— Разумеется. Потому что кто-то же должен думать за всех этих рабоче-боевых, и явно выведенных и заточенных для этого самого боя, особей! То есть — сам видишь: мозга в головах таких особей, — над пультом возник, как всегда обозначенный синими контурами, сильно укрупнённый муравей, медленно поворачивающийся по кругу, с мощными челюстями и непривычно длинными и толстыми задними конечностями — точно для прыжков! — много быть не может. Зато как исполнительные единицы они очень даже разносторонне, я бы даже сказала — блестяще, подготовлены к своей миссии.
А именно — добывать еду, и уничтожать врагов!
— И — что? Ты хочешь сказать, что это они и… Уничтожили тут всех
— Точно. Вот именно — разумных. Впрочем, и не только их. Сам же видел: на просторах что саванн, что лесов, что северной тундры нет ни одного крупного так называемого млекопитающего. А только кроты, мышки, да лемминги.
— Погоди-ка… А как же носороги?
— Вот! Именно они и позволили мне вычислить, что и как тут произошло! Или… Хочешь теперь сам попытаться?
— Хочу. — у Джо уже сверкнула догадка, — Носороги чертовски массивны. Более двух тонн. Значит, и детёныши у них рождаются… Килограмм под двести. А мышки, лемминги и кроты — очень малы. Грамм на пятьдесят, не больше. Следовательно, нетрудно сделать вывод, (Особенно, после того, как ты сказала, что эти муравьи кем-то специально выведены!) что на существ массой менее пятидесяти грамм, и более ста килограмм — они не нападают! Заложена, стало быть, такая программа поведения в них (А вернее — в их Матку!) на уровне первичных инстинктов! — Джо глянул на центральную консоль в поисках подтверждения. Мать вполне довольным тоном сообщила:
— Верно. Вот видишь: при наличии нужной информации, и должной систематической тренировке серого вещества сложить два и два можешь даже ты!
— Не-ет, это я оттого такой умный, что беру пример с тебя! — Джо фыркнул, — А теперь, будь добра, конкретней, — Это сами аборигены вывели себе такую прелесть, или… Или всё-таки кто-то чужой и коварный решил таким образом зачистить планету от мыслящих, и даже только
— С вероятностью семьдесят шесть целых и пятнадцать сотых процента — сами. Но процент, который остался за инопланетное вмешательство, тоже непривычно велик. Поскольку ты, разумеется, прав: при таком раскладе, когда всех наземных теплокровных существ с массой тела больше пятидесяти грамм — заедают на месте, шансов на то, что здесь появятся мыслящие аборигены — ноль целых …рен десятых!
— Проклятье! Плохо. В-смысле, плохо, что мы сейчас не можем даже выяснить точно, как тут и что. Хотя… Может, намекнёшь?
— А то! Вон там, на островке посреди вон того озера, — на возникшей вместо муравья над пультом объёмной карте-схеме замигал маленький островок посреди океана, — я минут пять назад кое-что с помощью другого нашего зонда нашла. Показать?
— Спрашиваешь!
На центральном экране возникла картинка: укрупняющийся и наплывающий на зрителя остров, вполне мирный и приветливый: пальмы, белый песочек с накатывающими на пляж барашками невысоких волн, и идиллическими джунглями ближе к середине. Затем зонд, с которого явно и велась трансляция, подлетел под кроны, и быстро продвинулся к холму в центре островка. Джо присвистнул: бунгало!
Впрочем, нет, никакое это было не бунгало, а валяющиеся по кругу осколки и обломки камней и ракушек, которые давно развалились почти в труху под действием неумолимых ветров, дождей и солнца. Но то, что здесь когда-то было явно искусственное сооружение, сомнения не вызывало. Джо подобрался:
— Так — что? Здесь жили люди?
— Правильней сказать — последние люди.
— А где они сейчас?
— Вымерли.
— А почему?
— А преимущественно выродились из-за тощего генофонда. Ну, и перегрызлись. То есть — этакая мини-гражданская война.
— Вот же бараны! Не понимали, что ли, что — последние?!
— Понимали. Ну что? Полетите «осматривать и делать выводы лично»?
— Полетим. Полетим, конечно. — однако особого энтузиазма Джо не испытывал, — Буди этого… Отдыхающего. Хватит ему нежиться. Пора и поработать.
Островок оказался всё-таки побольше, чем казалось Джо с зонда.
Площадью не меньше половины квадратной мили, он наверняка позволял свободно прокормиться и комфортно жить тем пятнадцати аборигенам, что жили здесь в тот момент, когда на остальной поверхности планеты произошло нашествие муравьёв-убийц. И все члены климатической экспедиции оказались как бы изолированы от нападения. Но и лишены связи с большой землёй, и надежды. На то, что хоть кто-то приплывёт спасать их.