палату. Опять смотрела. Всё-таки какое это дрянное состояние – ждать! Правильно тётя Наташа говорит, хуже нет, чем ждать и догонять. Яна даже на завтрак решила сходить, всё лучше, чем ничем не разбавленное ожидание...


Перейти на страницу:

Похожие книги

Колизей
Колизей

Колизей — наиболее известное и одно из самых грандиозных сооружений Древнего мира, сохранившихся до нашего времени. Колизей настолько вошел в историю, что с 1928 по 2000 год фрагмент его колоннады изображали на медалях, которыми награждались победители Олимпийских игр, тем самым он служил символом классицизма и напоминанием об Играх, проводившихся в древности.Это грандиозное сооружение олицетворяет собой имперское величие и могущество Древнего Рима. Его мгновенно узнаваемый силуэт с течением времени стал эмблемой Вечного города, подобно Эйфелевой башне для Парижа или Кремлю для Москвы. Колизей был свидетелем множества знаменательных событий, на его арене происходили блестящие представления и разворачивались кровопролитные схватки, и сами камни этого амфитеатра дышат историей.

Кийт Хопкинс , Мэри Бирд , Сергей Юрьенен

История / Проза / Повесть / Современная проза
Gerechtigkeit (СИ)
Gerechtigkeit (СИ)

История о том, что может случиться, когда откусываешь больше, чем можешь проглотить, но упорно отказываешься выплевывать. История о дурном воспитании, карательной психиатрии, о судьбоносных встречах и последствиях нежелания отрекаться.   Произведение входит в цикл "Вурдалаков гимн" и является непосредственным сюжетным продолжением повести "Mond".   Примечания автора: TW/CW: Произведение содержит графические описания и упоминания насилия, жестокости, разнообразных притеснений, психических и нервных отклонений, морбидные высказывания, нецензурную лексику, а также иронические обращения к ряду щекотливых тем. Произведение не содержит призывов к экстремизму и терроризму, не является пропагандой политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти и порицает какое бы то ни было ущемление свобод и законных интересов человека и гражданина. Все герои вымышлены, все совпадения случайны, мнения и воззрения героев являются их личным художественным достоянием и не отражают мнений и убеждений автора.    

Александер Гробокоп

Магический реализм / Альтернативная история / Повесть / Проза прочее / Современная проза