Читаем Антигитлеровская коалиция в годы Второй Мировой войны (Роль ленд-лиза в победе над общим врагом) полностью

На начальном этапе войны основным поставщиком самолетов в силу территориальной близости была Великобритания. Уже в первые месяцы войны начались поставки истребителей "Харрикейн". Воздушные бои над Англией осени 1940 года показали, что эти истребители по всем параметрам уступают немецким Ме-109E по всем основным параметрам. К моменту же прибытия "Харрикейнов" в СССР немецкие ВВС уже получали Ме-109F, еще более совершенный самолет. Равные "Мессершмиттам" "Спитфайры" англичане поставлять не спешили, избавляясь за счет ленд-лиза от ненужного лома. Когда же, наконец, "Спитфайры" появились в СССР (южным путем, через Иран), оказалось, что это в основном машины прошедшие ремонт. Очевидно, что англичане, имевшие потери в авиации значительно меньшие, чем СССР за счет того, что большая часть немецкой авиации была сосредоточена на Восточном фронте, просто отправляли Советскому Союзу все ненужные старые машины, на которых английские пилоты в воздушном бою имели мало шансов. На Восточном фронте машины до "старости" просто не доживали, а советские пиилоты, оставшиеся после погрома 22 июня без самолетов не смотрели в зубы дареным коням. Надо заметить, что на Западном фронте, над Ла-Маншем и над Францией, в 1941-1942 годах велась воздушная война престижа. Расквартированные здесь немецкие элитные истребительные части занимались обороной воздушного пространства Рейха от редких налетов английской авиации. Победы и потери в воздушных боях становились не столько фактором общей победы, сколько выгодным материалом для пропаганды по обе стороны. Именно сюда в первую очередь направлялись новейшие немецкие самолеты - последние модели Ме-109 и первые выпущенные Fw-190. Англичане в свою очередь, чтобы не допускать излишних потерь, так же старались держать на передовой только части оснащенные новой техникой, а поскольку их производственные мощности не так сильно пострадали, как у СССР, и исправно снабжались американскими материалами, то устаревшие машины они вполне могли отдавать "советам". На момент погрузки на транспорты эти машины еще, может быть, и были хоть чуть-чуть "конкурентноспособны" на Восточном фронте, но после долгого пути морем, сборки, испытаний, перегона и обучения пилотов, техника устаревала еще больше.

Американцы, начавшие поставки авиации позже англичан, тоже не упустили своей выгоды. Запустив перед вступлением в войну в серию самолет P-39 "Аэрокобра", они пришли к выводу, что эта машина не находит себе применения ни в их авиации, ни в Британской. США на Тихом океане требовались палубные истребители и истребители сопровождения, а P-39 на эти роли подходил плохо. Англичане перестали закупать его, потому что и им он был "не ко двору" лучшие свои стороны эта машина показывала на малых высотах, а бои над Ла-Маншем и Северной Францией шли на средних и больших. Идеально P-39 подходили только для Восточного фронта, куда и отправились в количестве 4 952 штук вместе с более поздней модификацией этого самолета - P-63 "Кингкобра" (2 400 штук){14}. Заметим, что из общего числа произведенных P-39 (9 584 самолета) это составило более половины. К тому добавились и 2 134 самолетов P-40, поставленных в СССР в 1941-1944 годах, то есть в то время, когда самолеты этого типа вытеснялись с Тихого океана.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Лжеправители
Лжеправители

Власть притягивает людей как магнит, манит их невероятными возможностями и, как это ни печально, зачастую заставляет забывать об ответственности, которая из власти же и проистекает. Вероятно, именно поэтому, когда представляется даже малейшая возможность заполучить власть, многие идут на это, используя любые средства и даже проливая кровь – чаще чужую, но иногда и свою собственную. Так появляются лжеправители и самозванцы, претендующие на власть без каких бы то ни было оснований. При этом некоторые из них – например, Хоремхеб или Исэ Синкуро, – придя к власти далеко не праведным путем, становятся не самыми худшими из правителей, и память о них еще долго хранят благодарные подданные.Но большинство самозванцев, претендуя на власть, заботятся только о собственной выгоде, мечтая о богатстве и почестях или, на худой конец, рассчитывая хотя бы привлечь к себе внимание, как делали многочисленные лже-Людовики XVII или лже-Романовы. В любом случае, самозванство – это любопытный психологический феномен, поэтому даже в XXI веке оно вызывает пристальный интерес.

Анна Владимировна Корниенко

История / Политика / Образование и наука
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Р Дж Коллингвуд , Роберт Джордж Коллингвуд , Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное