Читаем Бальные платья анимешек (СИ) полностью

Нет, себе они взяли всё, а нам - фигушки без масла.

- Правда в их словах огромная и страшная, медвежья услуга! - я поняла, что пришла моя очередь философии. - Когда начался бум на анимешек, я настолько погрузилась в платьица и аксессуарчики, что профукала шахматный турнир за школу.

Перекрашивала волосы, любовалась кукольным платьицем, белыми чулочками, синей юбочкой, серой блузочкой, снежными кружавчиками.

Не хватило времени на эндшпили и дебюты, о них даже не вспомнила, погруженная в восхитительный мир манги.

- Мы не должны идти в антикварный бутик? - Асуна распахнула ворота очей - забегайте, кони дикие. - Примерим новые платья, и ослеплённые своей красотой, отправимся навсегда на пляж в Сен-Тропе?

После вечности отрубим ногу, чтобы пособие по инвалидности и нетрудоспособности дало денег на новые сногсшибательные развлечения?

- Сен-Тропе зарос лесом, пропал, я в инете видела! - Сейлор Мун, оказывается, уже прощупывала отдых на будущие годы. - На одной ножке - неудобно, можно упасть.

Но пластиковый протез вместо живой ноги - удачная находка.

С культей можно милостыню просить - красивым одноногим девушкам подают охотно, с радостью - на новые платья и на ночные клубы хватит с избытком.

- Очумели, подруги? Давайте, я вам сразу ноги отрежу, чтобы шиковали без опаски, что деньги закончатся! - Змеиное шипение потухающими углями костра вырвалось из меня. - Марк и Фрида - не лисы, а - дьяволы.

За несколько минут запудрили вам мозги, покрыли коркой.

Вы слабые, а я - сильная!

Ничего со мной платья не сделают, не собьют с шахматной тропинки.

Я покажу, что не одежда управляет девочкой, а школьница - хозяйка тряпок. - Подняла оставленный фонарик Марка (нарочно подбросил мне, лис сатанинский) и смело шагнула в Мир моды (шарфик Hermes прижился у меня на шее).

В магазине вспыхнул яркий дневной свет, будто небо ворвалось следом за мной.

Небо в меня влюбилось?

Оказалось, что услужливые мальчики раскидали завал над скайлайтами, отшвырнули песок и дёрн, и свет обычным образом проникал сквозь стеклянные люки.

Фонарик теперь не нужен, он - балласт в Царстве шёлка и бархата.

- Мальчики, подождите за дверью, у ворот! - Не оглядывалась, боялась, что красивейшие платья убегут.

Закрою глазки амурные, а юбочки и сарафанчики исчезнут в тумане времени. - В магазинчике две примерочные кабинки, а нас - девочек - три прелестницы! - Прижала к бедрам блестящую шикарную юбочку из легенды.

На ощупь - очень дорогая, потому что материал руку греет вечным огнём.

Слева - с длинным изумрудным платьем - мелькнула Асуна.

Справа - Сейлор Мун охала и ахала по-мышиному над полочкой с блузочками.

Без сознания я примерила юбочку - идеально сидит, шикарно, по-лесному.

В ней я чувствую необычайный комфорт и послеэкзаменационное удовлетворение.

К юбочке добавила блузочку с воротником из горностая.

За сиксилион лет мех не испортился, а - словно живой.

- Юмико! - через реку времени Асуна протянула руку и потрепала меня по онемевшему от восторга плечу. - Посмотри на нас в новом! - Асуна на левое колено встала перед Сейлор Мун (композицию, наверняка, увидела в журнале моды).

Мои подружки сияли - не только лицами, но и одеждой.

Они преобразились, стали на год старше и на два года моложе.

- Удивительно, но вы не вышли из образа анимешек!

Любая одежда подстраивается под наши тела и мангу.

Бальные платья превращаются в анимебальные! - я сняла обновки, аккуратно сложила и поместила в целлофановый пакет из прошлого.

Пакет - машина времени, он жил ТОГДА и помогает мне сейчас.

- Ты прелесть, Юмико! Душка! - Асуна чмокнула меня в щечку, оставила рисунок рубиновой губной помады.

Я улыбнулась подружке, а руки жадно пожирали, перебирали, сортировали чарующие платья.

Руки сами найдут - по теплу - нужное мне потрясающее нарядное.

- Посмотри, идеально для тебя, бренд Tumbs Up! - Сейлор Мун - вопреки мнению, что девочки не помогают друг дружке из-за того, что одинаковые полюса магнита отталкиваются - предложила мне глубоко синее, блестящее, шуршащее. - Я на себя хотела, но оно к тебе, будто тянется.

- Ко мне по-собачьи или по-лисьи идёт? - я удивилась, кивком поблагодарила Сейлор (отличная она девочка, если ум за разум не заходит). - Бальное платье?

Разве бальное согласуется с моим образом аниме - книжного червяка?

Прикинула платьице и онемела, провалилась в Рай.

Обычно падают в ад, но Рай повсюду, поэтому в него и упала.

Платье - до туфелек, облепило меня второй кожей, обещало море волнений!

И в голову мне сразу ударила молотком мысль - МОЁ!

В талии перетянуто золотым обручем Солнца.

Материи много, но я чувствовала себя в нём обнаженной, легче, чем в бане.

Широкие вырезы по бедрам, декольте от и до - показывали меня во всей красе, выделяли наиболее выделимое и скрывали скрываемое.

Я поплыла, пол превратился в облака.

За спиной шумел приветливый восхищенный лес.

Прислушалась - не лес играл листиками, а мальчики сопели в паровозные ноздри.

Не послушались моего генеральского приказа?

Или покинули магазин, а потом заглянули на один глазок?

- Юмико? Моника? Ты кто? - Кэндзи выразил общее мнение перелетных птиц.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Грани
Грани

Стать бизнесменом легко. Куда тяжелее угодить самому придирчивому клиенту и не остаться при этом в убытке. Не трудно найти себе новый дом, труднее избавиться от опасного соседства. Просто обижаться на родных, но очень сложно принять и полюбить их такими, какие они есть. Элементарно читать заклинания и взывать к помощи богов, но другое дело – расхлебывать последствия своей недальновидности. Легко мечтать о красивой свадьбе и счастливой супружеской жизни, но что делать, если муж бросает тебя на следующее утро?..Но ни боги, ни демоны, ни злодеи и даже нежить не сможет остановить того, кто верно следует своей цели и любит жизнь!

Анастасия Александровна Белоногова , Валентин Дмитриев , Виктория Кошелева , Дмитрий Лоскутов , Марина Ламар

Фантастика / Приключения / Морские приключения / Юмористическая фантастика / Разное
Идеи и интеллектуалы в потоке истории
Идеи и интеллектуалы в потоке истории

Новая книга проф. Н.С.Розова включает очерки с широким тематическим разнообразием: платонизм и социологизм в онтологии научного знания, роль идей в социально-историческом развитии, механизмы эволюции интеллектуальных институтов, причины стагнации философии и история попыток «отмены философии», философский анализ феномена мечты, драма отношений философии и политики в истории России, роль интеллектуалов в периоды реакции и трудности этического выбора, обвинения и оправдания геополитики как науки, академическая реформа и ценности науки, будущее университетов, преподавание отечественной истории, будущее мировой философии, размышление о смысле истории как о перманентном испытании, преодоление дилеммы «провинциализма» и «туземства» в российской философии и социальном познании. Пестрые темы объединяет сочетание философского и макросоциологического подходов: при рассмотрении каждой проблемы выявляются глубинные основания высказываний, проводится рассуждение на отвлеченном, принципиальном уровне, которое дополняется анализом исторических трендов и закономерностей развития, проясняющих суть дела. В книге используются и развиваются идеи прежних работ проф. Н. С. Розова, от построения концептуального аппарата социальных наук, выявления глобальных мегатенденций мирового развития («Структура цивилизации и тенденции мирового развития» 1992), ценностных оснований разрешения глобальных проблем, международных конфликтов, образования («Философия гуманитарного образования» 1993; «Ценности в проблемном мире» 1998) до концепций онтологии и структуры истории, методологии макросоциологического анализа («Философия и теория истории. Пролегомены» 2002, «Историческая макросоциология: методология и методы» 2009; «Колея и перевал: макросоциологические основания стратегий России в XXI веке» 2011). Книга предназначена для интеллектуалов, прежде всего, для философов, социологов, политологов, историков, для исследователей и преподавателей, для аспирантов и студентов, для всех заинтересованных в рациональном анализе исторических закономерностей и перспектив развития важнейших интеллектуальных институтов — философии, науки и образования — в наступившей тревожной эпохе турбулентности

Николай Сергеевич Розов

История / Философия / Обществознание / Разное / Образование и наука / Без Жанра