Она продолжала потирать грудь, пустота причиняла практически физическую боль.
— Я не смогу без Кейна.
— Но, ma ch?rie, пожертвовав собой, ты его не вернешь.
— Я должна попытаться, — упрямо настаивала она. Почему люди не могут понять, что для нее Кейн важен настолько же, насколько видения важны для мира? Кроме того, она уже рассказала ту малую толику будущего, которое знала. Стены могут сдержать войну. Им нужно быть единым фронтом. Бла, бла, бла. Что еще им… Единым. Касси ахнула. — Бог ты мой.
Леве сделал шаг к ней, его запах усилился.
— Кассандра?
— Нам нужно объединиться, — выдохнула она.
— Согласен, — произнес горгулья, настороженно нахмурившись. — Сейчас нам нужно стоять вместе. Поэтому я не могу позволить тебе сделать это.
Касси изогнула губы в решительной улыбке.
— Мне жаль, но меня ничто не остановит.
— Кассандра. — Он схватил ее за шорты, когда она прошла мимо. — Касси, подожди.
Его когти зашуршали по цементу, когда Касси направилась к двери, потащив горгулью за собой. За два шага до цели, он отпустил Касси, которая услышала расстроенное бормотание Леве, направляющегося в противоположную сторону.
— Sacrebleu, где паршивый пес, когда он так нужен.
Касси плюнула на уходящего демона, дошла до двери и повернула ручку. По телу прокатила волна облегчения от того, что дверь оказалась, не заперта, хотя сомневалась, стоит ли закрыть ее за собой, открыть будет не так уж просто. Не то, чтобы это волновало Касси. Она знала, если она войдет в комнату, выход будет только один.
Сделав шаг внутрь, она начала осматривать клетку. С низкого потолка свисали тяжелые, серебряные кандалы, а посередине пола находился желоб, по которому, без сомнений, стекала кровь жертв. В голове Касси прошелестели слова Сальваторе.
Самые грязные способы.
Касси подавила желание расплакаться. Она не могла думать о том, что Кейну пришлось вытерпеть.
Что она позволила ему вытерпеть, в надежде спаси его, напомнила себе Касси с волной самобичевания.
Было важно лишь будущее. Их совместное будущее.
Собравшись с духом, она повернулась к огромному телу, свернувшемуся в углу, мех пропитан кровью, а на лодыжках красовались ожоги от серебряных оков.
У Касси сжало сердце, но с яростной решимостью, она присела рядом с Кейном, прижала руку к его шее, улавливая устойчивый ритм пульса, даже при том, что он нахмурился от ее прикосновения.
Касси понимала, что хотела — что должна была — сделать, но не представляла как именно. И в этот раз она не могла винить свои годы изоляции. Истинные пары чистокровных Веров всегда были только легендой, пока Сальваторе не вернул в ад демона. Теперь же, Касси оставалось лишь надеяться, что первобытные инстинкты, спрятанные глубоко внутри помогут ей завершить парную церемонию, которая началась с момента, кода Кейн спас Касси. Или, по крайней мере, она началась для нее, — вынуждена была признать Касси.
Хоть у нее и не было реальных доказательств, что Кейн чувствовал тоже самое. На самом деле, это лишь предположение. С теми небольшими знаниями об истинных парах, о которых она прочитала, Касси знала, что обычно мужчина становится слабее. В теории последнее слово всегда оставалось за женщиной, как и завершение церемонии спаривания. Но сила Кейна, наоборот, неуклонно росла.
«Конечно, он не нормальный чистокровный и его силы были неустойчивы момента превращения из дворняги в вера», поспешно заверила она себя. — «Ох, и он еще не пометил меня своим мускусом. Входило ли это в обряд?»
Проклятье.
Отказываясь сдаваться, она закрыла глаза и сосредоточилась на ее связи с Кейном. Ну, или на болезненной пустоте в груди, где раньше располагалась зависимость от присутствия Кейна.
«Связь все еще была там, — заверяла себя Касси. — Просто… приглушена. Словно трансформация Кейна приглушала сигнал».
Долгие, напряжённые минуты Касси сосредотачивала все силы на связи. Кейн был там, она его чувствовала, но при каждой попытке уловить его, связь ускользала.
Скользкая, как угорь. Тупая поговорка застряла в голове, пока Касси, стиснув зубы, зарывалась пальцами в мех Кейна.
Нет, он не ускользнет от нее.
Не обращая внимания на шипение страха, она вновь сосредоточилась на тонкой нити связи, расширяя силы, пока вся комната не была заполнена ее отчаянием. Но и тогда Касси не могла дотянуться до Кейна. Не могла заставить…
Касси открыла глаза.
Конечно, она не могла заставить его. Как и он не мог ее заставить связаться с собой. Касси могла лишь попытаться и предложить свое сердце, в надежде, что Кейн сможет прорваться сквозь безумие и принять его.
«Ага, чертовски хороший план».