Читаем Аз, Клавдий. Божественият Клавдий полностью

И Клото заговори, а в туй времеомразното вретено завъртя сеи нишката житейска на глупаказапочна да навива, но я скъса.Тогаз Лахезис — с вчесани къдрици,с венец от лаври на челото чисто —откъсна ново руно бяло вълна,която под ръката й щастливацвета смени. Сестрите и се чудят —не вълна, а конец от чисто златои дипли се той век след век, безкрайни.Те с радост теглят вълната чудесна,на работата си се наслаждават.Но, да, конецът се преде самичък,без никакво усилие за тях.И докато вретеното върти се,сребристият конец се все навива.расте неспирно той, расте и ставапо-дълъг от живота на Титон(съпругът на Аврора), надминавагодните и на старика Нестор.И Феб е тук и с весел глас им пее,пригласяйки със звучната си лира,догдето те работят. Тъй помагапо-леко работата да върви.Сестрите не усещат, че предат —омаяни от сладостните звуци,от песента на своя брат голям,изпридат повече, отколко нявгаса прели за обречените смъртни,И Феб извиква: „Нека тъй да бъде,сестрици мои! Ни една годинане вземайте от тоз живот прославен,защото оня, чийто жизнен пътсега предете — моят славен двойник, —не ми отстъпва в нищо: нито в хубост,ни в доброта, ни в сладост на гласа.“Това е оня, който ще откриенов златен век; забраната ще счупи,заключила устата на закона.Той Луфицер е, който в миг прогонвапо-дребните звезди от небосклона,или Хесперус, който ярко грейва,щом другите звезди се пак завърнат.Или пък не — самото Слънце той е,което иде всеки път, когатоЗората — тази румена богиня —разпръсне сенките с лъчите първи,самото Слънце с блеснало лице,сияещо над цялата земя,от мрачната тъмница полетялона чудната си златна колесница.Самото слънце е НЕРОН и РимНЕРОН възторжено ще съзерцава;с очи, от блясъка му заслепени,ще гледа Рим лицето, озареноот царствено величие, косите,по шията красива разпилени.

Аполон млъкна. Но Лахезис, която също обича хубавите мъже, продължи да преде и отпусна още много години на Нерон като личен подарък от нея.

Що се отнася до Клавдий, те казват на всички:

Възрадвайте се и от тези залине го пропъждайте със думи хулни.

И наистина най-сетне той изпусна дъх, а това бе краят и на старата преструвка, че е бил жив. (Почина, докато слушаше представлението на някакви смешници, тъй че сега ви е ясно по какви причини не обичам тази професия.) Последните думи, които промълви на този свят, последваха веднага след един ужасен шум, издаден от онази част на тялото му, с която той всякога разговаряше с готовност. Те бяха:

— О, Небеса, аз май че се изплесках!

Дали е било тъй наистина, или не, не мога да кажа: но всички твърдят, че той всякога е оплесквал нещата.

Перейти на страницу:

Все книги серии Клавдий (bg)

Похожие книги

Степной ужас
Степной ужас

Новые тайны и загадки, изложенные великолепным рассказчиком Александром Бушковым.Это случилось теплым сентябрьским вечером 1942 года. Сотрудник особого отдела с двумя командирами отправился проверить степной район южнее Сталинграда – не окопались ли там немецкие парашютисты, диверсанты и другие вражеские группы.Командиры долго ехали по бескрайним просторам, как вдруг загорелся мотор у «козла». Пока суетились, пока тушили – напрочь сгорел стартер. Пришлось заночевать в степи. В звездном небе стояла полная луна. И тишина.Как вдруг… послышались странные звуки, словно совсем близко волокли что-то невероятно тяжелое. А потом послышалось шипение – так мощно шипят разве что паровозы. Но самое ужасное – все вдруг оцепенели, и особист почувствовал, что парализован, а сердце заполняет дикий нечеловеческий ужас…Автор книги, когда еще был ребенком, часто слушал рассказы отца, Александра Бушкова-старшего, участника Великой Отечественной войны. Фантазия уносила мальчика в странные, неизведанные миры, наполненные чудесами, колдунами и всякой чертовщиной. Многие рассказы отца, который принимал участие в освобождении нашей Родины от немецко-фашистких захватчиков, не только восхитили и удивили автора, но и легли потом в основу его книг из серии «Непознанное».Необыкновенная точность в деталях, ни грамма фальши или некомпетентности позволяют полностью погрузиться в другие эпохи, в другие страны с абсолютной уверенностью в том, что ИМЕННО ТАК ОНО ВСЕ И БЫЛО НА САМОМ ДЕЛЕ.

Александр Александрович Бушков

Историческая проза
Салават-батыр
Салават-батыр

Казалось бы, культовый образ Салавата Юлаева разработан всесторонне. Тем не менее он продолжает будоражить умы творческих людей, оставаясь неисчерпаемым источником вдохновения и объектом их самого пристального внимания.Проявил интерес к этой теме и писатель Яныбай Хамматов, прославившийся своими романами о великих событиях исторического прошлого башкирского народа, создатель целой галереи образов его выдающихся представителей.Вплетая в канву изображаемой в романе исторической действительности фольклорные мотивы, эпизоды из детства, юношеской поры и зрелости легендарного Салавата, тему его безграничной любви к отечеству, к близким и фрагменты поэтического творчества, автор старается передать мощь его духа, исследует и показывает истоки его патриотизма, представляя народного героя как одно из реальных воплощений эпического образа Урал-батыра.

Яныбай Хамматович Хамматов

Проза / Историческая проза