Читаем Большая Охота Сумрака (СИ) полностью

Большая Охота Сумрака (СИ)

Часть 3 (остальные см. ниже) Нашатырушка вновь попадает в историю. И ладно бы так само вышло, но нет, он со свойственными ему старанием и упорством сам ищет приключений на свою многострадальную пятую точку... Зачем? Вы даже не представляете...

Константин Богачёв

Магический реализм / Научная Фантастика / Юмористическая фантастика18+

====== ПРЕДИСЛОВИЕ. НЕМНОГО ВЫНОСА МОЗГА ПО ЧУЖИМ ======

Скажу сразу, Чужие не симпатичны мне настолько же, насколько Хищи — относительно характера персонажей. Но при этом они интересны не менее клыкастых. А уж эстетика Ксеноморфа, конечно, вне всякой конкуренции. Иначе и быть не может, если дело касается творчества Ганса Руди Гигера. Думаю, здесь не нужно пускаться в подробные объяснения, касательно того, что именно этот художник создал образ легендарного Чужого.

В связи с совершенно разной историей создания, от Хища и Чужого идет и совершенно разное ощущение. Если первый еще оставляет вам при встрече хоть какие-то шансы, то встреча со вторым фатальна в ста процентах случаев. Хищник в определенной мере человечен, он весьма прямолинеен и прост. Чужой менее понятен. Потому что в первую очередь представляет собой не стандартного кинематографического монстра, а некую воплощенную идею, даже сразу несколько идей. Таков сам Гигер, таковы все его творения — сразу не поймешь, что к чему, но стоит начать всматриваться… Уже одно то, что от содержащего в себе явную фаллическую символику образа необъяснимо веет опасной и холодной, но все-таки во многом женской энергетикой, не может не поражать… Впрочем, я отклоняюсь от темы. Итак, Хищ и Ксеноморф…

Занятно, что эти два столь разных персонажа встретились. У серии «АVP» есть поклонники и противники — я однозначно не могу сказать, к кому из них отношусь. С одной стороны данная концепция немного принижает Чужих, ставя их в ранг обычной дичи, с другой стороны, дичи для Охотников священной, а потому не такой уж простой. Самому же Хищнику это соседство, что называется, на лапу, так как позволяет нам сделать вывод: если он без особого напряга охотится на столь опасных существ, сам он еще опаснее. И это прибавляет ему чести, потому как от Хища исходит лишь угроза и ощущение силы, а от Чужого — неподдельный и какой-то почти потусторонний ужас. И то, что Хищник не поддается этому ужасу, как-то подсознательно к нему располагает. Ну, по крайней мере, таково мое виденье.

Ну, раз уж они встретились, то грех мне этим не воспользоваться, ведь правда? И посему в этой части повествования Нашатырь отправится, наконец, на полноценную Охоту, которая будет разворачиваться у нас на глазах. Скажу сразу: мой взгляд на происходящее, как всегда, будет немного непривычным Читателю. Но я искренне надеюсь, что это даже понравится.

Нам опять предстоит увидеть Сумрака с новой стороны (Господи, сколько ж у него оказалось сторон!) Мы уже видели его другом и компаньоном, видели любовником, видели даже детенышем. И только теперь нам предстоит узнать, какой же из него охотник. Странно, учитывая, что речь изначально шла про Хища, не правда ли? Ну, что теперь…

С новой стороны мы поглядим и на Ксеноморфа. И, как обычно, я сперва «разложу его по косточкам», а потом уже и сказки сказывать начну… Ну, просто не могу я удержаться, настолько странный это персонаж. Большинство Читателей, наверное, сразу мне скажут: искать параллели с Чужими в земной фауне абсолютно бесполезно! И окажутся неправы. Представьте себе, несмотря на свою кажущуюся неправдоподобность, Чужой не имеет практически ни одной черты, какой нет у земных организмов. Ну, что, поспорим?

Итак, какой же группе земных организмов могут быть аналогичны Ксеноморфы? Вообще, сразу нескольким. Наличие плотного экзоскелета роднит их больше всего с членистоногими, чей панцирь образован таким занятным полисахаридом как хитин. Почему занятным? Да потому что, хитин хоть и сахар, но достаточно химически инертный. Он не растворяется не только в воде, но и в органических растворителях, а так же разбавленных кислотах и щелочах.

На общественных насекомых Чужих делает весьма похожими их социальная структура. Мне они более всего напоминают муравьев. Кстати, именно муравьи немало вдохновили меня на написание данного сюжета. Но о подробностях до поры умолчу…

Раскрывающиеся яйца Ксеноморфов также немного напоминают яйца некоторых насекомых. Например, крупных палочников — у тех точно так же каждое яйцо снабжено крышечкой, правда, она не расходится на лепестки, а отскакивает при вылуплении личинки, но это не так уж существенно.

Кстати, раз уж мы затронули размножение… У Чужих, по-видимому, нет какого-либо полового процесса (ну, или мы не в курсе), следовательно они либо гермафродиты, либо партеногенетики (самки, воспроизводящие своих же клонов) — то и другое массово встречается у беспозвоночных. Гермафродитизм — характерная черта многих червей, а пертеногенез встречается у насекомых — у тех же палочников и даже всем известной тли.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Лучшее от McSweeney's, том 1
Лучшее от McSweeney's, том 1

«McSweeney's» — ежеквартальный американский литературный альманах, основанный в 1998 г. для публикации альтернативной малой прозы. Поначалу в «McSweeney's» выходили неформатные рассказы, отвергнутые другими изданиями со слишком хорошим вкусом. Однако вскоре из маргинального и малотиражного альманах превратился в престижный и модный, а рассказы, публиковавшиеся в нём, завоевали не одну премию в области литературы. И теперь ведущие писатели США соревнуются друг с другом за честь увидеть свои произведения под его обложкой.В итоговом сборнике «Лучшее от McSweeney's» вы найдете самые яркие, вычурные и удивительные новеллы из первых десяти выпусков альманаха. В книгу вошло 27 рассказов, которые сочинили 27 писателей и перевели 9 переводчиков. Нам и самим любопытно посмотреть, что у них получилось.

Глен Дэвид Голд , Джуди Будниц , Дэвид Фостер Уоллес , К. Квашай-Бойл , Пол Коллинз , Поль ЛаФарг , Рик Муди

Магический реализм / Малые литературные формы прозы: рассказы, эссе, новеллы, феерия / Рассказ / Современная проза / Эссе / Проза
Ночной цирк
Ночной цирк

Цирк появляется неожиданно. Без рекламных афиш и анонсов в газетах. Еще вчера его не было, а сегодня он здесь. В каждом шатре зрителя ждет нечто невероятное. Это Цирк Сновидений, и он открыт только по ночам.Но никто не знает, что за кулисами разворачивается поединок между волшебниками – Селией и Марко, которых с детства обучали их могущественные учителя. Юным магам неведомо, что ставки слишком высоки: в этой игре выживет лишь один. Вскоре Селия и Марко влюбляются друг в друга – с неумолимыми последствиями. Отныне жизнь всех, кто причастен к цирку, висит на волоске.«Ночной цирк» – первый роман американки Эрин Моргенштерн. Он был переведен на двадцать языков и стал мировым бестселлером.

Эрин Моргенштерн

Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Магический реализм / Любовно-фантастические романы / Романы