Читаем Четыре книги об архитектуре полностью

Таким же, можно сказать, способом сделаны древние стены Неаполя, представляющие собой две стены из прямоугольных камней в четыре фута толщины, расстояние между которыми равно шести футам. Эти стены связаны между собой поперечными стенами; квадратные же углубления, получавшиеся между поперечными и внешними стенами, имели по шести футов с каждой стороны и заполнялись щебнем и землей.



P – внешние стены из камня.

Q – поперечные стены из камня.

R – ямы, наполненные щебнем и землей.


Таковы в общих чертах способы кладки, какими пользовались древние и следы которых еще встречаются до сих пор; из этого явствует, что в стенах какой угодно кладки должны быть слои, связывающие между собой, подобно жилам, различные части; это должно особенно соблюдаться при возведении кирпичных стен, для того, чтобы, когда средняя часть постройки от ветхости начнет частично оседать, стены не разрушились вконец, как случалось и продолжает случаться со многими стенами, особенно с теми, которые обращены на север.

Глава X

О способах, которых придерживались древние при возведении каменных построек

ТАК как иногда встречается необходимость, чтобы все здание или значительная его часть были построены из мрамора или больших кусков какого-нибудь другого камня, мне кажется уместным указать здесь, как в этих случаях поступали древние, ибо их постройки отличаются такой тщательностью в соединении камней между собой, что швы во многих местах едва заметны. На это должен обратить внимание всякий, кто хочет кроме красоты достигнуть в постройке прочности и долговечности. Насколько я это мог понять, древние начинали выравнивать и обрабатывать те грани, которые ставились одна на другую, оставляя все остальное необработанным, и в таком виде пускали камни в дело; поэтому, так как бока камней выступали за уровень обработанной грани, то есть оставались неотесанными и крепкими, легче было обращаться с ними и передвигать их до тех пор, пока они окончательно не устанавливались на место, без опасения их разбить, что могло бы случиться, если бы они были обработаны со всех сторон, ибо в последнем случае бока стали бы вровень с обработанными гранями или глубже их, отчего они сделались бы непрочными и ломкими. Таким образом, они оставляли на время постройки все свои здания неотесанными, или, иначе говоря, рустованными, а по окончании постройки приступали к обработке камней, уже находившихся (как я говорил выше) на местах, шлифуя те части, которые выступали наружу, хотя, конечно, розетки, помещавшиеся между модильонами, и другие скульптурные части карниза, которые неудобно высекать, когда камни уже водворены на свои места, делались, пока последние находились на земле. Отличным указанием на это служат многие из древних зданий, в которых теперь еще можно видеть камни, оставшиеся незаконченными обработкой и шлифовкой. Таким способом сделаны арка подле Старого замка в Вероне и все прочие существующие там арки и здания, что очень хорошо заметит всякий, кто обратит внимание на следы долота, то есть на способ обработки камня. Колонны Траяна и Антонина в Риме были сделаны подобным же образом, иначе никаким способом невозможно было бы так тщательно составить камни и так точно пригнать пазы, проходящие через головы и фигуры барельефов; то же самое можно сказать и о римских арках. И если дело касалось таких больших зданий, как цирк в Вероне, амфитеатр в Поле или им подобные, то для сокращения расходов и времени обрабатывались только импосты арок, капители, карнизы, а все прочее оставлялось в рустике, так как принималась во внимание только красота формы здания. Но для храмов и других построек, требовавших особой тонкости работы, не жалели труда на основательную отделку и тщательнейшую чистку и полировку всего, включая и каннелюры колонн. Однако, по моему мнению, кирпичные стены, равно как и раковины каминов, которые должны отличаться тончайшей работой, не должны иметь рустики, ибо, не говоря о том, что это будет неуместным, это приведет к тому, что все части, которые по существу должны быть цельными, будут казаться раздробленными и разделенными на еще более мелкие части. Но, смотря по величине и по качеству постройки, мы будем ее делать либо рустованной, либо гладкой, но никак не станем применять рустику к зданию, которое требует прежде всего гладкой отделки, только потому, что ее употребляли древние, делавшие это вполне разумно, когда их к этому принуждали размеры здания.

Глава XI

Об утончении стен и об их частях

Перейти на страницу:

Все книги серии Наследие эпох

Великие художники: избранные жизнеописания
Великие художники: избранные жизнеописания

Джорджо Вазари – художник, архитектор и писатель – был младшим современником таких выдающихся мастеров итальянского Возрождения, как Леонардо да Винчи, Микеланджело, Тициан. Вазари-художника можно охарактеризовать как плодовитого и усердного, хоть и довольно посредственного маньериста – его живопись меркнет на ярком фоне итальянской культуры XVI века с ее плеядой великих мастеров и шедевров изобразительного искусства. В лице же писателя Вазари предстает перед нами как мощная и самобытная фигура, как создатель первой в Европе истории искусств, мастер итальянской прозы, классик науки об искусстве и художественной критики. «Жизнеописания наиболее знаменитых живописцев, ваятелей и зодчих» служили, служат и всегда будут служить настольной книгой для всякого любителя и исследователя итальянского искусства эпохи Возрождения как замечательный исторический документ, являющийся не только богатейшей сокровищницей фактического материала, но и полноценным художественным произведением, воссоздающим яркую и живую картину культурной жизни Италии на протяжении двух столетий. Собрание 178 биографий художников было окончено в 1550 году и издано в расширенном виде в 1568 году. В настоящее издание вошли биографии самых известных художников Возрождения, отобранные из всех трех частей «Жизнеописаний». Текст предваряет статья Александра Габричевского – советского историка и искусствоведа, работавшего над первым переводом труда Вазари на русский язык, который увидел свет в 1933 году.

Джорджо Вазари

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / Документальное
Четыре книги об архитектуре
Четыре книги об архитектуре

Андреа Палладио (1508–1580) – одна из ключевых фигур итальянского Возрождения, зодчий, теоретик и знаток античной архитектуры. Пройдя путь от рядового каменотёса до архитектора, он соединил крепкие ремесленные навыки и высокие культурные устремления североитальянских поклонников античной классики, в круг которых был введён гуманистами Дж. Триссино и Д. Барбаро. Наиболее знамениты спроектированные им в Виченце вилла Альмерико Капра Ла-Ротонда, базилика Палладиана, театр Олимпико, собор Сан-Джорджо Маджоре в Венеции.Благодаря ученикам и последователям, его творческие принципы и опыт оказали кардинальное влияние на судьбы мировой архитектуры. Палладианство – особое направление европейского классицизма последующих веков, базой для которого явился трактат «Четыре книги об архитектуре», впервые изданный в Венеции в 1570 году. Претерпев многочисленные переиздания и переводы на иностранные языки, это классическое сочинение сохраняет свою значимость и сегодня, служа не только литературным документом XVI века, но и образцом высокой архитектурной культуры.В формате PDF A4 сохранен издательский макет.

Андреа Палладио

Скульптура и архитектура
История Европы в лицах
История Европы в лицах

Книга известного медиевиста Наталии Басовской рассказывает о легендарных правителях, путешественниках и мореплавателях Италии, Англии и Франции.Вы узнаете, кто позволил Никколо Макиавелли написать свой самый неоднозначный труд «Государь»; почему сын сапожника Томмазо Кампанелла был признан «величайшим сыном Италии» наравне с ученым Галилео Галилеем; существовал ли Робин Гуд на самом деле; почему королева Елизавета I держала при дворе пирата; были ли французы потомками героев Троянской войны; действительно ли Жанна д'Арк была влюблена в короля Карла VII. И еще со многими интересными фактами познакомит эта книга.Ее герои меняли судьбу своих государств на протяжении многих столетий, но именно благодаря их ослепительным взлетам и сокрушительным падениям Италия, Англия и Франция обрели свой современный и неповторимый облик.

Наталия Ивановна Басовская

Биографии и Мемуары
Основные понятия истории искусства с комментариями
Основные понятия истории искусства с комментариями

Генрих Вёльфлин (1864–1945) – один из самых влиятельных искусствоведов в мире. Первый сформулировал основные понятия, приемы и задачи изобразительного искусства в целом и Западной Европы в частности.Книга «Основные понятия истории искусства» – главный труд автора, которому он посвятил полжизни. На примере работ эпохи Ренессанса и стиля барокко Генрих Вёльфлин показал образ искусства нового времени. От Гоббема до Рёйсдаля, от Боттичелли до Креди, от Микеладжело до Рембрандта и Рубенса – именно классические мастера и их бессмертные творения, по его мнению, дали толчок рождению современного искусства.Что такое линейность и живописность? Как отличить глубину от плоскости? Возможно ли добиться абсолютной или относительной ясности? На эти и другие вопросы Генрих Вёльфлин отвечает в книге «Основные понятия истории искусства», опираясь на такие шедевры как «Весна» Боттичелли, «Тайная вечеря» Да Винчи, «Вид Дельфта» Вермеера, «Ночной дозор» Рембрандта и целый ряд великих полотен.В формате a4.pdf сохранен издательский макет.

Генрих Вёльфлин

Искусствоведение

Похожие книги

Александровский дворец в Царском Селе. Люди и стены, 1796–1917
Александровский дворец в Царском Селе. Люди и стены, 1796–1917

В окрестностях Петербурга за 200 лет его имперской истории сформировалось настоящее созвездие императорских резиденций. Одни из них, например Петергоф, несмотря на колоссальные потери военных лет, продолжают блистать всеми красками. Другие, например Ропша, практически утрачены. Третьи находятся в тени своих блестящих соседей. К последним относится Александровский дворец Царского Села. Вместе с тем Александровский дворец занимает особое место среди пригородных императорских резиденций и в первую очередь потому, что на его стены лег отсвет трагической судьбы последней императорской семьи – семьи Николая II. Именно из этого дворца семью увезли рано утром 1 августа 1917 г. в Сибирь, откуда им не суждено было вернуться… Сегодня дворец живет новой жизнью. Действует постоянная экспозиция, рассказывающая о его истории и хозяевах. Осваивается музейное пространство второго этажа и подвала, реставрируются и открываются новые парадные залы… Множество людей, не являясь профессиональными искусствоведами или историками, прекрасно знают и любят Александровский дворец. Эта книга с ее бесчисленными подробностями и деталями обращена к ним.

Игорь Викторович Зимин

Скульптура и архитектура
Эволюция архитектуры османской мечети
Эволюция архитектуры османской мечети

В книге, являющейся продолжением изданной в 2017 г. монографии «Анатолийская мечеть XI–XV вв.», подробно рассматривается архитектура мусульманских культовых зданий Османской империи с XIV по начало XX в. Особое внимание уделено сложению и развитию архитектурного типа «большой османской мечети», ставшей своеобразной «визитной карточкой» всей османской культуры. Анализируются место мастерской зодчего Синана в истории османского и мусульманского культового зодчества в целом, адаптация османской архитектурой XVIII–XIX вв. европейских образцов, поиски национального стиля в строительной практике последних десятилетий существования Османского государства. Многие рассмотренные памятники привлекаются к исследованию истории османской культовой архитектуры впервые.Книга адресована историкам архитектуры и изобразительного искусства, востоковедам, исследователям культуры исламской цивилизации, читателям, интересующимся культурой Востока.

Евгений Иванович Кононенко

Скульптура и архитектура / Прочее / Культура и искусство
Две Москвы. Метафизика столицы
Две Москвы. Метафизика столицы

Рустам Рахматуллин – писатель-эссеист, краевед, многие годы изучающий историю Москвы, – по-новому осмысляет москвоведческие знания. Автор прибегает к неожиданным сопоставлениям и умозаключениям, ведет читателя одновременно по видимой и невидимой столице.Сравнивая ее с Римом, Иерусалимом, Константинополем, а также с Петербургом и другими русскими городами, он видит Москву как чудо проявления Высшего замысла, воплощаемого на протяжении многих веков в событиях истории, в художественных памятниках, в городской топографии, в символическом пространстве городских монастырей и бывших загородных усадеб. Во временах Московского Великого княжества и Русского царства, в петербургскую эпоху и в XX столетии. В деяниях Ивана Калиты и святого митрополита Петра, Ивана III и Ивана Грозного, первопечатника Ивана Федорова и князя Пожарского, Петра I и Екатерины II, зодчих Баженова и Казакова и многих других героев книги.

Рустам Эврикович Рахматуллин

Скульптура и архитектура