Читаем Бальные платья анимешек (СИ) полностью

- Почему не включили свет, и отправили нас на погибель? - рука моя лианой потянулась за ножом.

- МЫ... фонариками посветим! Обязательно! - Кэндзи, судя по приглушенному голосу, спрятался за спину Юдзи или Ишакова.

Или мальчики зарыли головы в песок?

Вспыхнули молнии мощных противотуманных фонарей.

- Болван! Предупреждай, прежде чем ослепляешь! - Я зарычала медведем, упавшим в костер.

Совет адресовала всем мальчикам, обозвав их одним не школьным словом.

- Не на нас светите, бестолочи... и Кэндзи! - Асуна показала, что не считает Кэндзи болваном и тупицей!

- Зачем под юбку светишь? Ошибся адресом, мальчик? Кэндзи? Рин? - Сейлор Мун по методу Асуны выгородила Юдзи.

Я - плохая, злюка, а мои подружки сортируют врагов.

- Мы не светим под юбки! Чё, мы чокнутые придурки маньяки? - Ишаков задал себе вопрос, и искал правильный философский ответ.

- Час назад в магазине было светло, как на улице.

Через дыру в потолке проходил свет из леса! - Кэндзи начал расследование - детектив высшего звена. - Наверно, лес завалил песком.

- Сам ты завалил и навалил! - полумрак ответил хриплый пенсионным голосом.

По тембру похож на мужской, хотя выдры иногда хохочут, как люди.

- ХИ-ХИ-ХИ-ХИ! - женский старушечий голосок добавился маслом к каше первого.

- Вы лисицы? - Сейлор Мун офигительно глупым вопросом швырнула меня в яму с могильным ужасом.

История, рассказанная одноглазым Сильвером, оживала и хихикала в пещере.

Эта же история мертвыми лучами кошмара подсвечивала лежащую Асуну!

Волосы мои шевелились от вшивого ужаса.

В горле застрял призрачный заяц и ушами перегородил путь воздуху.

В районе живота трепетала алчная чёрная дыра.

- Мы - никто! Мы - эхо прошедшей жизни! - Бородатое лицо, подсвеченное синим пламенем фонарика, вздохнуло. - Если вы не против, то выйдем из магазина на пять минут - очень важных для вашей жизни, принадлежащей ресторану!

Пенсионеры не причинят вам вред - ни кулаками, ни ножами, ни выстрелом солью из ружья в школьные ягодицы!

Польза, исходящая от вас, превысит вес золотых монет в сейфе Центробанка Леса.

- Вы - старые маньяки? - в темноте слышно, как чесались руки Кэндзи.

Неужели, его мечта детства сбудется, и Кэндзи придушит маньяка при замечательной мне?

Помятой гурьбой мы вывалились из магазина, присыпанного песком и пеплом воспоминаний маньяков.

У мужчины пенсионера не хватало правой ноги по колено, а у женщины - левой - асимметрия зеркальная.

- Только не жалейте одноногих инвалидов! - Женщина руками подняла тучу пыли. - Жалость до Грандкиева доведет.

- ВЫ оба рыжие, значит, вы - лисицы! - Сейлор Мун сдвинула носки туфелек, сосала пальчик, а взгляд... - по её простоватому мнению - испытующий.

- Рыжие натуральные волосы? В нашем почтенном возрасте? Ты свихнулась, девочка? КХЕР-КХЕРК-КХЕРК! - старичок кашлял в приступе безумия. Кашель спас пенсионера от кулаков Рина. - У нас парики! Мы типа понтуем, выпендриваемся, словно соски!

- Я Фрида, а мой товарищ по несчастью - Марк! - старушка поправила левую стотонную грудь и улыбнулась подпольно, тихо.

- И чё? Мы запляшем стэп от радости, что вы назвали свои имена? - Асуна, неожиданно, нагрубила старшим, намекнула на их недееспособность. - Вы интригуете по-лисьи, вытащили нас из магазина.

Представились, потому что иностранцы.

В нашем лесу при встречах с незнакомцами своё имя не выдают, прячут его в карман.

По имени можно порчу навести!

- ОНИ еще хуже, чем я подумал минуту назад! - старичок не обратил внимания на сабельную резкость Асуны. Он качал кедровой головой. - Спутали нас с лисами, поклоняются суевериям, а самое главное - играют в аниме.

Оделись в героев манги и красуются друг перед дружкой тем, чем Природа без смущения наделила!

- Вы нас обсуждаете в третьем лице? - Я сделала шаг к магазину, пыталась обойти пенсионеров, у которых две сухофруктовые ноги на двоих.

- Умоляю вас, девушка, не кладите голову под топор! - старушка закричала в могильном ужасе, обдала меня ледяной водой слов. Парик у неё съехал на правое ухо, а правая грудь стучала по уцелевшей коленке. - Мы вам расскажем о своей жизни, а вывод сделайте сами, если не хотите умереть с костью барашка в горле.

Звучало угрожающе, поэтому я выделила пенсионерам десять минут - пусть прочистят горло и память рассказами

ИМ полезно, душу лечат и отдаляют момент тотальной потери памяти.

- В восемнадцать лет я выиграл Олимпийские игры по тяжелой атлетике! - Марк с благодарностью купца посмотрел на мои ноги. - Жизнь расстилалась передо мной красной ковровой дорожкой.

Выглядел я Аполлоном на склоне горы: литое тело, мускулы переливались питонами.

На всю погребальную жизнь запомнил тот день, когда в переносном смысле закопал себя в могилу.

Через неделю меня ожидала квалификация на конкурсе "Мистер Красавчик", а потом - океан возможностей.

Высшая награда - меня должны были пригласить в лесники! - Марк поднял указательный палец к мшистым бровям (то ли делал паузу, то ли хотел застрелиться из пальца... мы замерли в благоговейном волнении! лесник!).

По пути попался бутик дорогой модной одежды - капкан для слабых умов и сильных тел.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Грани
Грани

Стать бизнесменом легко. Куда тяжелее угодить самому придирчивому клиенту и не остаться при этом в убытке. Не трудно найти себе новый дом, труднее избавиться от опасного соседства. Просто обижаться на родных, но очень сложно принять и полюбить их такими, какие они есть. Элементарно читать заклинания и взывать к помощи богов, но другое дело – расхлебывать последствия своей недальновидности. Легко мечтать о красивой свадьбе и счастливой супружеской жизни, но что делать, если муж бросает тебя на следующее утро?..Но ни боги, ни демоны, ни злодеи и даже нежить не сможет остановить того, кто верно следует своей цели и любит жизнь!

Анастасия Александровна Белоногова , Валентин Дмитриев , Виктория Кошелева , Дмитрий Лоскутов , Марина Ламар

Фантастика / Приключения / Морские приключения / Юмористическая фантастика / Разное
Идеи и интеллектуалы в потоке истории
Идеи и интеллектуалы в потоке истории

Новая книга проф. Н.С.Розова включает очерки с широким тематическим разнообразием: платонизм и социологизм в онтологии научного знания, роль идей в социально-историческом развитии, механизмы эволюции интеллектуальных институтов, причины стагнации философии и история попыток «отмены философии», философский анализ феномена мечты, драма отношений философии и политики в истории России, роль интеллектуалов в периоды реакции и трудности этического выбора, обвинения и оправдания геополитики как науки, академическая реформа и ценности науки, будущее университетов, преподавание отечественной истории, будущее мировой философии, размышление о смысле истории как о перманентном испытании, преодоление дилеммы «провинциализма» и «туземства» в российской философии и социальном познании. Пестрые темы объединяет сочетание философского и макросоциологического подходов: при рассмотрении каждой проблемы выявляются глубинные основания высказываний, проводится рассуждение на отвлеченном, принципиальном уровне, которое дополняется анализом исторических трендов и закономерностей развития, проясняющих суть дела. В книге используются и развиваются идеи прежних работ проф. Н. С. Розова, от построения концептуального аппарата социальных наук, выявления глобальных мегатенденций мирового развития («Структура цивилизации и тенденции мирового развития» 1992), ценностных оснований разрешения глобальных проблем, международных конфликтов, образования («Философия гуманитарного образования» 1993; «Ценности в проблемном мире» 1998) до концепций онтологии и структуры истории, методологии макросоциологического анализа («Философия и теория истории. Пролегомены» 2002, «Историческая макросоциология: методология и методы» 2009; «Колея и перевал: макросоциологические основания стратегий России в XXI веке» 2011). Книга предназначена для интеллектуалов, прежде всего, для философов, социологов, политологов, историков, для исследователей и преподавателей, для аспирантов и студентов, для всех заинтересованных в рациональном анализе исторических закономерностей и перспектив развития важнейших интеллектуальных институтов — философии, науки и образования — в наступившей тревожной эпохе турбулентности

Николай Сергеевич Розов

История / Философия / Обществознание / Разное / Образование и наука / Без Жанра