- Я хочу, чтобы вы отказали Анжи в ваших услугах. - Взгляд Берча стал жестким. - С этого дня вы не дадите ей ни одного урока. Как вам мое предложение? Заманчивое, не правда ли?
Джерси раздумывал несколько секунд, затем медленно протянул к деньгам руку. Берч с готовностью передал ему пачку и с волнением стал наблюдать за Джерси. Говард медленно пересчитывал деньги. Купюру за купюрой.
- Я был уверен, что вы как благоразумный человек так и поступите. - Берч вздохнул с облегчением. Кажется, его план удался, хотя он не был в этом уверен до последнего момента.
- Вы думаете, - лицо Джерси исказила брезгливая гримаса. - Вот мой ответ. - Джерси швырнул всю пачку денег Берчу в лицо.
Купюры посыпались на стол и на пол. На несколько мгновений Берч оторопел. Он искренне не понимал, как можно пренебречь такой прекрасной возможностью поправить свои дела. Затем он нагнулся и поспешно стал собирать деньги, опасаясь от Джерси еще какой-нибудь дикой выходки. Когда все купюры были собраны, Берч поднялся.
- Мистер Джерси, вы еще очень пожалеете о вашем поступке. Очень пожалеете.
- Пошел вон. И чтоб ноги твоей не было в моем доме, - зло произнес Джерси и грязно выругался.
Берч решил больше не испытывать судьбу и поспешил удалиться.
- Скоро у тебя и дома-то не будет, урод, - зло бормотал он, удаляясь от замка. В этот момент его нога задела за какой-то выступ, и Берч пошатнувшись, рухнул прямо на пол. За его спиной раздался гомерический хохот Джерси, который, как оказалось, следовал за ним.
- Так тебе и надо, падаль, - Джерси захлебывался от смеха. Неожиданно настроение у него немного улучшилось. Пусть жизнь его лишила денег, но она же и нашла способ позабавить его. А, значит, не все так уж и плохо, если он еще находит повод для веселья.
Берч вскочил на ноги и поспешил удалиться. Его распирала злость, и как ни странно, прежде всего, на себя, а не на Джерси. Что негодовать на этого разорившегося аристократа. Джерси полный придурок; Берч это почувствовал еще тогда, когда заехал за Анжи к нему. Ему, Берчу, надо было предвидеть такой исход событий и зря не тратить свое драгоценное время на этого урода.
С некоторых пор Али Шахид завел что-то вроде обычая: после завершения дневных дел, которых с каждым днем становилось все больше, он перед сном придавался любовным утехам. Девушек он выбирал красивых и только из знатных и богатых семей. Ему доставляло огромное удовольствие видеть, с какой покорностью они соглашались на все его, подчас самые извращенные предложения. Он прекрасно сознавал, что делали они это по приказу родителей, боявшихся прогневить новоявленного властителя. А чтобы привести их к еще большой покорности, еще сильней внушить им страх, он безжалостно карал тех, кто не соглашался отдавать своих дочерей для удовлетворения его желаний.
Поначалу таких было несколько семей. Но после того, как он провел показательные казни, их больше не осталось. И теперь он имел возможность каждый вечер менять партнершу. Чем он охотно и пользовался. Вот и сейчас он ласкал новую обнаженную девушку. Он не торопился овладеть ею, ему нравилось наблюдать за тем, как сильно она боится его. Это возбуждало его не менее сильно, чем самые утонченные или страстные ласки.
Правда, сейчас ни о каких утонченных или страстных ласок не могло быть и речи. Девушка была молоденькая, не больше шестнадцати лет и совсем неопытная. Сначала его это забавляло, но с какого-то момента стало раздражать. Нельзя же совсем ничего не знать об искусстве любви. И почему ее никто этому не обучил.
К Али Шахиду вдруг пришла мысль: а не послать ли за другой девушкой, а эту отослать к солдатам. Пусть хоть чему-то она научится. К тому же его славным воинам тоже нужны женщины, они их заслужили. Почему бы не организовать рынок секс-рабынь; после боя, те, кто проявил доблесть, могут выбрать на нем себе женщину на ночь. Это хороший стимул для проявления храбрости в сражениях. Женщины всегда вдохновляли мужчин на подвиги. Надо непременно в самое короткое время воплотить эту идею в жизнь.
А сейчас следует послать за другой женщиной, эта девчонка окончательно ему надоела. Но осуществить это намерение помешал Ахмед Шарбани. Внезапно отворилась дверь, и он вошел в покои Шахида. Он молча посмотрел на обнаженную девушку, но ничего не сказал.
Али Шахиду не понравилось это вторжение, он уже хотел укорить друга, что тот пришел не вовремя, предварительно не известив его о своем намерении. Но в этот момент вдруг вспомнил, что сам просил его прийти к нему.
- Ты меня звал, Али? - спросил Ахмед Шарбини.