Как бы то ни было, легенда гласит, что на протяжении XIX века череп якобы несколько раз переходил из рук в руки; в 1892 году газета
Естественно, такая новость взбудоражила публику, но многие встретили ее со скептицизмом. После того, как череп попал в «Моцартовское общество», его выставили в доме, где родился композитор, а в 1940 году перенесли в Моцартовскую библиотеку, так как хаос начавшейся войны угрожал не только искусству. В это время возник целый ряд странных историй: некоторые сотрудники библиотеки боялись черепа, утверждая, что из шкафа, где он хранился, доносится музыка и даже крики. Может быть, духу великого человека не нравилось происходящее?
В 1987 году Готфрид Тихи, палеонтолог из Зальцбургского Университета, изучил череп и объявил, что он подлинный, отметив, что он принадлежал мужчине небольшого роста в возрасте от 20 до 40 лет. Есть сведения, что Моцарт страдал зубной болью, а на черепе имеются следы рахита и стоматологических проблем. Также на нем есть отметина от сильного удара, полученного, возможно, при падении; известно, что в последний год жизни Моцарт страдал от головных болей. Отметина на черепе может быть свидетельством падения или какой-то еще травмы, которая и стала причиной этих болей. Однако и это не стало последним словом: в 2006 был проведен тест митохондриальной ДНК, в котором генетический материал из этого черепа сравнивался с генетическим материалом бабушки Моцарта по материнской линии, Евы Розины Пертль, и его племянницы Жанетт.
Согласно результатам теста, не было обнаружено генетического родства между черепом и костями данных родственниц. Вроде бы на этом можно было ставить точку, если бы не одна небольшая проблема: также обнаружилось, что женщины, которым принадлежали изученные кости,
Так что результаты исследования оказались неясными и разочаровывающими и только еще больше все запутали. Кстати, череп больше не выставляется на обозрение публики, если очень захотите его увидеть, то по предварительной заявке вам могут показать его в Моцартовской библиотеке. Брукнер точно захотел бы.
И, раз уж мы заговорили о таинственных черепах…
Череп Бетховена
Бедняге Бетховену ни в жизни, ни в смерти не было покоя. Уже на следующий день после смерти судмедэксперты начала XIX века вскрыли его череп. Было ли это извращенной попыткой узнать механизмы человеческого мышления? Нет, на самом деле они просто хотели выяснить причину глухоты Бетховена, и, поскольку распилить череп несколькими днями ранее было невозможно, они поспешили теперь воспользоваться шансом и изучить слуховые косточки покойника. Бетховен сам просил своего доктора найти причину потери им слуха и доложить о результатах публике, поэтому они просто выполняли его волю – но, увы, поставить диагноз даже после смерти так и не удалось.
В то время в обществе существовал большой интерес к псевдонауке френологии, и кое-кто верил, что по размеру мозга можно определить характер человека, так как считалось, что различные умственные способности локализуются в различных его частях. Можно измерить череп как вместилище мозга и определить размеры этих частей и, следовательно, степень «развития» у человека тех или иных способностей.
Еще до эксгумации тела Бетховена в 1888 году (когда Брукнер так любовно держал голову великого композитора и был оттащен от нее насильно), некоторые фрагменты черепа – вероятно, оставшиеся от первоначального вскрытия, – вроде бы попали в руки Ромео Селигманна, профессора истории медицины Венского университета. В 1863 году уже проводилась эксгумация в медицинских целях, так что, возможно, Селигманн приобрел эти небольшие фрагменты в это время. Далее они передавались из поколения в поколение в семье Селигманна, и к 1985 году оказались у одного из его потомков в северной Калифорнии.
Тогда два венских врача провели ДНК-тест и решили, что ДНК фрагментов черепа соответствует ДНК, полученной из волос Бетховена. Это было замечательным подтверждением того, что маленькие кусочки величайшего композитора попали в Новый Свет в качестве странного семейного наследия. Фрагменты были предоставлены Центру исследований Бетховена в Государственном университете Сан-Хосе.