Читаем Бальные платья анимешек (СИ) полностью

Перед последним туром я лидировала с отрывом в одно очко, и готовилась на следующий день вбить в голову корону Чемпионки Мира.

После обеда на секундочку забежала в бутик, вышла через два часа изумительнейшем чёрном коротком платьице от Spectre Hounts, белых гольфиках Counsels и в подиумных туфельках Absolutely.

Красоту нужно нести в Мир, поэтому я на часик заглянула на адский пляж в Сен-Тропе.

Да, я обливалась шампанским, потом ручейком перетекла в ночной клуб, затем проснулась в светлой комнате, оформленной в стиле земляничной поляны.

Из комнаты - отдельный выход на пляж, что пришлось по вкусу моему капризному сердечку.

На территории отеля оказался прекрасный ресторан с отличным французским завтраком.

После завтрака - SPA процедуры в огромном корпусе.

По вечерам я убегала с друзьями в ночной клуб, где еда второстепенная - картофельный пирог, но главное - шоу обезьян.

На сцене потрясающие горилы забывались в танце фламенко.

Причем, это оригинальное представление, не приманка для ночных бабочек и толстых мотыльков, а лесной танец, сохранивший джунглевый колорит: минимум декораций, песни в живом исполнении трёх горилл, которые даже не пользуются микрофоном.

После выступления мы страстно танцевали с кастаньетами и бубнами из моржовой кости.

Праздник продолжался, пока у меня не закончились пагубные сигареты.

На пляже я окликнула потрёпанного мужчину, а он мне нахамил - я думала, что нахамил.

Не заметила, что двадцать лет жизни пролетели, как одна кривоногая ночь.

Мечты о Шахматной Короне остались в далёком прошлом: карнавал и ночные клубы высосали из меня время.

Мы с Марком поняли, что по причине солидного возраста нас не накормят и не обольют шампанским.

Но тяга к буйному веселью осталась, тащила нас в SPA и рестораны.

Нужны деньги, а за деньги придется работать, что унизительно для танцоров и певцов.

Неделю мы обламывали себя, пытались устроиться на позорные работы, но - не хватало выдержки и стального понимания.

На восьмой день после встречи мы отправились на лесопилку и отрезали себе по одной ноге.

Нам дали инвалидность и пособие, достаточное для не бурного, но животворного отдыха.

Одноногие, мы по-прежнему обливались шампанским на пляже, но шампанское покупали самое дешевое, на распродажах.

Пятьдесят лет продолжали отдыхать от отдыха.

А сегодня во время оздоровительной пешеходной экскурсии по лесу наткнулись на присыпанный чёртовым песком старинный бутик.

Воспоминания водопадом обрушились на наши истлевшие кости: мы вспомнили, что уход из жизни начался после посещения магазина.

Появились вы - молодые, задорные, но уже тронутые плесенью шопинга.

Мы хотим вас предостеречь, на основе своего опыта показываем, что магазин - зло.

Не примеряйте шикарные платья, в которых вы выглядите Принцессами!

Не затягивайте корсеты с китовым усом, они превращают ваши талии в изумительно осиные!

Отбросьте кружевные лифчики - закружат головы!

Отвернитесь от колготочек в сеточку, от капканных белых гольфиков.

Расстреляйте из двустволок обворожительные подиумные туфельки, потому что модную одежду и обувь для женщин изготавливает чёрт в аду!

Если вы не послушаете нашего совета, совета прокопченных гуляк, то одежда поработит вас.

Платья возьмут в плен и не отпустят.

Оглянетесь, а двадцать или пятьдесят лет - ТЮ-ТЮ, улетели в плясках на карнавалах и в ночных клубах, где в темноте вас целует сатана! - Старушка зашипела, мотала одуванчиком головы.

- Фрида! Мы опаздываем на бесплатный ужин для пенсионеров в ресторане Пиколино, что означает - маленький ад, - пенсионер посинел, как мои волосы. Он пальцами зажимал губы, но рот раскрывался, соблазнял старушку приглашением на ужин. - Самый типичный для Сен-Тропе и самый необычный для леса уютный ресторан в подпольной квартире шумной, негостеприимной семьи воров.

Нас познакомят с пятью меню, от души накидают гастрономические хиты кавказской кухни.

Тебе я заказал три вида французских устриц - ты ненавидишь устрицы (ФУ! Устрица звучит, как острица - глиста!), я знаю, но модно, дорого, поэтому нужно скушать через блеванье:

- Устрицы Жилардо, Фин де Клер и "Черный жемчуг"? - старушка схватилась за деревце, чтобы оно удержало от безрассудного психического побега в ресторан. Осинка треснула, и пенсионерка полетела вялой стрелой за избитым горем Марком. - Сейчас для дегустации устриц - у меня на них аллергия - самый подходящий сезон!

Устрицы - деликатес и мощнейший афродизиак! - Фрида скрылась за кустами плачущей бузины.

- Дети, не примеряйте модные и красивые шикарные платья. - Старческие голоса давились, перебивали друг друга - так котята борются за сосок кошки. - За плясками, гулянками вы потеряете себя.

Не хотииииим! Будь проклят званый ужин с устрицами! АААААА! - Голоса затихли застывающим жидким металлом.

Пенсионеры не в силах противиться зову фешенебельной безбашеной жизни.

- Хитрые! Всю жизнь провели в отдыхе и благополучии, а нас отговаривают! - Асуна спрашивала себя, но искала ответ в Кэндзи.

- Я же говорила, что они - лживые лисы! - Сейлор Мун поправила безупречную золотую чёлку. - Ни себе, ни людям!

Перейти на страницу:

Похожие книги

Грани
Грани

Стать бизнесменом легко. Куда тяжелее угодить самому придирчивому клиенту и не остаться при этом в убытке. Не трудно найти себе новый дом, труднее избавиться от опасного соседства. Просто обижаться на родных, но очень сложно принять и полюбить их такими, какие они есть. Элементарно читать заклинания и взывать к помощи богов, но другое дело – расхлебывать последствия своей недальновидности. Легко мечтать о красивой свадьбе и счастливой супружеской жизни, но что делать, если муж бросает тебя на следующее утро?..Но ни боги, ни демоны, ни злодеи и даже нежить не сможет остановить того, кто верно следует своей цели и любит жизнь!

Анастасия Александровна Белоногова , Валентин Дмитриев , Виктория Кошелева , Дмитрий Лоскутов , Марина Ламар

Фантастика / Приключения / Морские приключения / Юмористическая фантастика / Разное
Идеи и интеллектуалы в потоке истории
Идеи и интеллектуалы в потоке истории

Новая книга проф. Н.С.Розова включает очерки с широким тематическим разнообразием: платонизм и социологизм в онтологии научного знания, роль идей в социально-историческом развитии, механизмы эволюции интеллектуальных институтов, причины стагнации философии и история попыток «отмены философии», философский анализ феномена мечты, драма отношений философии и политики в истории России, роль интеллектуалов в периоды реакции и трудности этического выбора, обвинения и оправдания геополитики как науки, академическая реформа и ценности науки, будущее университетов, преподавание отечественной истории, будущее мировой философии, размышление о смысле истории как о перманентном испытании, преодоление дилеммы «провинциализма» и «туземства» в российской философии и социальном познании. Пестрые темы объединяет сочетание философского и макросоциологического подходов: при рассмотрении каждой проблемы выявляются глубинные основания высказываний, проводится рассуждение на отвлеченном, принципиальном уровне, которое дополняется анализом исторических трендов и закономерностей развития, проясняющих суть дела. В книге используются и развиваются идеи прежних работ проф. Н. С. Розова, от построения концептуального аппарата социальных наук, выявления глобальных мегатенденций мирового развития («Структура цивилизации и тенденции мирового развития» 1992), ценностных оснований разрешения глобальных проблем, международных конфликтов, образования («Философия гуманитарного образования» 1993; «Ценности в проблемном мире» 1998) до концепций онтологии и структуры истории, методологии макросоциологического анализа («Философия и теория истории. Пролегомены» 2002, «Историческая макросоциология: методология и методы» 2009; «Колея и перевал: макросоциологические основания стратегий России в XXI веке» 2011). Книга предназначена для интеллектуалов, прежде всего, для философов, социологов, политологов, историков, для исследователей и преподавателей, для аспирантов и студентов, для всех заинтересованных в рациональном анализе исторических закономерностей и перспектив развития важнейших интеллектуальных институтов — философии, науки и образования — в наступившей тревожной эпохе турбулентности

Николай Сергеевич Розов

История / Философия / Обществознание / Разное / Образование и наука / Без Жанра