Кто ж знал, что закончить Школу так и не удастся, а магический защитник потребуется так скоро. Ждать еще два года до окончания теперь уже Академии она никак не могла.
Во-первых, непонятная история с тварями из Сумрака. Раз в Тирхаде уже подняли Законников, значит все очень серьезно.
Во-вторых, Драконья Академия. Чужая и холодная, со своими правилами и адептами, для которых Белла станет этакой диковинкой, с непривычной им техникой колдовства. Бель уже испытала на себе, что значит отличаться хоть чем-нибудь из общей массы. Входить в старую реку повторно – меньшее, чего хотелось, но этого не избежать.
В-третьих – дядя. Его поведение настораживало.
Белла не знала, чего от него ждать.
В складывающихся обстоятельствах защита фамильяра лишней точно не будет. Спасибо, додумалась забрать из Швейцарии учебники с личными пометками на полях. Провести ритуал по четким инструкциям – не трудно. По крайней мере, она на это надеялась.
Глава 8
На кровати лежали два конверта.
Один широкий, из плотной желтоватой бумаги, с массивной красной печатью. Повертев его в руках, Бель заметила, как переливается оттиск парящего дракона.
Второй – простой белый лист, хитро сложенный треугольником. Его явно пытались вскрыть, но письмо отправляли не адресно, а по имени, и прочитать написанное мог только тот, кому предназначались строчки. Сжав бумажный треугольник так, что остались вмятины, Белла стрельнула взглядом в двери.
– Ну, дядя…
Может это был не он. Может леди Астери интересовалась, кто пишет ее нерадивой воспитаннице. Не важно. Главное, что в итоге ничего у них не вышло.
Отбросив конверт из академии обратно на кровать, Бель поторопилась к окну, на ходу разворачивая второе письмо.
Бель коротко хохотнула, роняя руки и устремляя невидящий взгляд в окно. Летняя природа расплылась мутными зелеными пятнами. Всхлипнув, девушка растерла зачесавшуюся щеку и только потом поняла, что плачет.
Громила Майк, ее хороший друг, где-то там, в самом пекле разразившейся бури. Она до последнего не могла поверить, что сказанное дедушкой действительно правда. В письме Майкл почти ничего не сказал о реальном положении вещей, но только с его оговорок Белла уже могла собрать приблизительную картинку.