Как мы говорили в предисловии, вклад, сделанный Павлом в развитие христианства, трудно переоценить. Если Иисуса можно назвать «Автором» этой религии, то о Павле можно сказать как о том, кого Он взял в «соавторы». Павел не только не скрывал своего соавторства, но наоборот, подчеркивал его, в некоторых случаях предваряя свои наставления словами «не я повелеваю, а Господь», в других – «я говорю, а не Господь» (1 Кор. 7:10–12).
Иисус не создал для Церкви цельную и законченную богословскую систему, не дал Своим ученикам исчерпывающий свод нравственных правил. Указав людям дорогу в Царство Небесное, Он расставил на ней верстовые столбы и дорожные знаки в виде наставлений и заповедей, касающихся отдельных вопросов богословия и нравственности. Но подробный путеводитель по этой дороге предстояло создать другому человеку. Этим человеком стал Павел.
Его нередко называют создателем христианского богословия. В этом есть значительная доля истины. Тот опыт личной встречи со Христом, который лег в основу Евангелий, требовал богословского осмысления. Такое осмысление мы находим в самих Евангелиях, прежде всего в Евангелии от Иоанна, где Иисус представлен как вечное Слово Божие, как Единородный Сын Божий, как Господь и Бог. Но и Павел параллельно с Иоанном (а вероятно, еще до него) создавал свою систему богословского осмысления евангельских событий. По сути, именно он поставил молодую христианскую веру на твердый богословский фундамент, в значительной мере предопределив все последующее развитие христианского богословия.
Павла считают создателем христианской нравственности. В этом тоже есть доля правды. Исходя из той общей духовно-нравственной установки, которая основывается на учении Христа, Павел создал для христианской Церкви цельное нравственное учение, ответив на многие вопросы, не нашедшие отражения на страницах Евангелий. Нравственное учение Павла стало своеобразным сплавом того, чему учил Христос, и того, что к этому учению Павел дерзновенно добавил от себя.
С того момента, когда Павел открыл для себя Христа, а точнее – когда Сам Христос открылся ему, вся его жизнь была пронизана пламенным желанием открыть Христа как можно большему числу людей. С этой целью он проповедовал и среди иудеев, и среди язычников, обходил моря и земли, «для всех… сделался всем, чтобы спасти по крайней мере некоторых» (1 Кор. 9:22).
Главной движущей силой его миссионерского подвига была любовь к Богу, выражавшаяся в беспредельной преданности Христу и готовности умереть за Него. Об этой любви Павел писал римским христианам:
Кто отлучит нас от любви Божией: скорбь, или теснота, или гонение, или голод, или нагота, или опасность, или меч? как написано: за Тебя умерщвляют нас всякий день, считают нас за овец, обреченных на заклание. Но все сие преодолеваем силою Возлюбившего нас. Ибо я уверен, что ни смерть, ни жизнь, ни Ангелы, ни Начала, ни Силы, ни настоящее, ни будущее, ни высота, ни глубина, ни другая какая тварь не может отлучить нас от любви Божией во Христе Иисусе, Господе нашем (Рим. 8:35–39).
Библиография[777]
I. Священное писание Ветхого и Нового Завета
Библия. Книги Священного Писания Ветхого и Нового Завета. М., 1988.
Biblia Hebraica Stuttgartensia / Ediderunt K. Elliger et W. Rudolph; Adjuvantibus H. Bardke et al.; Textum Masoreticum curavit H. P. Ruger. Stuttgart, 1990.
Novum Testamentum graece / Cum apparatu critico curavit Eberhard Nestle; Novis curis elaboraberunt Erwin Nestle et Kurt Aland. Editio vicesima quinta. London, 1975.
Septuaginta: Id est Vetus Testamentum graece iuxta LXX interpretes / Edidit Alfred Rahlfs. Duo volumina in uno. Stuttgart, 1979.
II. Творения отцов и учителей Церкви[778]
Августин
О Нагорной проповеди Господа: De sermone Domini in Monte // PL. 34. Col. 1229–1308.
О граде Божием: De civitate Dei // PL. 41. Col. 13-801.
Послания: Epistulae // PL. 33.
Григорий Богослов
Слово 42: Oratio 42 // SC. 384. P. 48–115.
Письма: Epistulae // PG. 37. Col. 21-388.
Дидахи