От территории, которая тут считалась приграничной, они свернули к жилым кварталам. Колонисты селились в аккуратных двух-трехэтажных домиках, вряд ли частных, но разделенных на вполне просторные, удобные квартиры.
Здесь тоже царил порядок, подпорченный разве что проникшим под крышу морозом. Мебель делалась из все того же прессованного материала и могла служить годами. Местные жители пользовались небольшими компьютерами, изобретенными явно на Хионе. У горожан даже были картины и сувениры – верный признак цивилизованной, спокойной жизни. Когда тебе угрожает опасность, ты думаешь только о том, как не погибнуть. Но если в колонии развивается культура, все идет не просто хорошо, замечательно даже.
Годами идет. Десятилетиями. В некоторых квартирах были следы жизни разных поколений, которые, когда пришла пора, исчезли все вместе. От этого Альде становилось не по себе – как будто неведомая сила просто украла людей и теперь могла поступить точно так же с экипажем «Северной короны».
– Отопление у них было электрическое, – определил Киган после осмотра двух квартир. – Они тут вообще нехилую ставку на электроэнергию делали. Где-то должны были сохраниться мощные генераторы, хотя я слабо представляю, из чего они эту энергию получали.
– Да уж нашли способ, причем еще при жизни первого поколения, раз спутники сконструировали, – напомнил Рале. – Меня больше другое волнует… Они все бросили. Если и собрали, то самое необходимое.
– Здесь нет признаков сборов в спешке, – отметила Римильда. – Нет, может, тут жили сверхаккуратные люди, но обычно после подобных сборов остается бардак, а тут… Они что, паниковали и бежали, но прибраться все-таки успели?
– На улицах сохранился личный транспорт, – сказала Лукия. – При срочной эвакуации его обычно используют.
– Ну так и что с ними тогда произошло? Испарились, что ли?
И даже жители, растворяющиеся в воздухе, уже казались не таким диким вариантом.
Снег за окном усилился, в опустевшие квартиры врывался нарастающий вой ветра. Буря добралась до них, но еще не разразилась в полную силу. Альда понимала, что стены города их защитят хотя бы частично, прикроют, вот только она не была уверена, что это истинная безопасность. Возможно, даже среди ревущего урагана им будет безопасней, чем среди этого мертвого спокойствия.
После того, как они изучили несколько квартир и увидели одно и то же, Альда успела поверить, что так будет везде. Она ошиблась.
Первый труп они нашли в соседнем доме, в квартире на первом этаже. Квартира оказалась заперта, причем изнутри, и уже это намекало, что здесь все будет по-другому. Замок они без труда вскрыли телекинезом и оказались в хоть и замерзшей, но чистой прихожей. В спальне все стояло на своих местах. В гостиной у стены сидел полуразложившийся труп.
Зрелище было жуткое – наледь на мертвом теле делала его похожим не на человека даже, а на декорацию для какого-то фильма ужасов. Но Альда все равно могла разглядеть, что черты исказило только время, на покойнике не было никаких заметных ран… точнее, на покойнице. Даже истлевшие ткани и потерявшие цвет волосы не могли скрыть, что в квартире когда-то жила женщина.
В любой смерти нет ничего веселого, но эта покинутая покойница, одна на весь огромный город, смотрелась особенно несчастной. Погрома в квартире не было, она не боролась за свою жизнь. Создавалось впечатление, что она просто села здесь, на пол у стены, сжалась в комок – и умерла, да так и осталась непогребенной, никому не нужной.
Вокруг нее собралась вся команда, но приблизиться вплотную решилась только Римильда. Вряд ли ей хотелось, это просто было частью ее работы. Хилер сняла перчатку и прижала руку ко лбу покойницы.
– Насколько непрофессиональным будет сказать «фу»? – буркнул Киган.
– Профессионально молчите, Рэйборн, – приказала Лукия. – Фревилл, что можете сказать? Нам нужна причина и время смерти.
– Запросы неслабые, капитан, давайте посмотрим, что тут можно найти.
Если бы с ними была прежняя хилер, она бы и вовсе ничего не смогла сказать без полноценного вскрытия. А вскрытие – это долго: нужно подготовить место, осторожно сдвинуть труп, разморозить… Непозволительно в нынешних условиях.
Однако номер 2 специального корпуса играла по другим правилам. Римильда воспринимала человеческие ткани на одном ей понятном уровне, она была живым сканером и знала даже больше, чем иные компьютеры.
Наконец она сказала:
– Точное время смерти я вам не определю, никак. Труп полностью замерз, в таких условиях он мог сохраняться неизменным годами. Тут занимательно другое.
– «Занимательно»? – Киган удивленно приподнял брови. – Ты это слово используешь, серьезно?
– Не цепляйся к словам, а слушай дальше. В состоянии такой заморозки труп не разлагается вообще, каким был, таким и остался.
– То есть, разложение произошло до заморозки? – догадалась Альда.
– Верно. После смерти она больше месяца находилась в помещении, где температура составляла около двадцати трех градусов по Цельсию. Короче, здесь она лежала, только было отопление. Потом отопление отключилось, и она замерзла.