Читаем Башня Волшебника полностью

– Да, несерьезный вопрос… – протянул король, и все трое глубоко задумались.

Его Величество взял из чернильницы позабытое там перо и стал постукивать им по разложенному на столе листу бумаги. Вскоре стало понятно, что он довольно мастерски выстукивает из чернильных точек профиль своей любимой королевы. Арчи грозно хмурился на собственные коленки, но не получал от них никаких подсказок. Элизабет все еще созерцала небесные дали. После нескольких минут напряженного молчания, король решил подбодрить детей:

– Мы придумываем несерьезный вопрос, но я прошу вас отнестись к ситуации серьезно. Если проект с голосованием окажется успешным, это повысит мою популярность в народе. И не то чтобы сейчас все было плохо, но…

Лиз так внезапно соскочила с подоконника, что Арчи бросился ее ловить, решив, будто она падает. Принцесса с посветлевшим лицом шагнула к отцу, а принц, не успев остановить разгон, пролетел мимо нее, сам споткнулся и чуть не упал, но успел ухватиться за покинутый Ее Высочеством подоконник.

– Пап, я придумала несерьезный вопрос для первого голосования! – предсказуемо воскликнула Лиз, и Арчи, выпрямляясь, бросил на нее сердитый взгляд, – Давай проведем Конкурс на самое популярное явление в Этейлии!

– Популярное явление – это что, например? – пробурчал Арчи, все еще раздосадованный своей мало того, что провальной, так еще и ненужной спасательной операцией.

– Ну, точно буду участвовать я, чтобы подать людям пример, – охотно пояснила Лиз. – Потом можно пригласить Дракона. Ну, того, с которым ты дружишь, пап. Надо будет оформить какой-то список требований к участникам Конкурса… Что-то об исходной известности…

– А! Понял, – уже с энтузиазмом подхватил Арчи. – В городе есть один трактир, “Еловая Шишка”. О нем тоже многие знают! И тот страшный тип, помнишь, пап, ты рассказывал? Как его… а, Грибник, да! А еще, еще… – принц уже собрался упомянуть того же волшебника, но Лиз перебила его, захваченная собственным творческим процессом:

– Надо будет оговорить время. То есть, после того, как все заявятся, и до самого голосования надо дать участникам возможность проявить себя. Может, месяц…

– Два месяца, – поправил Его Величество, споро записывая все озвученные идеи и предложения на том же листе, на котором до этого рисовал. – А потом каждый житель Этейлии должен будет сделать выбор.

– А еще нам нужен приз! – заявила Лиз и неожиданно растерялась. – Да, приз… А что мы будем дарить победителю?

– Думаю, у меня есть хороший вариант, – не отрываясь от бумаг сказал король, – Мне недавно продали удивительный артефакт – Зеркальную Шкатулку. Она делает волшебной любую вещь, которая пролежит в ней достаточно долго. Я проверил, именно так оно и работает. Волшебные свойства у вещи появляются случайные, но все же, это интересно и довольно ценно.

– Ух ты! – восхитился Арчи. – Пап, а можно мне с ней…

Король прервал сына на полуслове одним лишь строгим взглядом, потом отложил перо и удовлетворенно вздохнул:

– Отличный план, да. – Тут он внимательно посмотрел на дочь. – Лиз, план отличный. Но… ты уверена, что ТЫ этого хочешь? Тебе ведь и правда придется, так сказать, задавать тон.

Лиз чуть нахмурилась, глядя отцу в глаза:

– Если план отличный, то я справлюсь, папа. Ты же знаешь.

– Да Лиз еще и выиграет этот Конкурс! Это же очевидно, что она самая принцессная принцесса из всех принцесс сказочной страны! – рассмеялся Арчи, не очень понимая, почему отец и сестра вдруг так посерьезнели.

– В том, что ты справишься, я не сомневаюсь, – ответил король, по-прежнему внимательно глядя на Лиз. – Но то ли это, чего ты хочешь?

– Я хочу, Ваше Величество, чтобы ваше правление было самым лучшим за всю историю Этейлии, – решительно заявила Лиз с видом героя, бросающегося между другом и стрелой. Впрочем, примерно так оно и было.

Участники Конкурса

Глава 2, про путешествие волшебной бусинки по Этейлии

1

В сказочной стране всё волшебное умеет летать, хотя бы немного. Кроме самих волшебников. Впрочем, может, они тоже умеют летать, но никому этого не показывают? Зеленая волшебная бусинка с черно-белым глазком на боку, попав в сказочную страну из-за Барьера, прибилась к целому облаку таких же безделиц: бусин, камешков, обрывков фенечек. Они летали по небу без всякой цели или смысла, хотя каждый член облака обладал какими-то уникальными свойствами. Вот зеленая бусинка, например, имела глаз. Поэтому она умела наблюдать. Правда, рта у нее не было, поэтому она не могла никому рассказать об увиденном. Но ее это не заботило, пока она могла летать, где хочется, и смотреть на все подряд. Потом ее поймали. Вместе с сотней других невезучих членов их облака ловец артефактов загнал бусинку в сачок, а потом и вовсе в мешок. Пройдя через руки нескольких знатоков и специалистов, бусинка, в конце концов, оказалась в столице королевства Этейлия, у хозяина лавки “Перо Феникса” господина Жалуса, который торговал всякими редкими и уникальными волшебными вещами.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище
Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище

Настоящее издание посвящено малоизученной теме – истории Строгановского Императорского художественно-промышленного училища в период с 1896 по 1917 г. и его последнему директору – академику Н.В. Глобе, эмигрировавшему из советской России в 1925 г. В сборник вошли статьи отечественных и зарубежных исследователей, рассматривающие личность Н. Глобы в широком контексте художественной жизни предреволюционной и послереволюционной России, а также русской эмиграции. Большинство материалов, архивных документов и фактов представлено и проанализировано впервые.Для искусствоведов, художников, преподавателей и историков отечественной культуры, для широкого круга читателей.

Георгий Фёдорович Коваленко , Коллектив авторов , Мария Терентьевна Майстровская , Протоиерей Николай Чернокрак , Сергей Николаевич Федунов , Татьяна Леонидовна Астраханцева , Юрий Ростиславович Савельев

Биографии и Мемуары / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное
Алов и Наумов
Алов и Наумов

Алов и Наумов — две фамилии, стоявшие рядом и звучавшие как одна. Народные артисты СССР, лауреаты Государственной премии СССР, кинорежиссеры Александр Александрович Алов и Владимир Наумович Наумов более тридцати лет работали вместе, сняли десять картин, в числе которых ставшие киноклассикой «Павел Корчагин», «Мир входящему», «Скверный анекдот», «Бег», «Легенда о Тиле», «Тегеран-43», «Берег». Режиссерский союз Алова и Наумова называли нерасторжимым, благословенным, легендарным и, уж само собой, талантливым. До сих пор он восхищает и удивляет. Другого такого союза нет ни в отечественном, ни в мировом кинематографе. Как он возник? Что заставило Алова и Наумова работать вместе? Какие испытания выпали на их долю? Как рождались шедевры?Своими воспоминаниями делятся кинорежиссер Владимир Наумов, писатели Леонид Зорин, Юрий Бондарев, артисты Василий Лановой, Михаил Ульянов, Наталья Белохвостикова, композитор Николай Каретников, операторы Леван Пааташвили, Валентин Железняков и другие. Рассказы выдающихся людей нашей культуры, написанные ярко, увлекательно, вводят читателя в мир большого кино, где талант, труд и магия неразделимы.

Валерий Владимирович Кречет , Леонид Генрихович Зорин , Любовь Александровна Алова , Михаил Александрович Ульянов , Тамара Абрамовна Логинова

Кино / Прочее
Кино и история. 100 самых обсуждаемых исторических фильмов
Кино и история. 100 самых обсуждаемых исторических фильмов

Новая книга знаменитого историка кинематографа и кинокритика, кандидата искусствоведения, сотрудника издательского дома «Коммерсантъ», посвящена столь популярному у зрителей жанру как «историческое кино». Историки могут сколько угодно твердить, что история – не мелодрама, не нуар и не компьютерная забава, но режиссеров и сценаристов все равно так и тянет преподнести с киноэкрана горести Марии Стюарт или Екатерины Великой как мелодраму, покушение графа фон Штауффенберга на Гитлера или убийство Кирова – как нуар, события Смутного времени в России или объединения Италии – как роман «плаща и шпаги», а Курскую битву – как игру «в танчики». Эта книга – обстоятельный и высокопрофессиональный разбор 100 самых ярких, интересных и спорных исторических картин мирового кинематографа: от «Джонни Д.», «Операция «Валькирия» и «Операция «Арго» до «Утомленные солнцем-2: Цитадель», «Матильда» и «28 панфиловцев».

Михаил Сергеевич Трофименков

Кино / Прочее / Культура и искусство