Мы не можем не вступать в противоречия с близкими. Даже очень-очень близкими и родными, без которых не представляем своей жизни. Что-то раздражает, что-то, как нам кажется, они делают неправильно. А тут еще политика… О! Политика! Обсуждение текущих реалий способно довести не только до развода, но и до убийства.
Поэтому давайте сразу примем резолюцию нашего высокого собрания — люди ссорились, ссорятся и будут это делать впредь.
Главное, чтобы жаркие споры проходили по правилам. Даже если вы уже собрались расстаться.
Вот, к примеру, как моя знакомая пара отправилась в ЗАГС. Уже не для свадьбы, а для получения свидетельства о разводе. Вышли на улицу. Высказали друг другу последние претензии, а потом муж брякнул:
— Знаешь, ты никакая женщина. В постели как бревно.
Жена набрала в грудь воздуха:
— Еще бы не как бревно, с твоей-то импотенцией.
О.: Мы столько говорим о достоинстве, что нас сочтут занудами.
Э.: Понимаю. Но что же делать? Трудности существуют у всех, человеческая природа состоит не только из добра, у каждого из нас есть аспекты, которые могут не нравиться другим людям. Действовать на нервы, раздражать, доводить до бешенства. Следовательно, недовольство нормально, но обмен мнениями должен происходить в цивилизованном русле.
О.: Ссора не может быть в цивилизованном русле, иначе это не ссора, а ерунда какая-то.
Э.: Не стоит таить в себе то, что порой высказывается в пылу ссоры, задавливать позитивным мышлением (что сейчас модно), надо четко излагать свои претензии. Вопрос в форме высказывания.
О.: Эдуард, это хорошо в теории, но плохо реализуется на практике. Мой печальный опыт подсказывает, что мягкость в разъяснении своих претензий ведет к тому, что человек садится тебе на шею и свешивает ножки.
Э.: Речь может идти не о мягком, а о весьма жестком разъяснении, но не оскорбляющим достоинство. Это искусство, если хочешь…
О.: Ты можешь это искусство пояснить на доступном блондинкам примере?
Э.: Могу привести в пример Александру, жену английского короля Эдуарда Седьмого. Король был довольно любвеобилен и имел множество фавориток. Когда он умер и гроб с телом был выставлен в Вестминстерском аббатстве, королева Александра вошла с детьми, взглянула на гроб и заметила: «Теперь-то я наконец знаю, где он находится». Свой гнев можно выразить и так.
О.: Королевская выдержка — это генетическое, а мы живем среди обычных людей. И если ты не будешь рычать и огрызаться, все решат, что ты лох педальный.
Э.: Даже если аристократизм это генетическое, кто-то должен в роду начинать династию, правда?
О.: Это буду не я. Ты предлагаешь смолчать, если при разводе муж заявляет, что ты в постели бревно?
Э.: Попытаюсь представить себя на месте дамы… Я бы ответил так: «Каждому воздается по его заслугам».
О.: Надо запомнить на всякий случай. Спасибо за «домашнюю заготовку». Но все же, когда на тебя направлена агрессия…
Э.: Агрессию надо останавливать спокойствием, и тут для верующего человека очень важна молитва, а для неверующего — размышления о своей жизни.
О.: Ага, смолчи, загони вглубь и потом болей нервами и прочими нехорошими заболеваниями. Не хочу собой жертвовать в конфликте ради какого-то негодяя.
Э.: Эмоции можно выражать, но не стоит выражать гнев. Именно это и называется «графские манеры». Иногда улыбка лучше решает проблемы, чем угрозы. Но применять и то и другое нужно исходя из конкретной ситуации.
О.: Я даже пыталась что-то исправить в своем поведении… Но вот знаешь, как говорят обычно? Христианин вообще ссориться не должен. Есть ли ситуации, когда ссора необходима?
Э.: Ну да. Я буду банален, но однажды Христос ворвался в храм с плетью и стал изгонять из храма торговцев. Он переворачивал их столы и гнал наружу животных. Это очень большая ссора и со священниками храма, и с торговцами.
О.: Причем заметь, он делает это неделикатно и весьма эмоционально.
Э.: Именно. Но он не трогает людей, не бьет их и не выгоняет. Следовательно, эмоции всегда должны подчеркивать проблему, а не оскорблять личность.
О.: Давай вернемся к мужьям и женам… Супруга видишь каждый день и в ссоре расслабляешься. Постороннему человеку просто побоишься сказать все то, что порой говоришь близкому.
Э.: Однако нужно помнить, что произнесенные в запале слова могут не забыться. Есть вещи, от которых стоит воздержаться. У меня есть знакомая французская семья, которая хорошо чувствует грань. Если оба понимают, что дальше пойдут оскорбления, они расходятся по разным комнатам со словами: «Мы больше не состоим в диалоге».
О.: То есть когда в российской семье все только начинается и впереди битье посуды и лица, французы ссору заканчивают…